Иные Миры (СИ)
Когда церемония награждения была завершена Семён потянул меня куда — то в глубину зала. В темном углу нашлась неприметная дверь, в сторону которой он меня и подтолкнул.
— Не дрейфь! Ещё не все герои получили свои награды!
За дверью оказался небольшой рабочий кабинет с солидным канцелярским столом по центру, из — за которого нам навстречу поднимался отец Семёна.
— Рад вас видеть, Илья Алексеевич! — протянул он мне руку.
— Взаимно, Иван Ратиборович! — пожал я ему руку.
— Не буду ходить вокруг да около, — кивнул он на стоящие рядом кресла, — моё руководство предлагает вам, Илья Алексеевич, войти в род Кошелевых. Как вы смотрите на такое предложение?
Честно говоря, желания находиться под чьей — то рукой совершенно не имелось. Да, род помог бы и с учёбой, и на ноги стать, но что он потребует взамен?..
— Не хочу никого обидеть, Иван Ратиборович, но моё ближайшее будущее связано со службой Его Величеству и к данному разговору можно будет вернуться только после того, как отслужу стандартный контракт.
— Да, — задумался глава дружины, — пожалуй, мы несколько поторопились с этим предложением, но чтобы вы не забыли о нём, вручаю вам знак Соратника рода.
На моей груди появился небольших размеров орден с изображением герба рода Кошелевых и небольшой магической составляющей, которая тут же привязалась к моей ауре.
Глава 19
В жизни всё временно. Если всё идёт хорошо — наслаждайся, это не будет длиться вечно. Ну, а если всё паршиво — не кисни, это тоже не навсегда
— Жаль, что ты отказался, — посетовал Семён, когда мы покинули кабинет. Хотя… может ты и прав — государеву службу надо ещё пережить.
Далее намечался торжественный обед и я собирался покинуть данное мероприятие. Всё равно здесь я никого не знаю, а ловить на себе чужие любопытствующие взгляды мне уже порядком надоело. А насчёт «никого не знаю» я похоже несколько поторопился. Навстречу нам вырулил какой — то дедок в сопровождении Никиты Шустова.
— Семён Иванович, будьте так добры, — старый хрыч напрочь игнорировал меня. У меня к вам разговор. Никита, прогуляйся немного пока я буду занят.
Бывший одноклассник, скользнув взглядом по моей груди подошёл ближе.
— А я смотрю ты зря время не теряешь, Илья Алексеевич, — протянул он мне руку. Ты зла на меня не держи, Илья. Не было меня в классе, когда этот гад подбросил тебе наркотики и ребят моих тоже не было. Пока разобрались, что к чему, было уже поздно — после драки кулаками не машут.
— Будем считать, что инцидент исчерпан, — пожал я ему руку. Что про это дело в гимназии говорили?
— Да всякое, — кивнул он в сторону оранжереи. — Большинство посчитали, что виноват ты, даже некоторые преподаватели в открытую тебя хулили. А вот когда этого хлыща взяли с поличным сразу же попритихли. Но в одном ты прав — по большому счёту всем, что тогда, да и сейчас, наплевать на тебя. Единственный плюс во всей этой истории, так это то, что с Голицыным теперь почти никто не общается. Народ знает чей был это был прихвостень.
— А что слышно про мою тётку?
— Дарью Семёновну? Плохи её дела, но пока держится. Сына посадили, кое — чего из его имущества конфисковали, опять же судебные издержки, в общем сплошные расходы.
— Пелагея?
— А что с ней станется? В мамашины дела она не лезет, живёт в собственное удовольствие. Когда тебя арестовали заявила, что у неё только один брат и ничего общего с уголовником иметь не желает. Стало быть, сейчас она вообще без братьев, — ухмыльнулся Никита.
— А как ты здесь оказался?
— Так наши роды уже давно в союзниках ходят. Ты — то как? За что знак получил?
— Да как — то случайно всё вышло, — махнул я рукой. — Засаду в нашем посёлке наёмники организовали, мне удалось предупредить…
— Как — то уж очень просто у тебя получается.
— Да, ты прав. Не всё так просто вышло, немного повоевать пришлось.
— Силён! — пожал он мне руку на прощанье.
В последнее время стал замечать, что меня стала подводить память. Нет, как таковых провалов не случалось, но раньше я всё буквально схватывал на лету, а сейчас информацию приходилось вдалбливать тупой зубрёжкой. В госпитале мне повезло и доктор прописал эликсир улучшающий работу мозга и памяти. Время его действия уже давно закончилось и даже с расчётом двух — трёхмесячного отдыха все сроки уже давно прошли. В следующее посещение города пришлось побегать по магическим лавкам в поисках нужного мне эликсира. Далеко не сразу, но нашёл. Цена неприятно удивила — 120 рублей золотом. Деваться некуда — купил.
Наступила весна. Солнышко стало заметно пригревать, но снег ещё не сошёл. Мои тренировки с дедом Киреем не прерывались. Его периодические дневные вылазки в неизвестном направлении принесли свои плоды и вчера вечером он выложил мою долю с продажи оружия и всякого барахла, доставшегося от наёмников — почти 300 рублей! В принципе приобрести здесь оружие не проблема, те же револьверы и винтовки идут по вполне приемлемой цене от 20 до 80 рублей. В последний раз я в оружейной лавке приобрёл 100 патронов для своего Люггера и отдал за всё десятку. Дороговато конечно, но зато без каких — либо проблем. Всё дело в регистрации оружия. Приобрести второй и тем более третий огнестрел почти нереально. Спрос, как известно, порождает предложение, вот и появляются всякого рода «чёрные» рынки, по которым и шлялся дед Кирей, сбывая наш товар. Не сам конечно…
Результаты тренировок я ощутил ещё в дни столкновения семейств Побеских и Кошелевых, когда пришлось сцепиться с двумя выродками. Похоже, мой благодетель из бывших гвардейцев всунул в мою бедную голову не только навыки по рукопашному бою, но и более специфичные знания. Тренировки деда Кирея лишь освежили их, сформировав новые навыки. В области владения ножом у меня наблюдался также существенный прогресс, что весьма удивило моего тренера. А вот с шашкой у меня как — то не заладилось. Нет, против деда я уже вполне минуту — другую выдерживаю, но как он заметил — работаю только от обороны и совершенно без огонька.
В магическом плане моё развитие как бы застыло. С чем это связано не понимаю: то ли затишье перед бурей, то ли это мой естественный предел. Подождём, посмотрим…
Всё больше и больше давит на психику непонятное затишье со стороны Потоцких. По времени они уже давно должны были прислать сюда кого — то для прояснения ситуации по пропавшей группе или их вспугнула местная заварушка? Я на этот факт особо не рассчитываю, у них там на границе дела порой покруче заворачиваются. Думается, что нужно поделиться информацией с Семёном, сам я эту кашу точно не расхлебаю, а он может что толковое присоветует. Благо поручик здесь ещё месяца на полтора остался — налаживать порядок в промзоне. Сейчас у него новый броневик — пушечный. Экипаж теперь из трёх человек. Заезжает к нам иногда, благо дорога рядом, раз — другой в неделю точно объявляется. Говорит у нас чай вкуснее и варенье с мёдом слаще, а сам зыркает в сторону Аглаи, а та, что семафор — то краснеет, то бледнеет. Ходок тот ещё…
— О чём хотел поговорить? — поинтересовался Семён, прихлёбывая чай при очередном появлении.
— Так заметно?
— Да ты едва не подпрыгиваешь от нетерпенья.
Надо сказать, что с Семёном у меня наладились вполне дружеские отношения несмотря на довольно существенную разницу в возрасте. Спустя некоторое время мы как — то незаметно для себя перешли на «ты».
— Тут дело такое, — неопределённо начал я, толком не понимая с чего начать. — Сдаётся мне, что гибель моих родителей не случайна и к этой трагедии каким — то образом причастны Потоцкие.
— Погоди, погоди… — Семён едва не поперхнулся чаем. — Новик… Алексей Андреевич кажется… Твой отец!?
— Да! Ты его знал?
— Н — да… дела… Нет, даже ни разу не видел его. Когда произошла катастрофа с дирижаблем твоего отца я находился в Москве и слухи по этому поводу ходили всякие. Упоминались и Потоцкие, но как говорится, не пойман — не вор…