Чудеса, да и только (СИ)

— Мы уже обо всем пообщались! Приступай к функциональным обязанностям, Самойлова. Завтра проверим с тобой….
— Завтра я в отгуле! И послезавтра! Свет, иди за бутербродами! — рявкнула я.
Светка подхватилась и ломанулась прочь из кабинета.
Я руки в боки уперла, как вчера трепетная Снегурочка Коромыслова… Медленно двинулась к Колькиному креслу.
— Фомин! Ты какого черта творишь? Предупреждаю! Не подпишешь Светке отпуск, натравлю на тебя трудовую инспекцию!
Колька отмахнулся.
— Самойлова, не пытайся меня шантажировать. Я конечно… Палку перегнул, согласен. А кто в феврале сможет Светку заместить? Что за необходимость такая: жениться, выходить замуж? Неужели нельзя без этого геморроя обойтись? Я вот, сегодня — переговоры с владелицей фитнес клубов, со всеми вытекающими отсюда последствиями, завтра еще какая-нибудь приятность наклюнется…
Колькина морда стала довольной, как у кота вылакавшего миску сметаны.
— Я не знаю когда именно, это случится Фомин, но точно — в ближайшее время! Встретишь ты ту, от которой у тебя башню сорвет! Накроет тебя, как только ее увидишь! Расшибаешься в лепешку, чтоб согласилась остаться с тобой. Навсегда. Потому что, кроме нее, тебе больше никто не будет нужен. Самым внимательным, идеальным мужем станешь! И примерным отцом. Многодетным!
Это надо было видеть. У Кольки выражение лица, поменялась с довольного на испуганно — ошарашенное. Он, вместе с креслом стремительно укатился вправо, чуть в стену не врезался.
— Чур меня! Самойлова, что за хрень ты несешь? Да уж, теперь я вижу, отгулы тебе не помешают. Переработалась. Это надо такое придумать! Я — многодетный….
Честно говоря, я и сама не могла объяснить, с чего из меня эта тирада вылетела. Я вроде что-то другое собиралась сказать…. Мать моя женщина, Фомин перепугался до смерти. Ничего, ему полезно. Уехал он от меня, к стене! Можно подумать, я у стены не достану!
Подхожу вплотную к креслу, нависаю над Колькой.
— Будет все, как я сказала. Готовься. — вещаю серьезнейшим голосом.
— Самойлова! Отстань по хорошему! — Колька с места вскочил, обогнул меня, далее обошел стол, отступил к двери кабинета. Руки скрестил на груди.
— Договоришься Алена, сама, как влюбишься, как выскочишь замуж!.. Только попробуй! Предупреждаю. До лета, отпуск не дам! Все! Сменим тему, пока у меня глаз не задергался. Слушай, мне кажется, нужно сотрудников предупредить, чтобы одежду с собой взяли, ну такую, подходящую для для квеста на свежем воздухе.
— Да, предупредить не помешает. Собери собрание, предупреди, прежде чем на…. переговоры отправишься.
— Собрание. Что-то я не догадался. Правильно. Лучше всех в одном месте собрать, чем каждый по отдельности мозги вынесет.
Колька кивнул, повернул голову к стулу с лежащими на нем моими вещами, уставился на приткнутый к ножке стула пакет.
— Ален, на фига ты зеленку с собой притащила? У нас вроде йод в аптечке есть.
— У племянника конфисковала. Он этот набор юного химика в садик с собой прихватил. Прикинь: дед ему рассказал, что если смешать зеленый и желтый, получится — синий цвет. Он смешал. Желтую гуашь и зеленку, с остатками крема для лица. Бабуля в темноте, данный состав нанесла на лицо. Мылом отмыть не смогли. Тоником для снятия макияжа, кое-как удалили, и то, не до конца — оттенок голубоватый на коже остался.
Фомин недоверчиво хмыкнул.
— Да ладно. Последнее время, даже типографские краски не отличаются устойчивостью. А тут гуашь… А ну-ка дай!
Метнулся к пакету, затем к рабочему столу, высыпал на стол содержимое, отвинтил крышку баночки от крема, заглянул внутрь, убедился, что в баночке пусто, дернул ящик стола, извлек из него тюбик крема для рук, щедро выдавил в баночку, ливанул в крем зеленки, затем — желтую гуашь, размешал субстанцию шариковой ручкой Паркер. Зачерпнул пальцами…. Принялся наносить ярко — синюю субстанцию на физиономию…. Густым слоем…
* * *
Н-да. Стоит отметить: синий слой получился не только густой, он еще и достаточно равномерно размазался. Губы Колька не тронул, оставил розовыми…
 
Убиться валенком…
— Владелица фитнес клубов придет в восторг. Неописуемый. — вытаращившись на сбрендившего руководителя, бормочу я.
— Придет, придет. В восторг. Куда она денется, — Колькины губы растянулись в довольной улыбке, сверкнули белые зубы. На синем фоне.
Действительно. Куда владелица денется….
— Думаю, достаточно. — говорит Фомин, извлекает из недр рабочего стола пачку бумажных носовых платков, вскрывает упаковку…..
— Лишнее снимем салфеткой, остальное — смоем водой. Учись Самойлова. У профи.
— Угу. Ты сперва смой, а потом выпендривайся. — откликаюсь я.
Дальше, Колька не спеша “снимал лишнее”, а по моему, втирал синюю субстанцию в кожу лица. На столе постепенно образовалась небольшая синяя горка из использованных бумажных носовых платков.
— Вроде все. — изрек сине — мордый Фомин, заглянул в опустевшую упаковку, поднялся с кресла, пошагал к двери.
Ну да. Раковины у нас только в туалете и в кухоньке имеются.
Хлопнула дверь, Колька вышел из кабинета наружу.
— Аа-а-а-а! — истошно завопил кто-то.
Света вроде бы. Впечатлилась… Следом за воплем, раздался звон разбитого стекла. Точно Светка. Что-то стеклянное с подноса опрокинула.
Захлопали двери кабинетов, послышались голоса, наперебой загалдевших сотрудников обеих полов:
— Ой! Что это с вами?
— Звонить в скорую? Возможно у босса начинается — синдром синей кожи. Редчайшее заболевание. Кожные покровы, при этой болезни, приобретают синий или сливовый цвет! — слышу голос Ильи — менеджера из торгового отдела.
— Ты откуда об этом заболевании знаешь? — спрашивает Васька айтишник.
— Жена где-то вычитала. — поясняет Илья.
— Аватар…. - тянет Васька и живо интересуется: — Можно я с вами сфотографируюсь?
— Заняться нечем? Сейчас организую! Устою вам, и синдром, и фотосессию! А ну, быстро, разошлись по рабочим местам! Светлана! Ты чего встала, относи поднос в кабинет и попроси уборщицу осколки чашки собрать! — перекрывая галдеж сотрудников, рявкнул голос шефа.
— Николай, может и правда скорую? Ведь с чего-то вы посинели, — неуверенно произносит Витька из отдела рекламы.
Пора вмешиваться. Покуда любопытные и сочувствующие Кольку до белого каления не довели, — решаю я.
Пересекаю помещение, выглядываю в коридор.
Народ нерешительно топчется возле дверей своих кабинетов. Колька застрял посреди коридора, прицельно расстреливает подчиненных взглядом.
— Уважаемые коллеги, не мешайте шефу проводить эксперимент. Нет на его коже никакого синдрома, есть зелёнка, гуашь и крем для рук. — вещаю, как можно громче.
— А какова цель эксперимента, не подскажешь, Алена? — насторожилась главбух. Ольга Павловна.
— Не подскажу. Сие есть тайна великая. — изрекаю хмыкнув.
— Спектакль окончен. Покиньте зрительный зал! — рыкает Колька.
Возобновляет движение к туалету.
Как и следовало ожидать: зелёнка в сочетании с гуашью, яркость утратила, но не отмылась. Въелась в кожу Колькиной физиономии. Не помогло ни жидкое мыло, ни щелочное, даже средство для мытья посуды не помогло.
Конфискованный у кого-то из девушек тоник для снятия макияжа, в Колькином случае, тоже не возымел должного действия.
Какая тут к чертовой матери трудовая дисциплина?
Босс сперва крыл сам себя благим матом, а потом, когда матерные слова в лексиконе закончились, пообещал исполнить любое желание, того, кто придумает, как его пострадавшего от тяги к экспериментаторству спасти.
Весь коллектив и без Колькиных обещаний озадаченный вопросом: каким образом вернуть его морде первозданный цвет, озадачился еще сильнее….
 
Я не особо верила “золотой рыбке” — Фомину, но так как мне вся эта суматоха изрядно поднадоела, набрала номер Алины, администратора из расположенного неподалеку салона красоты. На мое счастье, Алина находилась в салоне, и выслушав суть изложенной мною проблемы, согласилась помочь.