Злобный рыцарь (СИ)
- Это еще что было?! - воскликнул он. - Георгий! Эй, Георгий!
Костя даже не стал задумываться над высказанной угрозой наставника - ситуация требовала немедленного разъяснения, потому что тварь ему точно не померещилась. Персона тем временем расставила флакончики на полке и полезла в ванну. Наставник же, вопреки своему обещанию, не появлялся.
- Ты бы посидела в углу, пока я не узнаю, что это была за штука! - посоветовал Костя. Анна Юрьевна в ответ принялась что-то уныло напевать, сматывая с руки грязный бинт. Костя чертыхнулся, и тут раздраженный голос Георгия спросил из-за двери:
- Ты там?
- Да, заходи.
- Получаса не прошло! - рявкнул наставник, вступая в ванную, по которой уже стелился парок. Теперь на нем была байковая пижама в уютную серо-синюю клетку и меховые тапочки с помпонами. - Я говорил, что я тебя урою?!
- Я думал, ты придешь мгновенно, - не удержался от сарказма Денисов.
- Я на четвертом этаже живу! - огрызнулся Георгий. - Я что - похож на акробата?! В чем дело?! - тут Анна Юрьевна повернулась, чтобы бросить бинт на раковину, и Георгий поспешно прикрыл глаза согнутой ладонью. - Пардон, мадам! Ну конечно, омовения голой девицы - и ты тут как тут! Вижу, времени даром не теряешь!..
- Может, перестанешь болтать и дашь мне объяснить?!
- Негоже так разговаривать с наставником, - заметил Георгий на удивление беззлобно и посмотрел на ученика с откровенным интересом. - Впрочем, валяй!
Костя немедленно изложил увиденное, и Георгий, нахмурившись, внимательно оглядел угол, в котором исчезло существо.
- Хм.
- Это все, что ты можешь сказать?!
Наставник, отмахнувшись, вдруг проворно вскочил на бортик ванны, ухватившись за полотенцесушитель, с кошачьей ловкостью забросил на него свое тело, а оттуда перепрыгнул на прикрепленный выше кронштейн душа, на котором и застыл на одной ноге, пригнувшись и тщательно осматривая стык.
- Ничего себе! - невольно восхитился Костя. - А говоришь, не акробат! Как ты это делаешь?!
- Молча! - Георгий постучал пальцем по стенке и повернул голову. - Тут и в самом деле что-то было. Видать, ты ее спугнул. Вряд ли она вернется.
- Ты ж говорил, что никто не может войти в дом без моего разрешения!
- Только не паразиты, - Георгий, развернувшись, перепрыгнул на карниз душевой занавески, даже не дрогнувший под его телом, и с удобством на нем устроился, по мальчишески болтая ногами. - Какой-то сглаз, скорее всего. Порождение. Но я на твоем флинте ничего не видел - вероятно, оно сразу в дом прошмыгнуло. Хранителя не было, а времянщики могли его проморгать - я ж говорил, что они халтурщики. Еще один повод завести домовика - они таких тварей жрут только так!
- Перестань говорить мне слова, которых я не понимаю! - взмолился Денисов, глядя на раскачивающиеся ноги в меховых тапочках, нелепо смотрящиеся на фоне силуэта за душевой занавеской. - Сглаз? А это связано с тем, что она, как ты ушел, тут же на кухне стакан уронила? А сразу после этого в ванне поскользнулась.
- А-а, это, наверное, ей от кого-то падалка прицепилась.
- Господи, что прицепилось?!
- Падалка, - Георгий спиной провернулся на карнизе, пролетев сквозь занавеску, и, хлопнув тапочками, приземлился на коврик перед Костей. - Очень распространенное проклятие неуклюжести. Пожелает человек глазливый чего-нибудь другому - и появляются всякие такие штуки. Грубо говоря, кто-то пожелал твоему флинту навернуться. То ли она на ногу кому-то наступила, то ли еще что. Видел, как человек может ни с того, ни с сего на ровном месте споткнуться? Или уронить то, что крепко держал. Это все проделки падалки.
- Или нарушенной координации, - заметил Костя, ошеломленно переводя взгляд с душевого кронштейна на карниз и обратно. - Словечко-то придумали! Оно точно не вернется?
- Точно, - Георгий ободряюще похлопал его по плечу. - Падалки трусливые, но хорошо, что ты ее приметил. Если она и закрепилась, то в доме может и отцепиться, забиться в какую-нибудь щель и вылазить всякий раз, как отвернешься. Да ты у меня способный! - Георгий снова хлопнул его по плечу - на сей раз с такой силой, что Костя чуть не рухнул в ванну. - Видишь, а жаловался! Уже хорошее дело сделал, молодец!
- Да я ничего и не делал, - сказал Костя не без гордости. - Только что ж... эти всякие теперь постоянно...
- Я говорил, что работа не из легких, - Георгий задумчиво посмотрел на помпоны своих тапочек. - И проблема не только в том, что глазливых людей хватает, но и в том, что они могут пожелать все что угодно. Могут пожелать и смерти.
- Что-то мне расхотелось слушать дальше, - признался Костя.
- Тогда я пошел, - объявил Георгий, - а ты продолжай бдеть. Только, - он погрозил Косте пальцем, - хвост особо не задирай, и не думай, что мое мнение о тебе изменилось. Про синюю бороду - это, конечно, было смешно, но меня, все же, поразило, что ты не задал Захарычу двух действительно важных вопросов: почему не появился на похоронах твой отец, и что случилось с теми, кто ехал в "Фиате", который приложила твоя машина. Тебе даже в голову это не пришло. Это тебя прекрасно характеризует, - Георгий повернулся к задернутой занавеске и галантно приподнял воображаемую шляпу. - Мадам.
Он вышел, оставив Костю озадаченно смотреть перед собой. Он действительно не задумывался над этими вопросами, пока Георгий их не озвучил. И они действительно не скоро бы пришли ему в голову. Второй, вероятно, никогда бы не пришел. Он и сейчас ему неинтересен. Какое ему дело до тех, кто ехал в "Фиате"? А вот отец... С того момента, как Костя не увидел его на похоронах, он испытывал по отношению к нему только злость, но никакой тревоги не чувствовал. Отец либо опоздал, либо, как и Пашка, занимался делами, либо просто на него разозлился. У него прекрасное здоровье, вряд ли что-то могло случиться. Какое-то несчастье... да нет, не может быть. Он просто бросил его. Как и лучший друг. Внезапно у Кости возник еще один вопрос - окажись он на месте Пашки - как бы поступил?
Ответ был очевиден.
Вероятней всего, точно так же.
Он настолько плох? Или просто на самом деле не было никакой дружбы. Ничего не было. Все они - лишь деловые партнеры - не больше. И друзья, и жены, и любовницы. Все они только заключали сделки. И он, Константин Денисов, не умер для них. Он просто вышел из бизнеса.
За занавеской выключили воду, и Костя, повернувшись, вышел из ванной и направился в гостиную, где уселся в одно из кресел и буравил мрачным взором штору до тех пор, пока хранимая персона, облаченная в шерстяной синий спортивный костюм, не вошла в гостиную и не плюхнулась в соседнее кресло. Чуть придвинула его к креслу, в котором расположился Костя, и тут же схватилась за новую сигарету и бокал.
- Это все, чем ты занимаешься по вечерам? - хмуро спросил он.