Наёмница: любовь и две личины Элоизы (СИ)

- Скорее! – выкрикнул нам невесть откуда взявшийся воин. – Вас вызывает Совет Князей!..
  
Глава 42
 
Элоиза
Они не спрашивали и не предлагали. Князья приказывали!
Приказывали вступить в состязание и обязательно победить.
На нас с Эри смотрели с глубоким презрением, как будто мы были рыбами, спрыгнувшими вдруг с обеденной тарелки и посмевшими заявить, что тоже что-то значим и принадлежим в королевскому роду.
Глава Совета – усатый князь Доминик – особенно сверлил нас неприязненными взглядами.  Честно, стало даже обидно. Мы, типа, должны тут всех спасти, а нас не то, что не просят, нас даже нормальными мыслящими существами не считают!
Лайманир откланялся князьям и вывел нас всех троих из шатра.
- Пойдёмте, поговорим… - попросил он устало, и мне стало его жаль.
В его личной палатке нас приняли с уважением, угостили теплыми напитками, фруктами.
Вскоре к нам присоединился Оллеро, и начался серьезный разговор.
Разговор о том, что от этого магического испытания зависят сотни тысяч жизней и что у этой земли совершенно нет никаких шансов без нашего с Эри участия.
Правда, Оллеро этого не говорил. Он был хмур и постоянно смотрел в пол. Когда Лайманир закончил излагать свои просьбы о помощи, ярин резко поднял голову и произнес:
- Я не хочу рисковать жизнью своего ребенка!
Его заявление было подобно грому среди ясного неба.
Лайманир изумленно замер с открытым ртом, а потом обескураженно выдохнул.
- Но Оллеро…
- Ты видел их, Лайманир! Они воротят нос от Эла, да и от нас с тобой тоже…
- Но речь идет не только о нашей чести, Оллеро, - возразил некромант, - на кону тысячи жизней простого народа…
Ярин понимал, что он прав, и от этого тяжело вздохнул, а я осторожно положила руку на пальцы отца и сжала их.
- Не волнуйся, отец… - прошептала я, а он посмотрел на меня виновато и горько. – Мы действительно должны помочь простому народу. Возможно, мы с Леонардом ради этого и появились здесь…
Я имела в виду наше путешествие из будущего, и ярин понял меня. Кивнул, соглашаясь.
После этого разговора я уже больше не сомневалась ни в чем.
После наступления ночи Эри вышел из лагеря и направился к океану: ему требовалось поплавать пару часов в воде, чтобы набраться сил. Без родной стихии он ощущал себя слабым.
Мы же с Леонардом уединились под деревом на соседнем холме, откуда отчетливо просматривались не только ряды густо поставленных военных шатров, но и полоска океана вдалеке, а также островки хвойного леса, начинающиеся на другой стороне горизонта.
- Эл, я все время думаю о том, почему мы все-таки сюда попали, - проговорил принц, смотря вдаль уставшим взглядом. – Это ведь не случайность, правда? Нас сюда забросили русалы нашего времени? Или, может, просто произошла ошибка? Или же… действительно судьба?
- Хочу верить, что последнее, - тихо проговорила я ему в ответ, наблюдая, как отражаются последние закатные блики на кончиках его длинных ресниц.
Сейчас Леонард выглядел снова опрятным, гладко выбритым, даже величественным. Если бы только не глубокие тени под глазами и измученный взгляд.
- Ты волнуешься? – еще тише спросила я, и принц повернул ко мне лицо. Мы сидели совсем рядом друг с другом, а теперь стали еще ближе. Лица едва ли не соприкасаются, и мне впору отодвинуться, но я… не хочу. И никакой голос разума не помогает.
Как никогда, хочу сейчас быть к нему близко. Хотя бы просто, как друг…
А Леонард вдруг протягивает руки ко мне, обнимает и крепко прижимает к себе. Немного ошеломленная, я окунаюсь в его терпкий мужской аромат, и мне совсем не хочется похлопывать его по плечу, как брат брата, а, наоборот, мне бы разомлеть от удовольствия, как девица на свидании.
Первое делать не хочу, а второе – не смею, поэтому замираю, как изваяние.
- Будь осторожен, Эл… - шепчет мой принц, и я наконец позволяю себе уткнуться лицом в ворот его рубахи и почти не дышать.
 
Мы сидим так долго, очень долго. Друзья так никогда не делают…
Но я не хочу отпускать его. Не сейчас. Я не уверена в нашем завтра. Я вообще ни в чем не уверена! Поэтому хочется побыть с дорогим человеком как можно дольше...
И Леонард тоже не спешит размыкать объятья. Я слышу, как торопливо и взволнованно стучит его сердце.
Волшебные мгновения. Как будто нет сейчас всего мира. Как будто нет между нами никакой пропасти. Как будто все это вообще сон…
Наконец, я перестаю дышать ему в шею и медленно поднимаю лицо.
Слишком близко. И соблазнительно.
Не смей, Элоиза! Не надо!
В темноте, уже сошедшей на землю, я вижу лишь очертания его лица. Но блеск глаз виден отчетливо. Леонард смотрит прямо на меня и… в его взгляде волнение!
- Эл! – шепчет он неожиданно дрогнувшим голосом, а пальцы его осторожно касаются моих выбившихся из тугого пучка волос. – Ты ведь мой лучший друг, правда?
Такое чувство, что он хочет в этом удостовериться.
- Да, - отвечаю я. – Самый лучший, мой принц…
Тяжелый вздох из его груди, рука опускается обратно.
- Лучший друг…
Но я уже попала под очарование момента. Его запах щекочет мои ноздри. Его близость будоражит теплом. Мне объятий мало…
Но нет, Элоиза! Остановись!
Я скажу ему! Прямо сейчас скажу! Скажу, что я женщина и… поцелую! И пусть он даже прогонит меня потом! Больше не могу ждать!!
- Леон… - шепчу я, подтягиваясь выше, - я хочу сказать…
Но движения мои оказываются неловкими, и я неожиданно чувствую, что касаюсь губами его подбородка. Все тело словно пронзает молнией, и мне просто сносит крышу. Я стремительно тянусь выше, тут же приникая губами к его губам. Пылко. Жадно. Бесстыдно…
И мгновенно получаю в ответ такой страстный отклик, что у меня перехватывает дыхание. Его объятия становятся тисками, а губы сминают мои до боли и пульсации крови в тканях. Мы втискиваемся друг в друга, как безумные. Как голодные, сошедшие с ума без еды. Дыхания не хватает, и оно вырывается из груди тихими стонами.
И ни одной мысли в голове!
Только жажда. Жажда прикасаться. Жажда быть близко. Такая жгучая, словно она уничтожит нас, если мы ее не удовлетворим…
Руки Леонарда уже растрепали мою прическу, и волосы каскадом рассыпаются по плечам. Моя кожа на шее горит, потому что он скользит по ней пальцами, а я не нахожу в себе сил прекратить поцелуи…
- Эл, - наконец шепчет принц, останавливаясь и очень тяжело дыша. – Эл… это безумие…
Да! Он ведь не знает, что я женщина! Я должна сказать…
Но пока я могу просто дышать. От волнения и нехватки кислорода кружится голова…
- Эл! Леонард! Где вы???
Громкий крик Эри звучит, как жуткий приговор.
И я понимаю, что не успеваю ничего рассказать.
Брат врывается в наше уединение в тот момент, когда мы отшатываемся друг от друга, как можно дальше.
— Вот вы где! – он тоже тяжело дышит, но от бега. Его глаза слегка светятся в темноте, и, думаю, он хорошо видит смятение на наших лицах. Но, похоже, ему не до того. – Скорее! Пойдёмте! Император Шивон… Он уже в лагере!
- Что? – изумляюсь я, поднимаясь на ноги. – Но сейчас ночь! Что ему нужно???
- Испытание у Священных Камней Обнажения! Он заявил, что оно состоится сегодня. Точнее, прямо сейчас!
Все внутри меня холодеет. Сейчас? Ночью? Когда мы уставшие и измученные после тяжелого дня? Я не готова!
- Неужели нельзя подождать до утра? – шепчу подавленно.
- Нет, - голос Эри полон сожаления. – Император не передумает никогда! Поспешим же!
Во свете этой новости мое желание признаться Леонарду быстро отходит на второй план. Не сейчас. Позже. Хотя после такого поцелуя…
Но нет! Я не смогу сейчас это сделать!
Завтра!
Если, конечно, это завтра наступит…