Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Начать хотя бы с того, что корабли собирались по совершенно непонятному принципу. Классический ударный флот — это ударные авианосцы под прикрытием линкоров или линейных крейсеров в соотношении, желательно, один к одному. Это не блажь, просто авианосцы, несмотря на собственное не самое слабое вооружение, представляют собой огромные и тяжелые, маломаневренные бандуры, лакомую добычу практически для любого, кто к ним прорвется. Линкор у этого любого желание выпендриться отбивает махом, хотя сам весьма уязвим для массированных атак драккаров и кораблей-торпедоносцев. Вокруг этого артиллерийско-авианосного ядра — боевое охранение из крейсеров всех классов. Крейсера-разведчики и линейные крейсера осуществляют патрулирование. Ничего сложного, но корабли должны иметь примерно сходные ходовые качества, а тут…
Нет, американский флот был, конечно, составлен вполне грамотно, а вот союзнички… Мать их так и разэтак! Такого барахла О'Салливан не видел давно. Удивительно, как некоторые корабли вообще еще летали. Несколько крейсеров даже пришлось загнать в американские доки, чтобы (за счет американских налогоплательщиков!!!) привести их в относительный порядок. А когда стали снаряжать эскадру! Да такого воровства, как при этом, О'Салливан вообще не видел.
Воровали все — и в открытую, и тишком, и по документам. Поставляли запчасти, топливо и вооружение по утроенной цене, и еще везло, если новые, а не двадцать раз списанные по старости и износу. Внаглую потрошили электронные счета. Вывозили с армейских складов все подряд. Американцы, немцы и англичане еще поддерживали какое-то подобие порядка, а все остальные, казалось, просто поставили себе целью украсть у самих себя как можно больше. А главное — все это прикрывалось с самого верха. Похоже, не один высокопоставленный козел в мундире или без оного намерен был нагреть себе руки на этом походе. Типа «война все спишет». Когда однажды со склада пропали в неизвестном направлении сразу пять драккаров, озверел уже не только О'Салливан, но и командующий эскадрой адмирал Крогсон. Мужик Крогсон, кстати, был очень неплохой, и хотя карьеру делал в основном при штабе, успел и послужить, и повоевать, так что был вполне вменяем, в отличие от начальника штаба контр-адмирала Граве.
Так вот, обычно нордически невозмутимый Крогсон, двухметровый техасец с норвежскими корнями, все-таки вспылил и устроил большой шмон. Положение это кардинально не исправило, но хоть что-то удалось наладить и вывести, наконец, эскадру в этот злосчастный поход.
Вот тут-то и выяснилось, что на Земле были, как говорят русские, еще цветочки — ягодки начались сразу после старта. Для начала румынский крейсер протаранил британский авианосец еще до того, как тот снялся с орбиты. Нет, что румыны — вояки хреновые, знали все, но чтобы настолько… Древнее барахло, единственный корабль из этой страны, был как раз одним из тех кораблей, которые в спешном порядке восстановили сами же американцы. Ну и оказался экипаж под стать кораблю. В результате от крейсера осталось немногое, но жаль было не его, а авианосец, который восстановлению, похоже, не подлежал. Более того, его чудом смогли удержать на орбите и не дать этой громоздкой туше рухнуть на поверхность планеты — вот тогда мало бы не показалось никому, особенно рухни он на какой-нибудь город. Да и просто в океан — с работающими реакторами.
Потом оказалось, что больше, чем по одному прыжку за раз, сделать не удастся — часть кораблей, в основном турецкие, были настолько устаревшими, что их ходовые качества вызвали бы смех, если бы вначале не вызвали жалости. Потом выяснилось, что часть транспортов с топливом и войсками имеют настолько паршивые динамические характеристики, что разгон будет длиться и вовсе уж несусветное время. Потом… Да этих «потом» было столько, что вешаться хотелось. Пожалуй, О'Салливан, да и Крогсон, предпочли бы завернуть связывающих их по рукам и ногам союзничков и силами полноценных эскадр двинуться самостоятельно. Более того, даже бюрократ и перестраховщик Граве высказал как-то эту крамольную мысль, но… Приказ есть приказ, его не обсуждают, а инструкции для командования эскадры были составлены предельно четко. Поэтому поход продолжался черепашьим темпом, и запертые в глухих железных коробках люди тихо зверели.
Впрочем, нет худа без добра. Медленно ползущая эскадра успела «слетаться», ее командиры научились совместно маневрировать, а экипажи (а у некоторых союзничков экипажи, как оказалось, иногда не ходили в дальние походы годами) — управляться с кораблями. Слабое утешение, но хоть что-то.
О'Салливан сердито сморщился, обходя техников, которые почему-то прямо здесь, в коридоре, а не в ангаре, копались в потрохах боевого робота. Ходовой манипулятор этого «холодильника», как презрительно называли его десантники, бессильно откинулся, перегородив почти весь коридор. Контр-адмиралу очень хотелось «спустить на них Полкана», как выражался его знакомый из Российского флота, сгинувший несколько лет назад в той самой мясорубке с переворотом, однако он сдержался — так или иначе, люди заняты делом, хотя использование боевых роботов, на взгляд О'Салливана, было пустым переводом денег. Роботы все равно были довольно медлительными, очень предсказуемыми, да вдобавок еще и часто путали своих с чужими. Единственным их преимуществом было мощное вооружение и то, что робот — не человек, в бою его не так жалко. На взгляд О'Салливана, да и не только на его взгляд, русские поступили умнее — создали боевой скафандр с тяжелой броней, мощными сервоприводами и целым арсеналом вооружения. И дешевле, и эффективнее, вот только высокие чины в штабах этого никак понять не хотели и продолжали выделять деньги на разработку и производство металлопластиковых уродцев. Впрочем, время покажет, кто прав.
О'Салливан вошел в свою роскошную каюту, бухнулся на диван и устало потер лоб. Потом встал, взял из бара бутылку виски, плеснул себе в стакан и, не разбавляя, залпом выпил. Поморщился, плеснул еще и снова, со стаканом в руке, бухнулся на диван. Внимательно глядя на чуть желтоватую, прозрачную жидкость, он задумался. В принципе не в первый раз, и каждый раз эти думы приводили к одному результату.
Их флот шел слишком медленно, и наверняка на пиратской базе о них уже знали. Русские неповоротливы, как медведи, но они не дураки, наверняка им уже известно и число вымпелов, и боевые возможности кораблей коалиции. Да, впрочем, что себя обманывать — наверняка им было все известно еще до того, как флот стартовал с орбиты Земли. Их планы наверняка учитывают все, и почти наверняка русские постараются нанести атакующему флоту максимум потерь, чтобы на их фоне попытаться выторговать себе приличные условия. Конечно, условия ставятся на переговорах, но, завалив десяток-другой кораблей, русские могут рассчитывать, что Америка, устрашившись потерь, на переговоры пойдет. Союзный флот будет тащиться до цели не меньше месяца, и это еще в лучшем случае, если ничего не произойдет. А каждый день, потерянный их флотом, — это время, которое русские, без сомнения, потратят на укрепление обороны. И, опять же, в перспективе это — потери, потери и еще раз потери.
На месте русских О'Салливан атаковал бы флот коалиции, не дожидаясь, пока он выйдет на орбиту, а на пределе дальности своих кораблей, пространствах в трех от базы. Нанес бы кучу точечных ударов, запугал, замедлил передвижение, а уже потом, отталкиваясь от ситуации…
Додумать ему не дал мощный взрыв, разорвавший авианосец пополам.
Глава 10
К чему задаром пропадать?
Ударил первым я тогда,
Ударил первым я тогда —
Так было надо.
Нельзя сказать, что мысли Виктора так уж отличались от мыслей американского адмирала. Разве что подход у него был, как это часто свойственно русским людям, несколько более творческим. В принципе народное творчество — это было все, что он мог реально противопоставить противнику, в разы превосходившему его и по численности, и по мощи огня. Ну и еще куда лучшую слетанность экипажей, выучку, огромный боевой опыт, что вполне логично для служащих на форпостах. И еще — резерв времени. Полгода коалиция собирала флот, а время — великая ценность, если, конечно, грамотно уметь его использовать.