«Сварщик» с Юноны 2 или Медведь просыпается (СИ)

Пока мы обсуждали планы торжества на пристань въехала фура с огромным стогом свежескошенной травы.
Возница вертел головой не понимая кому столько предназначено. Акулина, заметив воз, в изумлении зажала рот, бросила вопросительный взгляд на моего секретаря, который незаметно, как ему казалось, кивнул и тогда гувернантка детей Резанова подбежала и чмокнула парня. В щёку. Но такое непосредственное проявление чувств вызвало бурю восторга у испанской стороны. А Фернандо млел, как будто сумел подарить любимой самую вожделенную ею вещь.
Когда до меня наконец дошло, я поразился, как молодая женщина при всеобщем возбуждении не потеряла голову, а подумала и о животных, настрадавшихся на сене за переход не меньше людей. Ржание лошадей, мычание коров, блеяние овец и даже хрюкание свиней, гогот гусей и кудахтание кур явственно подтверждали мои выводы.
Весь этот суматошный день 15 июня 1807 года шло приготовление к завтрешнему торжеству. Разбегались индейцы собрать племя Орлиного Когтя. Спешили слуги по соседним президио созвать многочисленных родственников Фернандо и Кончиты. Переселенцы и корабельная команда, приглашенные в полном составе, за исключением вахтенных, которых, впрочем, решили сменять через два часа, чтобы все успели, на гуляние, приводили себя в надлежащий вид после длительного перехода.
Убедившись, что приготовления идут своим чередом и препоручив дальнейшие секретарю, уединился с будущим тестем в его кабинете коменданта, чтобы исполнить официальные поручения.
- Сеньор Аргуэльо, прошу Вас как коменданта Сан-Франциско передать Вашему прямому начальнику, губернатору Калифорнии сеньору Ариллага, - я торжественно достал из папки два пакета, - вот сии послания Императора России Александра I и Короля Испании Карла IV. А вот это кардиналу от Папы Римского Пия VII .
Помимо того, от Русско-Американской компании и от меня лично моему хорошему знакомому дону Ариллага вот это золотое перо "Император" для письма, подобное Вашему, десять керосиновых ламп с тремя бочками горючего для оных и вот сей альбом со светоснимками видов Российской Империи.
Видно было, как суровое лицо драгуна Мексиканского полка, выслужившегося в коменданты, разгладилось, он одобрительно склонил голову и я продолжил: - А вот сие, - я поставил на стол увесистый свёрток, мой обещанный презент сыну губернатора Родриго. Мальчишка просил кристадин как у Вашей дочери Кончиты, а я добавил приложения к журналу "Вестник РАК", где пишется как им управляться. Ну, а чтобы парнишка прочитал русский текст, добавил Русско-Испанский словарь-разговорник.
- Ого! - глаза коменданта заблестели, - думаю сей подарок моему другу губернатору гораздо, гораздо милее! Вы, сеньор Резанов...
- Николай, - перебил я его.
- А? - не понял собеседник.
- Для Вас, дон Хосе, я Николай, - с улыбкой терпеливо пояснил я.
- Ааа, - улыбнулся и отец Кончиты, - Да-да, Ни-ко-лай, - со смаком выговорил незнакомое слово, - прямо в душах людей читаете.
- Не смущайте меня, дон Хосе. Это просто привычка выполнять обещания. И вот этот, такой же пакет, я обещал подарить дочке судьи Эстелле, передайте пожалуйста, - поставил я на стол второй свёрток.
Расходились мы с будущим тестем весьма довольные друг другом.
Пришлось на минутку заскочить на "Юнону". Пока Сидор искал мне подходящую рубашку взамен пропотевшей и пропыленной, постучался капитан корабля. Таким смущенным Хвостова я давно не видел.
Заподозрив неладное, после переодевания дождавшись ухода слуги, повернулся к визитеру: - Что стряслось, Николай Александрович?
- Да уж стряслось, Николай Петрович, - капитан отводил глаза, ковырял носком ботфорта пол каюты, а у меня сердце заныло.
Хвостов сделал над собой видимое усилие, распрямился и выпалил: - Не велите казнить, Николай Петрович, виноват я. В прошлом году, когда мы обкатывали батель "Мария", в северной части сей бухты, Сан-Франциско, заприметил я превосходную гавань. Получше этой. А от Вас утаил, - он покаянно развёл руки и уронил голову.
 
Я поморщился, скорее всего такое поведение отголоски прежней взаимной неприязни Резанова и Хвостова, но какой смысл сейчас ворошить прошлое. Поэтому поступил иначе:
- И правда хороша бухта, Николай Александрович?
- Лучше для моряка не придумаешь, Ваша Светлость! - видя что буря прошла стороной, воодушевился капитан, - От океана закрыта скалами, проход как бы сбоку, волнами не захлёстывается. Дно песчаное, якорь превосходно держит. Глубины конечно промерить потребно, но батель причалила прямо к берегу, спрыгнули не спуская трапа. Но, главное, впадает полноводная река, мы прошлис пяток миль совершенно свободно!
- И где, покажите, - я сдвинул бумаги со стола, расправил карту. Хвостов склонился, поводил пальцем, торжествующе ткнул ногтем:
- Вот!
- Любопытно, любопытно... - я побарабанил по столу, - А чьи там земли, не узнавали? - задал основной сейчас вопрос.
- То-то и оно, что тогда были ничейные! - скривился как от зубной боли Хвостов, - я в гордыне думал открыть Баранову, надеялся на награду, а вышло вон оно как, - он с досадой рубанул кулаком воздух.
- Ладно-ладно, - я успакаивающе поднял ладони, - чего теперь горевать о прошлогоднем снеге. А вот прямо сейчас сможете сходить, да уточнить? Пока народ на берегу.
- Будет исполненно! - Хвостов распрямился и аж пританцовывал, словно скаковой конь перед гонкой. - А давайте Прокопа возьму.
- А вот это дельная мысль, берите. И всё там заснимите, он "руку набил", знает что, - отпустил я капитана "Юноны".
А когда за ним с колебанием воздуха закрылась двер ь каюты, пожевал губами в раздумьи "Как бы обозвать на карте мизерную точку будущего порта, дабы не забыть?" Память ни с того, ни с сего выбросила картинки голопузого детства в деревне под звучным именем "Галичье". А почему бы и нет!? И я старательно вывел чертежными буквами наименование грядущего строительства.
И пока команда носилась по кораблю, готовясь к отплытию, ко мне по судовой связи напросился радист.
- Что там, Анисим?
- Синяя...
Спустя минуту я на "лету" читал шифровку. Игнатьев сообщал, что англичане усиленно продают опиум в захваченных ими кантонах Китая. Я ощерился: "Ах вон вы как, господа лайми!? Ну что ж, будет вам "счастье!"" И приказал срочно передать шифровку командиру диверсионно-разведывательной группы (ДРГ) изнаших "англичан" в Китае, которая содержала всего лишь одно-единственное слово "Дилер". И означало введение в действие "заготовки", которую в числе прочих мы до "дыма из ушей" отрабатывали в ШОН. Предписывающая внедрить подсмотренную в моё время методику наркоторговцев как стремительно "подсадить" на наркотики крупные массы людей.
После ужина когда мы собирались прогуляться по холодку, я увидел в глазах кончиты тревогу.
- Что такое, любимая?
- Понимаешь, что-то Мигель заболел.
Это меняла всё дело и сильно осложняло жизнь. Пока мы пытались успокоить сынишку, который всё время хныкал, не брал у Кончиты грудь, а то наоборот, сильно щипал её, мы не могли понять: в чём дело, на нас обратила внимание молодая индианка, сестра Орлиного Когтя. Он вчера что-то говорил про неё, пытался объяснить, что она вроде как Лангсдорф в ихнем племени, доктор, Знахарка. И поэтому когда она подошла и требовательно протянула руки к мальчонке, на лице Кончиты вначале появился испуг, но видя мое спокойствие, я кивнул головой, отдала женщине.