Оборотень по объявлению. Тень (СИ)

Если это блондин, и он решит поиздеваться, я даже не смогу дать отпор. Я заледенела вся!
Звук уверенной поступи становился все отчетливее. Кто-то шел открыто, не крадучись. Врагу бы на это не хватило духу.
Я испытала целый спектр эмоций, от мысли, что это папа. И радость, что он меня спасет, и эта пытка окончится. И отчаяние, что моя подготовка подойдет к концу – отец точно больше никогда не позволит мне участвовать в подобном. По крайней мере, до совершеннолетия. Глаза заслезились. Я пыталась разглядеть в кромешной темноте хоть что-то. Почуять аромат. И когда распознала Буру, то слезу плеснули из глаз, словно у клоуна на представлении.
Чернобурый подошел, сунул мне в окоченевшие руки в варежках бутылку воды, а сам стал разжигать огонь. Расстелил спальник на подготовленном мной лапник, скинул с себя теплую куртку, толстые штаны и залез внутрь. На нем, как и на мне под пуховиком, был черный термокостюм в облипку.
– Особое приглашение нужно? – спросил Бура, поднимая край одноместного спальника.
Я положила бутылку и скинула с себя верхнюю одежду, не раздумывая. Получилось неуклюже, потому что меня плохо слушались конечности.
Я едва уместилась между чернобурым и спальником. Бура был такой горячий, что я даже радовалась такой тесноте. Я зарылась в спальник с головой, прижалась к груди лиса и слушала, как стучало его сердце и мои зубы.
Меня всю колотило от озноба, и я почувствовала, как с усилием Бура передвинул свои руки и обнял меня.
– Лучше? – спросил он.
Я угукнула. Это максимум, на что я была способна. С каждой минутой тело все меньше колотило, и я все больше расслаблялась. Так и не заметила, как уснула.
Проснулась я от того, что моя подушка вибрировала и разговаривала. Я несколько секунд не могла понять, где я и что со мной происходит. Пока не услышала спор, полный отцовского замешательства: – Леся!
– Не будите ее. Она только как пару часов уснула.
– Она замерзла.
– Уже нет.
– Бура… Я…
– Уходите. Она хочет сдать этот тест. Подъем через полчаса.
– Но… – папа замолчал, а потом я скорее почувствовала, чем услышала, как он ушел.
Я лежала головой на груди у Буры и боялась пошевелиться.
– Поспи еще немного. Тебе надо набраться сил, – вдруг тихо сказал чернобурый.
Я зажмурилась. Лисий бог! Убежать или остаться?
Что делать? Раньше времени появляться в лагере нельзя, рассвет совсем скоро. Если буду ошиваться около места отбивки, то буду ничем не застрахована от озлобленного блондина.
И я осталась. Сама не поняла как, но снова уснула. Проснулась от тихого шепота:
– Просыпайся, соня, а то завалишь курс.
Я дернулась, уперлась головой в спальник и отфутболилась головой обратно. Подбородком ровно в грудь.
– У! – Чернобурому досталось.
А я ужом выползла из спальника, чувствуя, что пока выбиралась, столько узнала о теле Буры, что теперь обязана выйти замуж. Зато оделась со скоростью света и на такой же рванула к лагерю.
И хорошо, что налегке, без походного рюкзака.
Сдалась первой! Вот только не подготовилась к вопросам рода: “Почему ты вся пахнешь Бурой?” Я совсем забыла об одном недостатке совместно проведенных ночей.
Настя
В клан Бродячих мы с Альбиной вернулись следующим же утром после неожиданной встречи лаборатории. И не потому, что я так замечательно поправилась, нет. Скорее потому, что нас обеих тревожили односложные ответы Тени.
– Обычно он так разговаривает, когда совсем хреново, – выслушав меня накануне вечером, вынесла вердикт Альбина, которая знала наемника восемнадцать лет.
– Согласна!
– Тень никогда не оставил бы тебя одну в больнице валяться, если бы все было нормально, – продолжила врач.
– Тень изменился. – Прозвучало грустно, и я тут же улыбнулась.
Мужчина изменился из-за меня. Я не должна жаловаться.
Альбина с большим сомнением посмотрела мне в глаза и стряхнула с моего плеча невидимую пыль:
– Это вряд ли.
И игриво щелкнула по носу, как маленькую.
И почему меня это так приободрило? Будто я не ногу сломала, а немного мозг повредила. Я сама себя не понимала: чему же радуюсь? Разговор с Альбиной позволил на минуту представить, что все по-прежнему. Вайб нашего теплого прошлого согрел на минуту. – А как же Линка? – спросила я в сотый раз.
 
– За ней присматривает Леон. Мы сделали все, что могли. Теперь все зависит только от нее, – Альбина виновато отвела глаза.
Я обняла ее:
– Ты сделала все, что могла. Я знаю. Линка справится, она сильная.
И вдруг Альбина разрыдалась. Громко, с надрывом, и вмиг моя футболка стала мокрой от ее слез. Она плакала будто за нас двоих, и мои редкие слезы казались жалкими, по сравнению с ее горем. Будто это она была на грани потери подруги, а не я.
Мы сидели так долго, пока врач не успокоилась и не заснула.
Я не знала, что сказать, и просто гладила женщину по спине, приговаривая, что все будет хорошо.
Вот это беременность как действует! Никогда не видела Альбину в таком состоянии. Мне всегда казалось, что так реветь – ниже ее достоинства. Что максимум, что она может себе позволить, это скупую слезу.
Но наутро она собиралась с таким видом, будто срыва и не было. Побеседовала с доктором, взяла выписку и помогла мне собраться.
– А ты уверена, что у Бродячих ты будешь в безопасности? – Я была просто обязана об этом поинтересоваться.
– Конечно.
– Но они же бандиты…
– Бандиты, которые знают Леона. Многие ему должны по гроб жизни, – возразила Альбина.
И я не нашлась, что сказать.
Не хотелось быть эгоисткой и тащить беременную женщину в опасный клан только потому, что она врач, но, с другой стороны, я уже видела, что Альбину не переубедить.
Как говорит всегда Сашка: не можешь остановить – возглавь. Что я и сделала. Пусть, если что, ругают меня. Репутация у меня все равно сверхподмочена.
Тем более, в одном мы с Альбиной были уверены – нужно срочно посмотреть, в чем дело. Хотя бы одним глазком для нее, и подольше для меня.
И если я была не особо полезна в своем состоянии, то Альбина – это же совсем другое дело! За столько лет она стала настоящим профи в медицине сверхов. Она и подлечит, и, если надо, без следов покалечит особых отморозков. Кладезь, а не женщина! Не зря даже Леон преданным котом сел у ее ног. Тем более, Альбина рассказала, что леопард сильно ее обидел и ему полезно будет немного размять лапы в ее поисках.
Все идеально сходилось! Я так радовалась за Тень. В его новом клане врач будет как нельзя кстати! Кто знает, что там случилось в этом клане бывших отбросов?
Но мы никак не ожидали, что вернемся и попадем будто на поле боя после сражения.
Один коттедж сгорел. Второй был стерт с лица земли. А третий почти перекрашен в багряный кровью. Все Бродячие, что нас встречались, отливали сине-фиолетово-желтым оттенком кожи, со спадающими на глазах отеками с лица и с травмами различной степени тяжести.
Но все они, как оказалось, прекрасно охраняли периметр и тут же доложили Тени о нашем приходе.
Наемник внешне выглядел отлично, вот только я видела по походке, что каждый шаг приносит ему боль.
– Альбина? Настя? – Тень спрашивал так много взглядом, но так мало вслух.
– Я нам врача привезла.
Это “нам” вылетело автоматически, но наемник его заметил – нахмурился.
И я поспешила перевести тему:
– На вас кто-то напал?
Тень не ответил.
– Есть тяжело раненые? – деловым тоном спросила Альбина, и тут же получила утвердительный кивок. – А медикаменты есть?
В этот раз кивок был сомнительным:
– Если это можно так назвать.
– Так что случилось? – Я не привыкла, что Тень игнорирует мои вопросы. Мне хотелось вытрясти из него ответ, пусть и наплевав на свою гордость.
Гибрид посмотрел на меня и несколько секунд молчал, будто раздумывая над ответом:
– Неизбежность и необходимость. Чтобы притереться, пришлось немного стесать края.