Из рода Бурого Медведя. Том 1 (СИ)
Скоро мы оказались возле заброшенной деревни, где стояло несколько избушек. Никита вытащил Томсона и взвесил в руке:
— Почти пять кило, прицельный огонь говорят что сто, сто пятьдесят метров. Стреляет сорок пятым калибром. Масса пули почти пятнадцать грамм, — он кинул мне патрон. Я увидел что наконечник пули частично разрезан на четыре части, как делали в фильмах американцы что бы сделать пулю разрывной.
— Разрывные? — удивился я.
— Ну да, — сказал с уважением в голосе Никита. — Вижу ты разбираешься…
— Кое в чём, — сказал я. — В теории… Ты в курсе, что разрывные бронежилет не очень любят?
— В курсе конечно, но где ты этих бронежилетов так много видел.
— А одарённые их разве не носят?
— Тяжёлые лишают мобильности. И вообще батя говорит, когда на тебе надето так много металла, а враг бьёт молнией, это может дать воздушнику ещё больше убойности — металл ведь хороший проводник. С огневиком похожая история. Там много разных нюансов с использованием бронежилетов одарёнными. Более менее сильные одарённые не носили никогда ни кирас, ни латы, только совсем слабые или витязи — им оно что-то даёт. У нас есть своя магическая броня. Вот щит другое дело, их использовали даже одарённые. А вообще все эти бронежилеты это от пуль, от меча и то частично, большая часть магии всё равно проходит…
— А что не проходит?
— Например огненный шар твой не проходит, но так как он имеет запредельную огневую мощь, в итоге всё равно проходит… да ещё с запасом. Шар хорошо проходит именно магическую защиту, то есть надо иметь очень сильный магический или физический щит что бы даже ушиба не получить…
Ещё бы, подумал я. Ведь с такой силой как у одарённых этот щит мог быть очень тяжёлым и лишь они бы смогли его удерживать одной рукой. Внезапно в голове всплыло, что первые подобие бронежилетов придумали в германии в 13 веке, тогда ещё не поглощенной Тевтонским орденом. И называли их бригантины. Это доспех из металлических пластин, которые крепили на ткань. И я тогда почему-то подумал что на данный момент если кто массового и производит все эти бронежилеты, то это Тевтонский орден сильно потерявший в численности одарённых, пусть эти одарённые и не самые сильные.
Мы немного постреляли, я почувствовал отдачу. Но в целом оружие мне неплохо потдавалось, хотя меткость оставляла желать лучшего. Скоро мы сели в машину и поехали.
Я же продолжил засыпать вопросами Никиту.
— Ты бывал там, на китовых плантациях?
— Не был… мне батя рассказывал. Он тоже по молодости проходил эту Буровскую армию…
— И как сложно там?
— Сложно? — усмехнулся Никита. — Скорее опасно. Но и сложности тоже бывают. Мне отец сказал что ему повезло. Годом позже там немало народу убило. Какие-то залётные умники решили сделать кассу… ты кстати огненным шаром владеешь?
— Кстати да, — ответил я. — А ты?
— Я? — удивился Никита. — Я же стихийник воды… у меня ледяная глыба.
— Чего, чего? — дёрнулся я.
— Ты что думаешь у Буровых только огневики? Как же бы мы размножались, если б смешивались только со своими. У мня мама между прочим из медвежьего рода…, — обиженно закончил он. Видно я его чем-то задел и следовало немедленно это исправить.
— Никита, я тебе не хотел обидеть… просто мне интересно. Ты не забудь что я на голову отшибленный.
Никита коротко на меня глянул и согласился:
— Есть что-то в твоих вопросах, что-то ненормальное, при том что по разговорам ты выглядишь старше себя самого лет на пять.
«На пятнадцать». — усмехнулся я. Но ничего конечно не сказал. Возможно Никите я когда-то и открою свою тайну, но это будет точно не сегодня.
— А радио у тебя есть в машине? — спросил я.
— Не, это вышло бы ещё дороже. Батя этого не оценил бы…
— Ясно. А питаться как будем. Я взял кашу, котелок.
— Ха, ха, — раздалось в ответ. — По пути полно неплохих трактиров, там поедим. Если денег нет, я угощу…
— Да деньги есть, — сказал я. Дед дал в дорогу целых триста рублей, что в общем были немалыми деньгами в этом мире, при условии что полукилограммовый белый хлеб стоил сорок копеек.
На этой ноте я изрядно утомился и решил, раз уж меня не пускают за руль, хоть посплю. Но глянув в зеркало заднего вида — узрел три машины, которые стремительно нас догоняли. Машины были типа нашей, но явно имели более мощный двигатель, судя по большому капоту…
— Позади гонщики, — сказал я закрывая глаза.
— Чего-чего, — взволнованно спросил Никита глядя по зеркалам. — Вот суки!
Я открыл глаза:
— Чего такое Никита?
Никита крепко сжал руль, потом разжал явно силясь принять какое-то решение.
— Миша, хватай автомат, а мне давай обрез и патроны. Я буду везти, ты будешь стрелять!
Я чуть ли не вскочил и не ударился головой о потолок, который тут к слову обивки не имел, лишь голый металл… Я хотел спать и к бою явно не готовился!
— Какого хера Никита, что случилось?!
— Ублюдки едут меня убивать! Вот чего. Либо мы либо они…
Я глянул назад, до нас было метров сто. Они стремительно приближались. Никита упёр педаль газа в пол.
— Одарённые? — спросил я.
— Нет, думаю есть бывшие витязи не больше. Как только подъедут чуть поближе, долби по колёсам, по водителю.
В голове заиграл музыка из «Брата 2» «Вечно молодой, вечно пьяный…», группы Смысловые галлюцинации.
— Я мог бы выпить море, я мог бы стать другим. Я мог бы стать рекою, тёмною водой, — начал я проговаривать песню, беря в мушку прицела лобовое стекло вражеского автомобиля.
Никита покосился на меня, но ничего не сказал видимо решил что я сошёл с ума.
— «Я мог бы стать скалой, Но уже другой. Кто-то молодой, кто-то пьяный. Хочет стать рекой, Быть темною водой. Вечно молодой, вечно пьяный!» -закричал я, выбил дулом заднее стекло и спустил курок. Пули устремились к цели. По салону разлетелись пустые горячие гильзы, так что обожгло даже Никиту, он вскрикнул. Машина вильнула.
Я строчил по лобовухе вражеского автомобиля. Стекло разлетелось в вдребезги, осыпав капот и салон. Водитель упал на руль, вместо головы виднелась кровавя каша. Второй пассажир с винтовкой в руках просто замер, тоже убитый. Кто-то прыгнул с заднего сиденья за руль, затем второй. Они дали очередь по нам из такого же автомата Томсона. В двух других машинах высунулось сразу шесть стволов от Томсона. Они открыли огонь…
Пытаясь сменить обойму, я включил защиту. Никита наверно тоже. Матерясь, он стал кидать машину из стороны в сторону только что бы не словить весь этот шквал пуль разом. Но плотность огня оказалась такой высокой, что в какой-то момент щиты не выдержали.
— А-а-а! — вскрикну Никита.
Я же не почувствовал боли, поймав в грудь несколько пуль. Просто стало тяжело дышать. Зато я наконец перезарядил обойму, вновь поставил щит и добил первую машину, убив двух человек. На секунду возник соблазн использовать ударную магию, но пули так сильно меня потрепали и физически и энергетически, что я решил пользовать только щит. Остальные две машины стремительно нас обгоняли. Я же став терять кровь и дыхание успокаивал себя, что сейчас мы добьём всех врагов и полечимся.
— Никита ты там как?!
— Э… А , -простонал, — Никита. — У меня пуля в почках... и где-то в спине.
— Никита, -сказал я пытаясь кровавыми руками перезарядить круглый магазин. В играх это делалось проще, сейчас же никак не выходило. Кровь скользкая, это сильно мешает вкупе с такими ранами. — Никита, я умею лечить, главное оставшихся добить!
Магазин наконец поддался. Я вышиб боковое стекло и дал очередь по водителю, по колёсам. Машина вильнула, напоролась на камень у обочины и сорвалась в кювет, перевернувшись.
С правого бока по нам ударил шквал огня, но уже не такой как в первый раз. Всего три ствола! Никита бортанул последнюю машину, ещё раз. Я прыгнул к правому боковому окну и стал давать короткие очереди. Прицельные. То по людям, то по колёсам. Одного убил сразу, снеся пол головы, но двое оставшихся разрядили в меня по обойме. Пули рвали вокруг обшивку, металл и остатки стекла. Но щит держал, хотя был на грани.