Елена Прекрасная (СИ)

– Но зачем мне это? – до сих пор не понимала я. Раньше я не обращалась в животных, и не тянуло. Поэтому, что делать с лебединой ипостасью, понятия не имела.
– Пригодится, – улыбнулся он и подарил мне поцелуй.
Боль в шее мгновенно прошла, а мир снова стал казаться сказочным! Когда наши губы разомкнулись, я вновь улыбнулась.
– Теперь лучше? – поинтересовался он.
– Определённо! – кивнула я.
– Есть проблема, – сообщил Кощей с улыбкой.
– Какая? – тотчас посерьёзнела я.
– Магией воздуха ты пока не владеешь, поэтому не можешь летать. В этом тебе поможет моя мать, но до неё нам надо как-то добраться… Емеля сейчас далеко, а значит, придётся самим бежать по лесу.
– Ладно, в чём проблема? – я помнила, что научилась передвигаться очень быстро, поэтому не видела в этом ничего страшного.
– Наверное, ты не заметила, потому что была занята другим, – он игриво повёл бровями. – На печи мы ехали очень быстро – быстрее, чем научил тебя передвигаться лесной царь.
– Да, – припомнила я. – Было быстрее. Но разве птицы летают так же быстро?
– Конечно! – ответил он, словно я спросила какую-то глупость. – По воздуху передвигаться гораздо быстрее, чем по земле!
«С другой стороны, в моём мире птицы тоже летают быстрее, чем ездят печи. Потому что печи стоят на месте!» – мысленно решила я и произнесла вслух:
– Ну что ж, тогда прогуляемся по лесу чуть дольше, – я подмигнула Кощею, намекая на прошлую ночь.
Прогуляться нам пришлось значительно дольше. Если, когда я вышла из моря, солнце только клонилось к закату, то сейчас на лес опустилась глубокая ночь. Всё это время мы не останавливались ни на минуту, и я абсолютно выбилась из сил, о чём и сообщила Кощею. Он не возражал и не торопил меня, а просто расстелил нам мягкий газон прямо в лесу. На любовные утехи сил уже не осталось, поэтому мы просто целовались. И так, в объятиях друг друга, заснули.
  
Глава 4.3
 
Проснулась я, когда в окно вовсю проникали солнечные лучи – они и разбудили меня. Я нехотя открыла глаза и быстро узнала интерьер. Не оставалось сомнений: я находилась в комнате Кощея. Улыбнувшись, я развернулась, чтобы обнять любимого, но… не обнаружила его. В постели была я одна. Слегка огорчившись, я откинула одеяло и поняла, что на мне сейчас не платье, а лёгкая полупрозрачная ночнушка чёрного цвета, на тонких бретелях, длиной до колен.
– Кощей, – догадалась я, что это его рук дело, и усмехнулась.
Он тут же вошёл в комнату:
– Ты звала меня?
Увидев его, я широко улыбнулась.
– Ты переодел меня? – спросила я. – И как мы здесь оказались?
– Я перенёс тебя прямо перед рассветом, – ответил Кощей, любуясь моим нарядом, в который сам же меня и одел.
– Почему я не проснулась?
– Потому что я могу управлять твоими снами, – злорадно улыбнулся он.
– Управлять моим разумом? – уточнила я. Я должна была заволноваться, что кто-то вновь пытается завладеть моим разумом, но отчего-то на душе было спокойно.
– Лишь во сне, – пояснил Кощей и наконец приблизился ко мне, присаживаясь рядом на кровать.
– Ты ворон. Поэтому тебе нравится чёрный? – поинтересовалась я, окидывая взглядом чёрную комнату.
– Но ты моя белая царевна-лебедь, – с этими словами Кощей припал к моим губам.
И вот уже его руки поднимали вверх мою ночнушку, как бы невзначай задевая кожу, вынуждая её покрываться мурашками… Оторвавшись от моих губ, он лукаво посмотрел в глаза, заставляя меня поднять руки, и стянул с меня ночнушку через голову. Как только мои руки оказались свободны, я обвила ими его шею и вновь потянулась к губам, но он остановил меня:
– Я приготовил тебе платье.
– Сейчас? – огорчилась я.
– Да, Елена, – он высвободился из моих объятий и подошёл к шкафу.
Признаться, мне стало неловко сидеть вот так, с обнажённой грудью, поэтому я прикрыла её одеялом.
Достав из шкафа длинное платье, полностью белое выше пояса и полностью чёрное ниже пояса, Кощей хотел было подойти ко мне с нарядом, но, увидев меня прикрытой одеялом, остановился и усмехнулся:
 
– Меня смущаешься?
– Порой мне кажется, что я тебя не интересую даже голой, – недовольно буркнула я.
Он рассмеялся:
– После всего ты продолжаешь так считать?
Я ничего не ответила, лишь отвела взгляд. Тогда Кощей подошёл и медленно стянул с меня одеяло.
– Я раздел тебя, потому что мне нравится смотреть на твоё обнажённое тело, – пояснил он. – Но предаваться страсти не самое подходящее время. И разве ты не находишь сексуальным, что я, помимо того, что раздеваю тебя, ещё и одеваю?
Чуть смягчив выражение своего лица, но оставив на нём нотку недовольства, я встала с кровати, чтобы он меня одел. Он занёс собранное платье надо мной, и я послушно всунула руки в рукава, а он продел ворот через мою голову. Наряд тут же сел по фигуре, осталось только чуть расправить его и застегнуть пуговицы на груди. Кощей всё делал сам. И когда его пальцы коснулись моей груди, я невольно задержала дыхание. Он медленно застёгивал пуговицы, глядя с улыбкой в мои глаза. Чёрт возьми, это действительно было сексуально!
Закончив с пуговицами, Кощей оставил лёгкий поцелуй на моих губах и спросил:
– Надеюсь, ты не против, что я перенёс все твои платья в свою комнату? В нашу комнату! – быстро поправил он себя.
– Ты… мы… – пыталась подобрать я слова. – Будем жить вместе, в одной комнате?
Он кивнул. А я не удержалась и от радости кинулась к нему на шею, снова прильнув к губам. Поцелуй на этот раз получился более страстным, но мы нашли в себе силы не зайти дальше.
– Моя мать ждёт тебя, – с каким-то даже сожалением сообщил Кощей.
– Когда всё закончится, мы сможем быть вместе столько, сколько хотим? – с надеждой я посмотрела ему в глаза.
– Елена, – он покачал головой. – Ты даже не представляешь, сколько всего нам ещё предстоит!
– Что ты имеешь в виду? – не поняла я.
– Всему своё время. А сейчас идём! – и, взяв за руку, Кощей потянул меня за собой.
Когда мы спустились к завтраку, Баба Яга лишь хмыкнула вместо приветствия.
«Я ей не нравлюсь? Она считает меня неподходящей партией своему сыну?» – сразу подумала я.
– Дело не в этом, Елена, – шепнул Кощей мне на ухо, отчего я вопросительно посмотрела на него. Всё-таки к тому, что кто-то отвечает на мои невысказанные вопросы, я ещё не привыкла.
– А вот и наша парочка, – ехидно произнёс Мурзик, запрыгивая на пень. – Мур-мяу, как выдалась ночка? Что-то сегодня Елена была поразительно тихой.
– Мурзик! – осадила его Яга, а я смутилась:
– Ты… тоже слышал?
– Он не раскрыл тебе тайну ночного леса? – кот бросил взгляд на Кощея.
– Какую тайну? – я тоже посмотрела на него, только требовательно.
– Ночной лес не способен хранить секреты, – сообщил Мурзик невозмутимо.
– То есть как? – я вновь взглянула на кота.
– Любой звук в ночном лесу становится отчётливо слышен даже в самой отдалённой его точке, – подмигнул мне Мурзик.
Такого поворота я не ожидала! Я, конечно, предполагала, что в лесу хорошая акустика, но то, что настолько…
– Ты знал! – с яростью я развернулась к Кощею и ударила его в грудь. – Теперь о том, что ты меня… что я с тобой… знают и во дворце!
– Елена, – Кощей попытался успокоить мне, обхватив руками за плечи, но я со злостью оттолкнула его и решительным шагом направилась к выходу. – Елена, постой! – он быстро догнал меня и остановил за руку. – Извини! – выпалил он, и тогда я обернулась. – Прости, что не сказал. Прости, что заявил всем о наши чувствах! Все слышали не только твои стоны, но и то, как перед этим я признался тебе в любви, а ты призналась мне. Когда ты поцеловала царевича у меня глазах, во мне вскипела ревность! Я хотел показать всем, что ты моя.
– То есть я сама виновата? – перефразировала я.