Не играй с огнем, девочка. Наследник для врага (СИ)

Боже, как давно я этого хотел.
Я целую ее, не прекращая, наслаждаясь вкусом ее губ дикого меда. Она сама словно дикий цветок. Такой колючий снаружи, но невероятно нежный внутри.
Я больше никогда ее не обижу и не дам никому причинить ей вред. Она моя. Только моя.
– Рита, девочка моя… – повторяю я, спускаясь губами к острым ключицам. Она вся дрожит, но я понимаю, что это не страх.
Ее соски напряглись под тонкой тканью футболки, и я ощущаю дикое возбуждение. Большим пальцем очерчиваю острую горошину, и Рита стонет, выгибаясь ко мне навстречу. Черт… Я сейчас не выдержу и сорвусь. 
Очень боюсь навредить ей. Она так невинна, а я словно изголодавшийся зверь, выпущенный из клетки.
Я подхватываю Риту за бедра и несу на кровать. Не переставая целовать ее сладкие губы, я опускаю девушку на постель и прижимаю собой.
Смотрю в затуманенные желанием глаза и боюсь сейчас же кончить. Слишком долго я держался. Слишком долго желал… Теперь даже минута огромное испытание. 
Девушка тянется к моей рубашке, но я не даю ей этого сделать. Я перехватываю ее ладони и задираю кверху. Снова отстраняюсь, окидывая тело Риты жадный взглядом. 
Ее грудь быстро вздымается, а в глазах горит неуемное желание. И это не может не торопить овладеть ею. Но я еще держу себя в руках.
– Аким… – дрожащим голосом зовет меня Рита. – Поцелуй меня.
И я целую. Так глубоко, будто пытаюсь выпить ее до дна. Завладеть ею полностью. Слиться в одно.
Я быстро освобождаю ее от одежды, наслаждаясь красотой юного тела.
До чего же прекрасна!
Я спускаюсь губами к ее груди и, захватив сосок сквозь тонкую ткань лифа, прикусываю его. Рита вскрикивает, покрываясь мурашками, но я тяну. Слишком велико желание. Я боюсь не удержаться и сделать ей больно. 
Девушка стонет от моих ласк, распаляя меня еще больше.
– Моя… Только моя… Как долго я этого ждал… – шепчу я спускаясь губами к дрожащему животу и ниже.
Мои пальцы отодвигают край трусиков и прикасаются к нежным лепесткам уже горячей и влажной плоти. Безошибочно нахожу самое чувствительное местечко и легонько нажимаю.
– Аким… – выгибается она мне навстречу. – Я больше не могу. 
– Не волнуйся, Рита, ты получишь то, чего просишь… Я буду наслаждаться тобой медленно, растягивая удовольствие. Я буду брать тебя снова и снова, пока ты не начнешь умолять меня об обратном…
– Никогда! – горячо шепчет она, а я усмехаюсь:
– Запомни эти слова, Рита…
Она просто еще не знает, как велико мое желание.
Я срываю с нее белье, и сам быстро освобождаюсь от одежды.
Она наблюдает за мной из-под опущенных век, явно говоря о том, что наслаждается этим моментом. В ее глазах горит настоящая похоть, и я с удивлением понимаю, что моя девочка горяча и еще откроет мне не один свой секрет.
Я резко переворачиваю Риту на живот и покрываю спину поцелуями, вклиниваясь между ее ногами. Провожу ладонью по спине, заставляя прогнуться, и сильно сжимаю бедра.
Приставляю головку члена к ее нежным складочками и размазывая влагу, теряю связь с реальностью.
Если я тут же не возьму ее, не овладею ею, подчинив себе, сделав своей, я сойду с ума. Резко толкаюсь внутрь, пройдя преграду и замирая.
Рита вскрикивает, но я крепко держу ее за бедра. Больше не могу остановиться. Во мне будто бушует ураган. Оживают потаенные звери. Я толкаюсь внутрь снова и снова, наполняя Риту собой. Сливаясь с ней в одно целое. Какая же она узкая, нежная, обволакивающая. 
Идеальная…
Она вскрикивает с каждым моим движением, но я не останавливаюсь.
– Девочка моя, теперь только моя… – рычу я, вгоняя член все сильнее и сильнее. 
Крики Риты постепенно превращаются в стоны, и я схожу с ума, сдерживаясь чтобы не разрядиться в нее прямо сейчас. 
Слишком глубоко. Слишком сильно. Я притягиваю девушку к себе, и касаюсь пальцами горошины между ее складочками. 
 
Рита сжимается и вскрикивает, приподнимая бедра выше. Она кричит, сжимая простынь пальцами, и я чувствую, как сокращается ее плоть вокруг моего члена. Так сильно, что я не могу больше сдерживаться. Притягиваю Риту к себе спиной и, прикусив плечо, изливаюсь внутрь дрожащего тела. Не выхожу еще несколько мгновений, прижимая Риту к себе сильнее, а потом падаю на кровать, притягивая ее к себе под бок. 
Она устало вздыхает в мое плечо, а я внутренне усмехаюсь.
Девочка моя, это только начало. 
Снова целую ее искусанные губы, чувствуя солоноватый вкус крови и шепчу:
– Рита, я обещал, что эта ночь будет долгой… 
– Я хочу, чтобы она никогда не заканчивалась…
***
Всю ночь Аким не выпускает меня из своих объятий. Такой счастливой я не была никогда. Внизу живота все болело и саднило, но такого расслабления я не испытывала еще. Мы с Акимом будто созданы друг для друга. Он точно угадывает все мои чувствительные точки и знает, как с ними обращаться, а я впервые поняла, что такое настоящий мужчина. Он всегда ведет. Всегда доминирует и с ним можно не бояться ничего.
Обессиленные и счастливые мы засыпаем под утро. Я долго нежусь в кровати, не желая подниматься, но Аким будит меня поцелуями, а потом приносит завтрак. И если бы не запах еды, я, наверное, проспала бы до обеда.
– Где Марта? Почему ты сам принес еду? – спрашиваю я, откусывая кусочек круассана.
Аким усмехается и садится напротив. Меня даже не смущает то, что я абсолютно обнаженная перед мужчиной.
– Я всех распустил.
– Как это?
– Вот так. Остались только пару ребят из охраны, и те живут в отдельном домике. Весь коттедж в нашем распоряжении минимум на неделю! – Счастливо заявляет Аким и в темных глазах зажигаются лукавые искорки.
Я заливаюсь краской и отвожу взгляд в сторону.
– Не смущайся. Я еще и половины с тобой не делал того, что хочу. Но сейчас не время. Давай завтракать.
Мы с Акимом всю неделю наслаждаемся близостью друг с другом. Иногда у меня так дрожат ноги, что я не могу спуститься на кухню. Тогда мужчина подхватывает меня на руки и голышом несет ужинать, или завтракать. Не важно. Мы не замечаем времени.
Дни и ночи смешались в одну мелодию любви с жадными поцелуями и громкими стонами. Сначала я не понимала, зачем Аким распустив всю прислугу, но вскоре сообразила. Иногда я кричала так, что у самой потом болело горло. Я представляю, что подумали бы горничные или та же Марта. Я бы просто не смогла показаться им на глаза.
Однажды утром, когда Аким снова принес мне завтрак в постель, решив не будить после жаркой ночи, я решилась на вопрос:
– Расскажи мне о себе… – вздыхаю я обреченно, ожидая отказа, но мужчина лишь серьезно переспрашивает:
– Что ты хочешь знать?
Я перестаю жевать и, закусывая губу, выдаю тот вопрос, который меня давно интересовал:
– Почему ты одинок?
– Я уже не одинок, у меня есть ты! – усмехается мужчина, а я капризничаю.
– Не переводи тему, ты знаешь, о чем я спрашиваю.
Лицо мужчины снова становится непроницаемым, и он наклоняется ближе.
– Я все тебе расскажу. Только ты ешь!
Я быстро запихиваю в себя еду без разбора, в надежде поскорее услышать рассказ. Аким ухмыляется одним уголком рта, но кивает.
– Она была моей первой, но уже не единственной любовью… Я встретил ее в университете, совсем еще юнцом и влюбился с первого взгляда. Она же не отвечала мне взаимностью. Да и в целом, она никому не отвечала. Это была девушка-огонь, стрела, выпущенная прямо в сердце. В ней кипела страсть и жажда жизни, любовь к себе и немалая доля эгоизма. Ну как такую можно не любить?
Аким задает этот вопрос риторически, мыслями уходя далеко в прошлое, но у меня в сердце ноет. Я ревную. Да, ревную к прошлому, к той, которая давно мертва, но все же… Мне больно понимать, что кто-кто мог занимать столько места в душе у любимого.