Не играй с огнем, девочка. Наследник для врага (СИ)

– Она крутила мной как хотела. Да и не только мной. Однажды, я даже подумал, что она будет со мной. Любимая дала надежду, но потом я узнал, что она выходит замуж. На этом я и распрощался с ней и с университетом. Я попытался забыть все, что было связанно с ней. Ушел в армию, меня направили в боевую точку…
Я судорожно вздыхаю, представляя, что пришлось пережить этому человеку, но стараюсь не перебивать. Уж очень интересно узнать, чем закончилась история.
– Она вышла за другого? Но за кого? – все же решаюсь уточнить я, после длительной паузы.
– Этого я не знаю. Не хотел знать. И до сих пор… Хотя мои ребята могли бы это сделать за считанные минуты.
– Но почему? – вскидываю брови я.
– Потому что боюсь, я его убил бы.
Я замолкаю, сжимаясь от страха, но Аким нежно берет мою руку.
– Я не убийца, Рита! Да, я могу решать многие вопросы с безопасностью, но я никогда не убивал людей. Только врагов в горячей точке. И после этого решил, что больше никогда…
– Что случилось с ней? Вы еще виделись? – перевожу я тему, чувствуя как дрожит рука Акима в моей. Слишком болезненные воспоминания я вытянула на свет.
– Да. Я вернулся после амии и попытался с ней встретиться. Слышал, что она родила ребенка своему мужу, и при встрече понял, что она его любит. Да она даже изменилась. Словно потухла, а в глазах горела нежность и любовь. Она никогда так на меня не смотрела, как в тот вечер, когда рассказывала о своем муже и ребенке. Я ее такой никогда не видел.
– И что же потом?
Аким сжимает зубы и закрывает глаза.
– Я никогда никому не рассказывал этой истории, Рита.
– Я понимаю…
– Но ты должна знать. Я любил ее! Любил и никогда бы не сделал ей плохо. Но в тот вечер на мою машину поставили взрывное устройство. Я вышел из себя, когда она сказала, что больше никогда не хочет меня видеть. Кричал, что лучше бы она умерла. Я выскочил из машины, и отбежал достаточно далеко, а она не успела… Автомобиль взорвался, и ее отбросило ко мне взрывной волной…
– Аким, мне так жаль… – выдыхаю я со слезами на глазах.
– Она умерла у меня на руках, не проронив ни слова. Но ее взгляд… В нем явно читалось только одно «За что?»
  
Глава 19
 
– Но ты не виноват! – шепчу я с ужасом.
Аким молчит, но вскоре кивает.
– Рита, ты не знаешь всего…
– Ну так расскажи! – поддаюсь я вперед и мужчина нежно обнимает меня за плечи.
– Маленькая моя, нежная девочка, тебе не нужны мои скелеты из прошлого. Я и сам их пытаюсь забыть вот уже более двадцати лет. Я хочу начать все сначала…
– Я поняла тебя, Аким. Позволь мне помочь тебе! Позволь быть той, которая излечит твое сердце. Пусти меня в него… – жарко шепчу я в полураскрытые губы мужчины, и тот не менее горячо отвечает:
– Ты уже там, Рита. Давно и навсегда…
Аким валит меня на кровать, накрывая своим телом и целует так, что кружиться голова. Мне кажется я никогда не была так счастлива, как сейчас, с ним. Ни с кем не чувствовала себя такой желанной, нужной и что самое главное – защищенной. От всего. От отца, проблем на работе, от себя самой.
Стоило ему признаться сейчас. Рассказать обо всем, включая то, зачем я здесь появилась. Но наши поцелуи, нежные и неторопливые, плавно перерастают в горячий и страстный секс.
В одно утро я просыпаюсь от звука голоса за дверью. Аким с кем-то громко разговаривает, хоть и пытается скрыть эмоции:
– Я же сказал, реши этот вопрос без меня!
Недолгая пауза, а затем мужчина рычит сильнее:
– Руслан! Ты как будто вчера родился! Я что, должен курировать каждый твой чих? Ну позвони нервному, скажи, что у нас проблемы! На крайний случай воспользуйся хлопушкой.
Снова тишина, и я приподнимаюсь на локтях, чтобы лучше слышать.
У Акима проблемы?
– Нет, меня больше это не волнует. Да, можешь считать, что я излечился!
Я закусываю губу, примерно понимая о чем речь, но потом аж подпрыгиваю от грохота:
 
– Что?! Почему ты сразу не сказал? Где он? Сейчас буду!
Я слышу торопливые шаги и падаю обратно в кровать, делая вид, что сплю.
– Любимая моя, проснись, мне нужно уехать… – Гладит Аким меня по волосам и я открываю глаза.
– Что? Куда?
– Возникли срочные дела. Я правда не хотел никуда ехать, но ситуация требует моего вмешательства. Прости…
– За что? Все хорошо, я все понимаю! Поезжай…
Я притягиваю мужчину за шею и жадно целую.
– Женщина, я сейчас никуда не уеду! – рычит Аким, впиваясь пальцами в мою грудь.
Коленкой чувствую его вздыбленный член и усмехаюсь:
– Порви их там всех за то, что не дали нам времени на утренний секс…
– Моя… – шепчет мужчина и смотри в глаза. Так пронзительно, что по коже бегут мурашки.
Я чувствую, что теперь действительно я его. Даже не своя, больше его.
– Люблю тебя… – шепчу я.
Аким снова целуют меня и, не без сожаления отрываясь от моих губ, начинает быстро собираться.
– Будь осторожен… – говорю я на прощанье и мужчина криво улыбается:
– Как всегда!
Он уходит, оставляя меня одну, а я снова укладываюсь в кровать. Настроение куда-то пропало, ровно, как и силы. Резко перехотелось делать хоть что-нибудь. Поэтому я снова засыпаю, чтобы проснуться на закате от голода.
Урчащий живот сообщает о том, что его хозяйка не ела весь день и торопит на кухню. Да, привыкла, что Аким носит завтраки, прям в постель.
Улыбаюсь, вспоминая, как тек сок персика по моей обнаженной груди, а Аким, не дав доесть, набросился на меня словно дикарь.
Спускаюсь на кухню и нахожу в холодильнике лазанью. Разогрев еду, накидываюсь на нее, словно не ела неделю как минимум. Еще никогда ничего не было для меня вкуснее, чем эта полуразогретая лазанья.
Доедаю все, что было и облизав пальцы, решаю сходить в душ. Без Акима дом такой пустой и одинокий, что мне становится невероятно тоскливо. Отмывшись в душе, я набрасываю халат и иду назад в спальню.
Там сажусь на кровать и долго смотрю в окно на застывшую луну посреди неба.
Заснуть точно не получится. Ну и что же делать?
Вдруг взгляд падает на ту самую картину, под которой скрывается сейф.
А что если…
Да нет! Одергиваю я себя. Я не хочу больше идти против Акима. Он единственный меня защитил, и единственный полюбил такую, какая я есть, со всем недостатками. Я просто не могу…
Но вдруг там что-то важное? Что-то о моей матери?
Вскакиваю и подхожу к картине.
Я просто посмотрю. Никто же не заставляет меня передавать информацию отцу. Но вдруг я так найду такое, что не смогу простить?
Закусываю губу и вздыхаю.
Это неправда. Что бы я не нашла, я все равно уже никогда не разлюблю его. Он навеки прочно засел в моем сердце. Мой Аким…
Приняв решение, я уверенно отодвигаю картину и вижу сейф.
Так, а какой же пароль?
Стучу пальцем по подбородку и подбегаю к письменному столу. Быстро роюсь в ящиках, пытаясь найти подсказку, но кроме пустых ячеек ничего нет. Один из ящичков не поддается, и я понимаю, что он заперт на ключ.
А вот это уже что-то!
Пускаю в ход ногти и небольшой складной ножичек, найденный в комоде Акима. Наконец, спустя полчаса тайный ларец открыт. Я вздыхаю и вытираю лоб от испарины.
Что же ты еще можешь скрывать. Аким?
Запускаю руку в темноту ячейки и пальцы натыкаются на что-то твердое.
Достаю на свет невзрачную пластиковую папку и открываю ее, дрожа от волнения и страха.
Нахожу так какие-то документы, но вдруг на пол выпадает фотография. Поднимаю ее, и словно во сне вижу ее – свою маму.
На обороте выцветшими чернилами написано ее почерком.
– Самому верному поклоннику от Камиллы. Я буду с тобой, если солнце взойдет на западе… Прощай.
Слезы застилают глаза и я уже ничего не вижу.
Так это была она?