«Сварщик» с Юноны 2 или Медведь просыпается (СИ)
И я решил внедрить немножечко техник продаж из двадцать первого века: - Вот смотри, а что, если мы сделаем вот так. Сейчас мы на волне популярности светосалонов выбьем у градоначальства участки в таких местах, где Землица дорогая и поставим светосалоны. Например, в каждом районе города.
- Да ну, Ваша Светлость, не успеем мы всё - куда, я же не разорвусь... Не наездисся, - начал протестовать Степан.
- вот! - поднял я палец, - Точно! А теперь смотри: Вот этот светосалон работает прекрасно, да? Значит, всё в нём хорошо налажено. Такие же светосалоны: такие же здания, такое же оборудование завозим и... - я сделал паузу для пущего театрального эффекта: - Объявление даём в газеты, что "на таких-то улицах сдаются в наём светосалоны. Господ предпринимателей, Купцов и прочих заинтересованных лиц просим обращаться туда-то".
Степан прищурился прикидывая. Потом глаза его загорелись пониманием: - Ёлки-палки! А ведь правда: и пусть работают! А мы с них будем плату брать, - потер руки.
- Точно! - похлопал я его по плечу: - Какой ты догадливый.
Он не подозревал, что такой способ заработка, как продажа готового бизнеса, в моё время называется западным словом, франшизой. Мода на забугорное неистребима. - Вот и прикинем, сколько мы здесь примерно имеем, чтобы человек в накладе не остался, будем с него брать процент. Но это ещё не всё: Мы же поставляем светоматериалы. Значит, пусть он оплачиваеть и за них, и за аренду. Мало того, надо предусмотреть, я тут прикидывал в этом здании места используется не очень рационально. Вот часть отгородить в том крыле можно вход отдельно сделать, небольшой светомагазинчик, продавать светоаппараты, светопринадлежности. А ещё рядышком сделать общественную светолабораторию. Ну, чтобы люди, которым самим лень обрабатывать пластинки, светоснимки печатать, приносили бы нам, Мы бы обрабатывали им, продавали. И, конечно, не обязательно в этом помещении, но обязательно где-нибудь в городе стоит сделать светошколу. Из двух классов. В первом новичкам показывать, как обращаться со светописцем, как обрабатывать светоматериалы. А во втором, уже более продвинутым, светохудожникам, как композицию подобрать, как людей посадить - ну, ты понял. И непременно в нашем журнале подобающий раздельчик ввести.
- Ёлки-палки, Николай Петрович, так это "золотая жила"! - Степан заёрзал на стуле от предвкушения.
Глаза горели, Он уже меня не слушал, Вся обида пропала. А я добился своего - вдохновил парня на новые подвиги. И решил выйти, проветриться.
Потянулся с хрустом - спина затекла - встал.
Чтобы подышать свежим воздухом, вышел на улицу через коридор перед светосалоном. Тут у нас выставка, Люди ходят, смотрят светоснимки на стенах, в витринах, сидят на удобных диванах и креслах, пьют чай с бубликами: тут у нас небольшой буфет, чтобы людям было удобно: кто читает ходовую периодику,в числе которой большую часть составляет "Вестник РАК". Рядом лавочка, где продаются производимые "РАК" предметы: тут очередь, толпятся за рубиком.
Проходя бросил взгляд и остановился. Узнал одного из посетителей. По мере того, как Резанов поворачивал нашу с ним голову, мое настроение поднималось. Я вначале, по прибытии в столицу хотел снарядить "Юнону", собрать народу сколько смогу, чтоб хоть сколько-нибудь доставить в форт Росс, но, кажется, судьба преподносит мне возможность разрешить ещё одну задачу:
- Ксенофонт Алексеевич, Вы!? - степенный мужик крестьянского вида с волосами, зачесанными прямым пробором и окладистой бородой повернулся ко мне:
- О, Николай Петрович! - он поклонился: - А Вы как тут? - он обвел рукой помещение: - Так это же Ваш... - сам догадался он и кивнул как бы сам свои мысли подтверждая.
Ещё до моего попадания, он предлагал компаньонам Резанову и Булдакову суда в аренду. А уже по моей просьбе, которая может и удивила его, но виду он тогда не подал, привез девять бочек пережженых в золу водорослей ламинарии, что в народе попросту зовется морской капустой. Мы с Лангсдорфом из оной добыли йода, пузырёк с 5%-ной спиртовой настойкой коего я ему подарил, показав как и для чего применять.
- Ну да, - отвесил я ответный поклон, памятуя набожность собеседника.
Анфилатов засиял, сгрёб меня в охапку, загудел: - Здрав будь, Господин Резанов! Ну благодарствуй, Николай Петрович, за свой дар! - Я, видимо, имел лицо глуповатое, потому что не понял, о чем речь и купец, сообразив причину моего офигения, поспешил разъяснить: - снадобье-то, твоё, как бишь его? - он наморщил лоб, а я прозрел наконец:
- Йод, что ли?
- Во! Он самый! как мужики в путину подались, а там, сам знаешь, водица морская кожу разъедает, так любая царапина пуще сабельной раны донимает. А тут помазюкал твоим водом - и как на собаке заживает!
- Сердечно рад, Ксенофонт Алексеевич, что сумел услужить, - расплылся в улыбке я. А что, доброе слово и кошке приятно! И тут меня озарило: - А послушайте-ка, друг сердешный Ксенофонт Алексеевич, есть у меня к Вам серьезное предложение, пошли ко мне, почаевничаем да обсудим.
- А меня, знаете ли, вот сын, - он обернулся к стоящему рядом молодому щеголю, - привел показать заведение нового типа.
Оба Анфилатовых наглядно демонстрировали разительное отличие отцов и дедей. Основатель рода в традиционном русском купеческом кафтане и, пусть напоказ дорогих, но штанах заправленных в начищенные до бриллиантового блеска сапоги. А сын в отменно подогнанном европейском костюме, брюки по моде и немецкие штиблеты. Видимо готовил Анфилатов-старший наследника к торговым делам с иноземцами, а для того отдал в Реформатское училище постигать иностранные языки. Купец меж тем продолжил:
- Прокоп, - обратился Анфилатов к наследнику: - А сей господин, Резанов, Николай Петрович, владелец сего заведения. - При этом строго посмотрел на парня лет девятнадцати, который растерялся не зная как себя вести.
Я пришел молодому человеку на выручку, протянул руку улыбаясь: - Очень приятно познакомиться с отпрыском столь уважаемого мною Ксенофонта Алексеевича. - Парень очутился "в своей тарелке", оттаял, ,ответил на рукопожатие учтиво, но достаточно твёрдо.
- Хочу вот ему подобное дело прикупить, - хитро прищурившись прогудел Анфилатов-старший, - Николай Петрович, поспособствуете?
- А почему нет, - открыто улыбнулся я: - Только оборудование пока весьма недешево, в копеечку влетит. А вот что предложу взамен, - подхватил я извечную игру деловых людей всех времен и народов: - Эх, была - не была, - рубанул я рукой словно решившись: - Берите подобный светосалон в аренду! Как раз собираемся открывать ещё два похожих - и Прокоп пощупает своими руками дело, и сильно не потратитесь, и ежели не заладится завсегда вернуть недолго. А? Как? - я пристально взглянул на купцов. Отец с сыном переглянулись и Анфилатов-отец ррассудил: - Обдумаем, Николай Петрович.
- Обдумайте, Ксенофонт Алексеевич. А пока могу Прокопа сюда учеником пристроить. Пусть поглядит: а вдруг совсем не его? - Парень закивал не дожидаясь одобрения батюшки. Я шепнул подошедшему продавцу и тот проворно принёс нашу новинку: складной светописец, сделанный по образцу фотоаппарата "Москва-3" из почти моего времени и вручил Прокопу: - А сия новинка в дар. - Парень засиял, но отец охладил его пыл:- Николай Петрович, вещица видать дорогая, в дар принять не можем, а вот купим с удовольствием, назовите цену, - и купец полез за деньгами.
- Да, светописец дорогой, Вы угадали. Но новый, малопроверенный. Так пусть молодой человек испытает, нам доложится, тем и расплатится, - глава фамилии нехотя кивнул соглашаясь.
Я же добавил: _ Ксенофонт Алексеевич, а ведь и у меня до Вас есть дело.