Забыть Миссанрею (СИ)

Был выслан десант для выяснения обстоятельств, поиска и спасения уцелевших, но шеллакцы всех перебили. Вторую волну постигла та же участь. За нею пришла третья…
— Мы уже пятые, ребята, — подытожил майор. — Мы и еще парочка взводов, которые идут на помощь из других систем. И мы должны выяснить, что же там происходит.
  
Глава 7
 
Рой Линк был настроен решительно. Он должен отомстить за погибших товарищей. Эти шеллакцы — вернее, те, кто за ними стоял, кто использовал безобидных в общем-то аборигенов в своих грязных целях — дорого заплатят ему за тех, кто остался там. Асмус… Тиммо… Парис… какие парни. Огонь и воду прошли вместе. От всего отряда уцелели, не получив ни царапины, всего шестеро — трое ушедших с Лео Ларсоном и еще двое, которые стояли слишком далеко и отделались шоком. Самого Роя спасло чудо — у него были «всего-навсего» множественные ушибы, перелом носа и легкое сотрясения мозга. Остальные либо были разорваны в клочья, как Асмус и Тиммо, либо получили переломы и находились в тяжелом состоянии. Троих в тот же день эвакуировали с Шеллака в госпиталь, остальные, кто, по крайней мере, не собирался умирать в ближайшие сутки, долечивались тут.
Сам Рой рвался в строй, о чем и сообщил Лео, который пришел его навестить.
— Я не могу здесь оставаться, — твердил он. — Не имею права. Это я во всем виноват.
— В чем? Что идет война? Что какие-то уроды продали наивным шеллакцам оружие и натравили их на нас?
— Во всем. Я мог не заставлять Асмуса раскапывать эту хрень. Ведь абориген ее уже активировал, когда шлепнул по ней культей. Я обязан был догадаться…
— Ага… что единственная сенсорная мина попадется именно тебе? Не много на себя берешь, командир? — Лео, везунчик, в том бою не получил ни царапины. И это было, в общем-то, правильно. Его вообще обходили все пули, снаряды и разряды лазерника. В отряде поговаривали, что он что-то вроде талисмана…
Только вот от отряда в тридцать человек в строю осталось теперь только шестеро. Семь. Седьмым Рой упрямо считал себя.
— Я обязан вернуться. Любой ценой.
— Вернешься, командир. Долечись сперва, — Лео потрепал его по плечу. — Мы с тобой еще поднимемся и повторим нашу «атаку Линка», вот увидишь.
— Я сейчас должен вернуться.
— Сейчас вряд ли получится. Видишь ли, — Лео замялся, отводя взгляд, — тут новички прибывают… курсанты из нашей академии… добровольцы…
— Ну?
— Мне предложили принять командование, — Лео Ларсон все еще смотрел в сторону, упершись взглядом в стену госпитального коридора, как будто пытался просверлить ее силой мысли.
Рой задержал дыхание:
— И ты…
— А что я? Ты прав, надо дойти до цели. Надо найти тех, кто подставляет шеллакцев, продавая им оружие… я согласился.
Он опустил голову на свои сжатые кулаки.
— А я? — Рой сам не ожидал, что его голос прозвучит так жалобно.
— А ты долечивайся. Я говорил с врачом. Тебя еще дней семь продержат, после чего отправят на реабилитацию на декаду и только потом — в строй.
— Семнадцать дней. А вы там как?
— Мы уж постараемся дожить до твоего возвращения, командир, — Лео знал самомнение своего друга и не собирался сыпать ему соль на раны. Они почти пять лет были вместе и разлучались в первый раз.
— Нет уж, — мотнул головой Рой. — Не в этот раз… талисман.
И он сдержал свое слово.
Челнок, доставивший на Шеллак отряд курсантов, ненадолго задержался на космодроме. Ровно настолько, чтобы пассажиры попрыгали на бетон с последней ступеньки и, подгоняемые окриками взводных, отбежали на несколько шагов. Едва выскочивший первым старт Такер сделал отмашку — мол, все на месте, оставшийся на платформе майор коротко козырнул, отступил внутрь челнока, дверцы закрылись, и кораблик стал набирать высоту. Ударная волна прижала курсантов к бетону. Кто не успел опуститься на колени, сделали это сейчас или вовсе повалились, закрывая головы руками. За гулом двигателей не было слышно команд.
— Встать. Живей. Живей. — ворвалось в уши, едва рев удаляющегося челнока немного стих. — Бегом.
 
Сорвались с места, не задумываясь — слишком часто приходилось бегать, подчиняясь именно крикам Смона и Такера. Также, не задумываясь, разобрались строем в колонну по трое, на ходу проверяя, крепко ли держат застежки броню, на месте ли бластер и по уставу ли пристегнут ранец с личными вещами и сумка с боеприпасами.
— Вперед. За мной. — Такер ускорился.
Когда совершаешь привычные действия, приучаешься отвлекаться. Руки и ноги выполняют свою работу, а мозг ничем не занят. Поэтому курсанты осматривались на бегу.
Космопорт Шеллака — единственный комфортабельный — представлял собой классическое забетонированное поле, размеченное на сектора неправильной формы. Справа и слева возвышались два здания — справа, если судить по наличию окон и парадных дверей, а также многочисленных стеклянных пристроек, находилось само здание порта с кассами, камерами хранения, таможней и небольшой гостиницей. Слева, примерно в паре сотен метров от места посадки катера, находились склады и гаражи. Там же были устроены строительные мастерские.
Космопорт был невелик, рассчитан всего на десяток кораблей в месяц, не считая сваливающихся, как снег на голову, частников. Когда-то здесь кипела жизнь, но сейчас вокруг царило запустение и разорение. Когда курсанты подбежали ближе, они заметили, что большая часть стекол в административном здании выбита, турникет на таможне выломан, а внутри все носило следы короткой схватки — следы пуль и лазерных лучей на полу, потолках и стенах, опрокинутая и поврежденная мебель, бурые пятна на креслах и полу в том месте, где лежали трупы, распахнутые настежь двери, ведущие в служебные помещения. Кое-где даже замечались следы пожара.
— Весело тут у них… — протянула Лейа, переступив порог и захрустев битым стеклом под ботинками.
— Что тут было?
— Побоище, — ответил незнакомый спокойный голос.
Курсанты обернулись. Из единственной прикрытой двери навстречу им шагнули четверо.
Впереди шагал грузный мужчина лет пятидесяти в пропыленной и местами помятой полевой форме, при оружии. Регалии, отличавшие его ранг, были спороты, но несколько цветных вставок на воротнике и на плечах вместо погон говорили о том, что это важная шишка. Не меньше полковника. За ним топал усталый ефрейтор неопределенного возраста — судя по стройной фигуре и отсутствию бороды и усов, он мог быть еще молод, но помятое лицо и походка могли принадлежать типу, который давно уже простился с тридцатилетием.
По пятам за этими двумя шли еще двое относительно молодых мужчин в форме «звездных котов», точно такой же, как прибывшие курсанты, только старой и уже явно побывавшей в боях. Один был бледен, как призрак, и второй время от времени бросал на него встревоженные взгляды.
— Несколько месяцев назад озверевшие аборигены попытались захватить порт и помешать мирному населению покинуть планету, — сказал «полковник». — Они стреляли по женщинам и детям, пытались взорвать топливные баки у готовых стартовать кораблей. Один из них все-таки взорвали. Он упал в той стороне, — последовал небрежный кивок туда, откуда они только что прибежали. — Метрах в ста от места вашей высадки.
Курсанты невольно переглянулись. При посадке они не обратили внимания на воронку — челнок закрывал ее собой.
— С планеты удалось вырваться только трем частных катерам, да и то потому, что два из них стояли в стороне. — Контрабандисты… они у нас под подозрением, мы послали в Интергалакпол запросы, ждем ответа. Третий частник взял на борт столько народа, сколько мог. Остальные либо погибли, либо остались здесь… кое-кому удалось потом улететь с другими частниками, но большинство населения сейчас здесь — такие же, как мы. Военные, врачи… и несколько гражданских. Вот и все. С тех пор мы воюем. Вы — очередная волна пополнения. Ждем другие челноки.
 
Он отступил в сторону и кивнул на пару «звездных котов», которые стояли в стороне. Оба шагнули вперед. При этом бледный чуть покачнулся, и второй цепко цапнул его за локоть. Вернее, только обозначил движение, как тот прибавил шагу, вырываясь вперед.