Богдан и Матвей что было дальше (СИ)

— Ну уж нет! Кира только моя! Тебе остается только молиться богине Ладе, чтоб она послала тебе женщину, похожую на мою жену. Наша богиня большая затейница, — Костя посмеялся над своими словами и непониманием друга. Они никому не говорили, что Кира родилась в другом мире, а в этот ее перенесла богиня — А Кира — моя судьба! Кстати, у нее есть довольно интересная теория о судьбе человека. Она говорит, что путь каждого человека предначертан и заранее написан, но не так как большинство из нас думает, а прописаны только важные события. Например, должен в твоей жизни случиться пожар, так он будет. Но от тебя зависит что ты в это время будешь делать: тушить, смотреть или это будет гореть твой дом.
— Ну раз Кира уже занята, то буду молиться. Может, и мне повезет встретить такую умничку, как твоя жена. А почему мы весь вечер говорим только про твоих сыновей? А что девчонки?
Дочери Кости и Киры хоть и были ещё совсем малышками, ни в чём не уступали своим старшим братьям и сестре. Озорничать они начали раньше, чем научились ходить и говорить. Зоя и Саша были настоящими маленькими ураганами, способными превратить дом в поле битвы за считанные минуты.
— Ты не поверишь, они еще такие маленькие, но уже такие разные! Зоя, старшая, и она у них лидер, а Саша во всем поддерживает сестру, находясь у нее за плечом. Однажды мы не на шутку перепугались, услышав шум из детской.
— А-а-а! — рев был настолько пронзительным, что мы с Кирой и Агриппиной Федоровной прибежали в детскую, опасаясь самого страшного. Я уже не помню почему, но служанка, которая смотрела за девочками ненадолго вышла.
Поняв причину слез Зои, а это плакала именно она, мы не смогли сдержать улыбки. Она стояла посреди комнаты, ее руки были наполнены игрушками, а лицо выражало крайнюю степень огорчения. Оказывается, у Зои в этот момент взыграли собственнические инстинкты, и она стала забирать каждую игрушку, которую брала Саша. А рёв и сильное горе случилось из-за того, что Саша взяла следующую игрушку, а места в руках у Зои больше не осталось. В это время Саша, не понимая из-за чего рыдает сестра, сидела и ее разглядывала, пытаясь понять причину расстройства сестры.
Кира сообразила быстрее всех как помочь малышке и решила пойти на хитрость. Она взяла у Зои из рук все игрушки и положила рядом с ней, а в руки дала мягкого зайца. Девочка, удовлетворенная тем, что у нее снова есть место для складирования игрушек, успокоилась. Саша же, увидев, что у сестры теперь все хорошо, радостно заулыбалась.
На протяжении всего Костиного рассказа Алексей Николаевич сидел, откинувшись в кресле, и улыбался, слушая забавные истории о проделках детей своего друга. Он с удовольствием представлял себе, как это происходило. Алексей был бездетным, но рассказы Кости помогали представить, как бы могло быть у него в семейной жизни.
В какой-то момент Алексей Николаевич поймал себя на мысли, что ему немного завидно. Он тоже хотел бы иметь такую семью, в которой царит любовь, забота о ближнем и много смеха. Но потом отмахнулся от этих мыслей. У него была своя жизнь, свои интересы, свои достижения. И все же в глубине души он не мог избавиться от легкой грусти.
— Вот ты рассказываешь про своих детей и их проказы, — с улыбкой произнес Алексей Николаевич, — а в кого они такие экспериментаторы? Сам-то помнишь, как утопил половину цыплят на скотном дворе своих тетушек?
Граф откинулся на спинку кресла, вспоминая их общее детство. Они часто встречались, когда были детьми, потому что их родители дружили и любили бывать в гостях друг у друга. Поэтому что один, что другой могли вспомнить много историй про общие проделки.
— Ты тогда хотел понять, чем одни желтые птицы отличаются от других желтых птиц, — вспоминал Алексей Николаевич, еле сдерживая смех, — и почему одни плавают, а другие нет.
— Ну правильно, надо же было понять. А это оказались цыплята и утята! — рассмеялся Костя. — Утятам, конечно, повезло больше, а вот цыплят жалко
— Я помню, как долго ругались твои тётушки! — сказал Алексей Николаевич, наблюдая, как на лице Константина появляется виноватая улыбка.
 
— Еще бы! — рассмеялся Константин Львович. — Они же этих цыплят холили и лелеяли, готовили к ярмарке. А я их планы нарушил.
— Сейчас, когда вспоминаю про тот случай, конечно, мне жаль тех цыплят, — признался Константин Львович, — меня оправдывает только то, что я был совсем маленьким. Но, помня тот случай, я своим малышам сразу же показал отличие между желтыми птичками. На всякий случай, — и он рассмеялся.
— А вот моя Кира отличилась в другую сторону, — с улыбкой вспомнил Константин Львович. — Когда она была беременна девочками и гуляла по берегу реки недалеко от нашего дома, то увидела корыто с только что пойманной рыбой. Рыба на тот момент еще живая подпрыгивала и все норовила улизнуть обратно в воду. Рыбаки были рядом, но занимались лодками и снастями. И что бы ты думал? Она взяла и выпустила всю рыбу обратно в реку! На резонный вопрос рыбаков, зачем она это сделала, ответила просто: Жалко стало. Мужики только махнули рукой. А что тут сделаешь, во-первых, женщина во-вторых беременная, а в-третьих баронесса — и продолжил — я сразу понял, какое сокровище мне досталось. Моя жена — добрая, умная и заботливая. Со временем я начал задаваться вопросом, что же я сделал, чтобы заслужить такую женщину в спутницы. Она так легко и естественно находит общий язык с детьми, что это просто поражает меня. И главное, у неё это всегда получается так легко и непринуждённо!
Глава 7
Кира. Как в очередной раз у меня хотели забрать мужа.
****
Проснулась от того, что кто-то пристально смотрит на меня. Зоя, сонно потирая кулачками глазки, стояла около нашей кровати.
— Доченька, что ты тут делаешь? — удивленно спросила малышку и толкнула Костю в бок, вынуждая проснуться.
— Я проснулась и поняла, что есть хочу, — пробормотала Зоя, устремив зеленые глаза на отца. Глядя на этих двоих, нельзя было усомниться в родстве, так сильно заметно поразительное сходство.
Костя спросонок не сразу понял причину своего пробуждения, а когда голова проснулась и он начал соображать, умилился увиденной картине.
— Как думаешь, лучше сделать? Сюда что-нибудь перекусить принести или пойдем на кухню?
Я вообще-то против того, чтоб кушали в кровати, — после этого остаются крошки, но если идти на кухню, то все это мероприятие может затянуться, а нам надо рано вставать.
— Принеси сюда, пожалуйста — сделала я выбор.
Он поднялся с кровати, взял на руки Зою и уложил в нашу кровать, а сам отправился добывать перекус. В этот момент он выглядел таким милым — со взъерошенными волосами и сонным взглядом, — что я не смогла удержаться от улыбки и послала ему воздушный поцелуй.
Дочь заметила наши переглядывания, что-то там у себя в голове подумала, а потом выдала заключение:
— Я, наверное, выйду замуж за папу! — заявила она, удобно устраиваясь на кровати. — Я так его люблю!
— Когда ты вырастишь, то папа будет уже старенький. Давай мы лучше тебе подыщем красивого и молодого? — Я тихонько засмеялась, потому что еще недавно за Костю собиралась выйти Лиза, и я говорила именно эти же слова. Вот какой у меня хороший муж, постоянно приходится отстаивать право быть его женой.
— Мамулечка, ты не поняла. Я сейчас выйду за него замуж.
А вот такого ответа я не ожидала.
— Дорогая, а зачем тебе муж сейчас?
— Ну как же ты не понимаешь, во-первых, он хороший, во-вторых, он меня любит, а в-третьих, он вон какой!
— Какой такой? — я с интересом слушала размышления мелкой разлучницы.
Она долго думала, видимо, пыталась подобрать слова, а потом просто со знанием дела сказала — ТАКОЙ! Ты чего сама не видишь?
— Конечно, вижу. А я куда же? — с улыбкой спросила дочь.
— Ты себе другого найдешь, — ответила Зоя, словно речь шла о чем-то само собой разумеющемся.
— Милая, если мы будем искать мне другого мужа, мне придётся уйти из этого дома, и тогда мы будем видеться гораздо реже. А кто же тогда будет тебя обнимать и целовать, кто будет тебе сказки рассказывать? — спросила дочь, притворно огорчившись.