Я С РФ-3 (СИ)
Вперёд сразу вылетела опытная медик-хирург из вновь прибывшего экипажа. Именно ей Анна год назад сдавала в академии экзамен, по оказанию первой помощи в космосе.
— Какие повреждения? — тут же поинтересовалась она.
— Проникающие ранения брюшной полости, удар током, большая потеря крови. Мы извлекли крупные осколки из ран и поставили кровоостанавливающий бандаж. Нужна срочная операция — тут же ответил американский астронавт с красным крестом на плече.
— За мной — сказала медик-хирург, и сняв шлем скафандра, полетела вперёд указывая путь в медицинский модуль.
В это время все восемь астронавтов покинули шаттл и принялись здороваться с нашими космонавтами.
— Ну что Майкл, как в старые добрые? — проговорил Крикалёв и обнялся со старым приятелем.
— Да Юра, сейчас чуть передохнём и начнём латать мою колымагу.
— Ох и красивые у вас скафандры, только не пойму зачем сервоприводы и композитная броня в невесомости? — спросил Крикалёв, и указал на жёсткую кирасу и наплечники, чьи очертания явственно проглядывались через серебристый материал.
Армстронг не ответил, и резко перестав улыбаться, принялся напряжённо вглядываясь в коридор, куда с медиком уплыли два его астронавта с раненым. По всей видимости тот, кого они туда транспортировали, был ему очень дорог. Обернувшись Анна увидела немного изогнутый корневой коридор и распахнувшуюся переборку медицинского модуля, размещённого прямо напротив командного отсека станции.
А когда она обернулась, то не поверила своим глазам, и в тот же миг осознала, что её с самого начало беспокоило в поведении астронавтов. Они как бы невзначай окружили наших полукругом и теперь замерли, держа в руках серебристые пистолеты.
— Майкл, я не понял? — проговорил полковник Крикалёв, рассматривая направленное ему в голову странное оружие, которое держал его давний товарищ. — Ты что, решил поиграть в пиратов?
— Юрий, а что ты не понял. Эта станция реквизирована военно-космическими силами США и переходит под моё полное управление.
После этих слов до Анны наконец дошло что происходит, и она от изумления открыла рот.
— А ты случайно ничего лишнего из автоматической аптечки скафандра себе не ввёл? — спросил Крикалёв и обвёл взглядом замерших астронавтов, которые все, кроме командира задраили зеркальные шлемы.
— Нет Юрий, я ничего лишнего себе не ввожу. А тебе и твоим людям советую просто сдаться, и не усугублять. Тогда никто не пострадает.
Лицо американца пересекла кривая ухмылка и в этот момент сзади послышалось несколько звонких хлопков. Мгновенно среагировав Анна переключилась на канал трансляции, ведущийся из командного пункта и изумлённо уставилась на медленно проплывающее тело оператора. Рядом замерли два астронавта, а мимо них в разные стороны разлетались капельки крови, вырывающиеся фонтаном из пробитого горла убитого космонавта.
— Шеф, центр управления под контролем, две единицы русских списаны в расход — отчитался астронавт, открывший окровавленный шлем, и Анна увидела, что под ним скрывается лицо короткостриженной молодой девушки.
А сзади она увидела тело медика, которое тянул за собой третий астронавт, в измазанном чем-то чёрным скафандре. За той, кому Анна сдавала экзамен, оставался кровавый след из зависших в невесомости алых капель.
Внезапно несколько виртуальных капель устремились к застывшей Анне и пролетели через её голову, и в этот самый момент она услышала частые хлопки выстрелов и звуки борьбы.
Переключившись на служебный модуль, она оказалась в эпицентре сцепившихся тел в скафандрах. В следующий миг она увидела стандартный электро-дырокол в руке майора Берёзова. Он прижал его к шлему одного из астронавтов и нажал клавишу, активирующую поршень с пьезоэлектрическим стержнем, способным прожечь точечным сверхмощным разрядом тока, пятнадцатимиллиметровый стальной лист. Американец тут же обмяк, а затем раздались частые выстрелы и прострелянное тело майора отлетело и ударилось в закрытый шлюз над головой.
Неожиданно сквозь Анну пронеслись два серебристых росчерка. На автомате проследив куда летят пули, она увидела что они пробили спину молодого космонавта-стажёра, бьющего острой частью универсального гаечного ключа, по покрытому трещинами шлему ещё одного астронавта.
Молоденький лейтенант воскликнул и выпустил из рук инструмент. После этого освободившийся от захвата американец, грубо оттолкнул его тело в сторону открытой ниши с приготовленным ремонтным-роботом, затем он открыл измочаленный шлем и зло сплюнул кровавую пену.
Бой прекратился. В итоге короткой рукопашной схватки все наши космонавты перестали подавать признаки жизни, кроме раненого Крикалёва и раненой в плечо женщины биолога, из прибывшего вместе с Анной экипажа. Американцы потеряли того, кого достал Марков. У ещё одного из звёздно-полосатых астронавтов в боку торчала длинная отвёртка и из раны постоянно выскакивали капельки крови, вливаясь в общую мешанину из кровавых сгустков, зависших в невесомости инструментов и стреляных серебристых гильз, внешне походивших на маленькие баллоны.
— Одного не хватает — отчиталась девушка астронавт, вынырнувшая из центрального коридора.
— Обыскать станцию и найти последнего. Все модули и отсеки открыть настежь — мгновенно среагировав, приказал Майкл Армстронг.
— Зачем? — спросил зажатый между двумя астронавтами полковник Крикалёв.
В этот миг Анна увидела что одна из пуль порвала его ухо, да и сам скафандр пробит в районе живота.
Его давний знакомец, поменял магазин пистолета и только после этого подлетел ближе.
— Потому что с нас хватит.
— Чего хватит?
— Вы нас тормозите. Русские, китайцы, индийцы и даже бразильцы вы все постоянно что-то запускаете в космос, заставляя наших военных следить за тем не учудите ли вы что-либо в очередной раз. Хватит засорять орбиты своими спутниками. Пришло время планомерному освоению, без оглядки на остальных.
— Майкл, то что ты говоришь, это полная чушь — проговорил дядя Юра.
— Нет, это не чушь. Ты знаешь, что в моей семье никогда не отмечали день космонавтики, только из-за того, что он начал свой отчёт с посылки в космос советского колхозника. Лучше бы он тогда сгорел на старте и этот день стал совсем другим — эмоционально отчеканил Армстронг и зло ощерился. — Теперь у нас появился шанс всё изменить.
— Майкл, а ты понимаешь, что это война? — утробно прорычал полковник Крикалёв, и вывернув голову, посмотрел на плавающие в невесомости неподвижные тела космонавтов, облачённые в лёгкие скафандры.
— Юрий, да мы уже давно с вами воюем, вот только вы очень старательно этого не замечаете — ответил американец, и сорвав с плеча эмблему НАСА, указал на необычный шеврон, где американский белогривый орёл развернул свои крылья над солнечной системой. — Теперь всё будет только так. И как полковник новой космической пехоты, я начну с этой никчёмной станции. Как говорил мой дед, «Это маленький шаг для человека, но огромный для всего человечества».
— Ну это навряд ли — проговорил дядя Юра и неожиданно уставился прямо в глаза Анны. — Стажёр-космонавт Алфёрова, приказываю активировать протокол полного проветривания.
Только после этих слов, Анна наконец вышла из оцепенения и встрепенулась. Её пальца на автомате забегали по сенсорной панели управления, выводя команды из аварийного списка.
Трёхмерная схема станции тут же появилась перед глазами, и на ней одна за одной начали загораться оранжевые метки обозначающие размещённые заряды. Когда приготовления завершились, она занесла руку над всплывшей в центре панели красной кнопкой, и уставилась на дядю Юру.
В этот момент Анна услышала, как по закрытому люку грузового модуля, провели чем-то металлическим. Это значило, что астронавты прямо за ним.
— Ты блефуешь — проговорил Армстронг и нервно огляделся, словно ища прямо в служебном модуле кого-то невидимого.
— Нет Майкл, ты знаешь, что я не блефую. Аннушка «ПОЕХАЛИ» — совсем обыденно проговорил он и широко улыбнулся, невольно копируя улыбку своего двоюродного прадеда и тёзки Юры Гагарина, о родстве с которым знали лишь несколько человек.