"Фантастика 2023-200". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Волнение давало о себе знать, всё-таки я запланировала неслыханную дерзость. Рахард никогда этого не простит. Возможно, стоит поискать заступничества у Аллорана и попытаться перейти в состав их государства? Раз уж я невольно подпортила отношения этих стран, почему бы этим не воспользоваться? Но ещё рано об этом говорить. Ирла Цейлах безраздельно принадлежит мне пока лишь только в моём воображении. Меня никто ещё не признал официальным сюзереном острова.
Потёрла лицо ладонями, а затем крепко сжала кулаки. У меня получится!
За прошедшие пару дней Рахард приходил несколько раз. Но ни разу не переступил порога моей спальни. Останавливался снаружи и стоял там, за закрытой дверью. Я чувствовала его присутствие всем телом. Гайрона негодовала. Ей хотелось близости со своим лазтаном, и она не понимала, почему нельзя отдаться радостному единению с избранником.
Каждый раз, когда он уходил, я испытывала дикое, ни с чем не сравнимое облегчение. И при этом — столь же сильное разочарование. Его скупые извинения были подобны засушенному репейнику вместо букета цветов. Искренности в них, как алмазов в небе. Его отношение ко мне… Лучше даже не начинать. Нет, такой гайрон мне даром не нужен, пусть валит к каскарру на рога.
В дверь тихонько постучали, а затем она распахнулась.
На пороге стоял Рахард. Он уверенно зашёл в мою спальню и остановился возле постели, на которой я сидела. Я резко вскочила и отошла от ложа и лазтана на безопасное расстояние.
— Аливетта, я бы хотел… обсудить то, что произошло. Завтра должна состояться наша свадьба, и думаю, что ты обескуражена и раздосадована произошедшим не меньше меня. Мне очень жаль, что я тебя обидел… Приношу свои искренние извинения. Обвинения были беспочвенны, но сама ситуация… тогда… не оставляла иной трактовки. Да и драка с принцем Аллорана не пройдёт бесследно. Видишь ли, в порыве желания получить тебя в качестве своей пары, я сломал ему шею, — невесело улыбнулся Рахард и испытующе посмотрел на меня. — Он, конечно, перекинулся потом и исцелился, но сам факт…
Гайрона внутри рвалась избраннику навстречу. Хотела броситься в объятия и всё простить. Но я никогда не сделаю такой глупости.
— Наши семьи всегда имели серьёзные разногласия. И это не способствует пониманию… и моё поведение не способствует… — он устало потёр лицо и впился в меня невозможно синими глазами. — Меня это не оправдывает, но в нашу с тобой первую ночь я был не в себе. Сложно описать эмоциональный шторм, который со мной случился. Это было первый и единственный раз в жизни. Поверь, я не планирую вести себя подобным образом и дальше. Напротив, я бы хотел наладить контакт и загладить свою вину.
Если бы он действительно хотел наладить контакт, то для начала преподнёс бы мне косу, как требует того традиция, титуловал и выпустил из заточения. Но все эти слова — всего лишь попытка задурманить мне мозги. Я это прекрасно понимала, поэтому молчала.
— Аливетта, ведь не всё так плохо. Связь между нами образовалась очень сильная, это многое значит. Мы подходим друг другу по происхождению. Думаю, что ты найдёшь свои преимущества в королевском титуле. Я помогу тебе снять проклятие с Цейлаха…
О, в желании Рахарда снять проклятие с Ирла Цейлах я не сомневалась ни секунды. Он вопросительно посмотрел на меня, но я предпочла изображать равнодушие. Тактику он выбрал прекрасную — ослабить бдительность противника сладкими речами. Хотелось отбрить чем-то резким, выплеснуть на него всю обиду, но это глупо. Кроме того, я не доверяла себе. Не было ни единой гарантии, что горячая ссора не закончится не менее горячей постелью.
Вот поэтому и молчала. Ждала, когда он выдохнется и уйдёт.
Поняв, что ничего от меня не добьётся, Рахард кивнул то ли своим мыслям, то ли мне на прощание и ушёл.
Я осела на пол прямо там, где стояла. В его искренность не верила, но слова всё равно трогали за живое. Вероятно, в глубине души хотелось в них верить, несмотря ни на что.
Когда спустя долгих полчаса стук в дверь раздался снова, я поднялась на ноги, приготовившись к новому сеансу противостояния с королём Аберрии.
 
Но на пороге стояла Ви.
В первую секунду сердце радостно забилось от одного её вида. Захотелось кинуться ей на шею и всё-всё рассказать. А потом я осознала ситуацию. Осознала всю подлость поступка короля. Он использует Ви против меня.
— Аля… — воскликнула подруга, протягивая ко мне руки. — Ты не представляешь, как я счастлива тебя видеть!
От её вида мне стало больно. Бледная, измученная, пополневшая, но при этом болезненно отёкшая. Что они с ней сделали? Что они ещё с ней сделают, если поймут, насколько она мне дорога? Я шокированно молчала, не в силах выговорить ни слова.
— Аля, я хотела поговорить с тобой… обо всей этой ситуации… Пойми, твой лазтан — не плохой. Он просто… не ожидал, что вы окажетесь связаны таким образом. Между вашими семьями столько вражды. Для него это шок, как и для тебя…
Ви выглядела сломленной и потухшей. Видимо, она такая же узница, как и я. Что они с ней сделали? Сволочи!
Желание уничтожить Рахарда за один только вид подруги накатило с такой силой, что пришлось крепко сжать кулаки. И то, что её обрядили в дорогие шмотки, меня не обмануло — вещи явно принадлежали кому-то другому, а на подруге сидели отвратительно.
— Уходи и не приходи больше, Виола, — с напускным равнодушием сказала я, хоть эти слова и обожгли губы болезненным холодом. — Мне нет дела до того, что ты думаешь и хочешь мне сказать.
Прекрасные карие глаза подруги широко распахнулись, а потом в них появились обида и боль, резанувшая меня по натянутым нервам. Ви сделала несколько судорожных вдохов и прижала руку к животу. Покачнулась.
— Ты не можешь говорить это всерьёз, Аля, — неверяще сказала она.
— Могу. Ты для меня чужая и ничего не значишь. Уходи.
Слова кололи острыми иглами. Но разве я могла поступить иначе? Как только получу Цейлах и титул, сразу же заберу её к себе. Найму лучших людей, отдам любые деньги, всё объясню. Но сейчас никто не должен понимать, насколько много она для меня значит. Иначе хуже будет ей самой.
Рахард — мой враг, и я не вправе давать ему козыри в руки. Пусть лучше считает меня тупой бесчувственной сукой. Иначе он шантажом вынудит отказаться от принадлежащего мне по праву, выкрутит руки и заставит передать Цейлах ему. Не зря же он решил на мне жениться. Хочет получить законного наследника и избавиться от меня. Этого никак нельзя допустить.
Виола всхлипнула и развернулась. Вылетела из двери и громко хлопнула ею за собой.
И только когда она вышла, я заметила следы крови на полу в том месте, где она стояла. Да что они с ней сделали? Болезненная ярость накрыла с головой, и я кинулась к двери, но поделать ничего не смогла — она была закрыта неприступным арканом. А с той стороны раздался звук падения и приглушенные голоса. Речь не разобрать, но я слышала тревогу в интонациях. Мне стало по-настоящему дурно. Что они с ней сделали? И не накажут ли её за то, что я сказала?
Нет, я поступила правильно. Если они поверят, что я не испытываю к подруге никаких чувств, то отстанут от неё. Да. Так будет лучше. А Виоле я всё объясню потом.
Короткий разговор лишил меня всех сил. Ненависть к Рахарду и его грязным методам норовила выплеснуться в простые слова проклятий. О, сколько я их знала! Но уничтожив его, я уничтожу и себя. Не смогу помочь Виоле. Не смогу снять проклятие с Цейлаха. Нужно быть терпеливой. У меня же есть план. Шикарный, продуманный, дерзкий план. Настолько смелый, что он может и сработать.
А Ви… я обязательно вытащу её из лап Рахарда Двадцатого, как только смогу.
Сев на постель, уронила лицо в ладони и постаралась успокоиться. Сходила умыться и постояла у окна. Но легче не становилось. Я сделала больно самому родному человеку. И за эту необходимость ненавидела Рахарда ещё сильнее.
Он вернулся спустя каких-то полчаса.
Распахнул дверь, зло уставился на меня. Ноздри трепетали от ярости, лицо налилось кровью, а шрам на брови, напротив, побелел.