!Фантастика 2024-114". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Он просил позвать тебя, — пискнула Мисси.
Ни ножа под рукой, ни лезвия. Родерик впился зубами в белую кожу некроманта и, сплюнув кровь, сунул в рану палец. Тот же яд, каким отравили мартышку. Огонь выжег яд мигом, но Моррен даже не пошевелился.
— А я подумала — зачем? — Мисси вздохнула, пролетев мимо, и без того слабое пламя свечи задрожало, а тени на стене затрепетали, как крылья бабочки.
Искусственное дыхание рот в рот, ровные толчки в грудь.
— Давай же! Дыши! — выкрикнул Родерик. — Моррен чтоб тебя Изергаст! Живи!
— Отпусти его, — Мисси присела рядом, расправила юбку и прикоснулась ручкой к плечу. — Пусть себе идет. Смерть ждет каждого из нас, кого-то раньше, кого-то позже, и это не конец, кому как не мне знать…
Родерик снова и снова нажимал ладонями на грудь, вдыхал воздух в приоткрытые губы.
— Перестань, — недовольно сказала Мисси. — Ты же видишь, уже поздно. Он мертв.
Ритмичные толчки, сильный выдох в рот и опять. Нельзя подвести его. Ни сейчас, ни потом.
— Хаос тебя раздери, Мор, дыши же!
— В конце концов, это его выбор. Смерть — источник силы для некроманта. Он решил вернуться к нему.
— Заткнись, Мисси! — заорал Родерик, и с его пальцев сорвался огонь.
Моррен застонал, перевернулся на бок, и его вырвало желчью и пережеванным яблоком.
Родерик бессильно сел на холодный пол, глядя, как Моррен кашляет, сплевывает грязную пену, вытирает губы. Отдышавшись, он оперся узкой ладонью прямо в лужицу рвоты, повернул голову, и Родерик, дернувшись к нему, вмазал кулаком по лицу. Нос хрустнул, Моррен, охнув, опрокинулся на спину, а после медленно сел, прижимая ладонь к лицу.
— Какого хаоса, Мор?! — выкрикнул Родерик. — Какого хаоса ты творишь?!
Перепачканные кровью и желчью белые волосы свисали вдоль лица грязными сосульками, рубашка на груди обгорела, а на шее сочился кровью след от его укуса. Расфокусированный взгляд наконец остановился на Родерике.
— Так больно, — пожаловался Моррен и, прикрыв глаза, повторил: — Мне так больно, Рик…
* * *
В преподавательской столовой было темно и пусто, и только Рурк, которого Родерик вытащил из дома, недовольно гремел на кухне кастрюлями. Моррен зачерпнул зеленую жижу, от которой поднимался густой пар, и, скривившись, проглотил.
— Вкус отвратительный, — пожаловался он, — и пахнет лягушками.
— Ешь давай, — буркнул Родерик, с опаской глянув в тарелку, которую Рурк поставил и перед ним.
Казалось, что суп жил своей жизнью: зеленые листья колыхались в тарелке как водоросли, а между ними что-то мелькало, двигалось и искрилось. Ложка в руке Моррена задрожала, постукивая о край тарелки, и Родерик, выдохнув, решительно попробовал суп. Да, не паштет с императорского стола, но есть можно. А если учесть, сколько эликсиров намешал туда Рурк, то каждая капля этой бурды бесценна.
— У тебя получилось? — спросил Родерик, с усилием проглотив липкий комок, который норовил застрять в горле. — Связь исчезла?
Изергаст мотнул головой. Волосы он предусмотрительно завязал в высокий хвост на затылке, чтобы не лезли в тарелку.
— Ты ведь говорил, что смерть не может разрушить такую привязку, — вспомнил Родерик. — Зачем вообще пытался?
— Я решил, что попробовать стоит, — хрипло ответил Моррен. — Скомбинировал все лучи в гексаграмме, использовал яд. Понадеялся, что ты выжжешь эту любовь во мне вместе с отравой.
— Еще скажи, что я виноват, — рассердился Родерик.
— Ты просто огонь, — успокоил его Моррен. — Вернул меня к жизни прямо как ту мартышку. А вот Мисси предательница! Я ведь сказал ей четко и ясно — позови Родерика, как только я откушу яблоко.
— Она выполняет только распоряжения ректора. А не твои.
— Миссабель Керкекер, — задумчиво произнес Моррен, подняв к потолку глаза, зеленые, как и суп. — Еще одна женщина, которая возжелала моей смерти. А ведь я ей не сделал ничего плохого.
— Думаю, она действовала из эгоистичных побуждений, — предположил Родерик. — Ты ей нравишься.
— Но любит-то она тебя!
— Видимо, решила, что раз я ей не верен, то и она имеет право на необременительный флирт.
 
— Пусть бы флиртовала с теми умертвиями, которых я поставил охранять территорию.
— Ты лучше, чем они.
— Это да.
Моррен поковырялся в зубах и вытащил застрявшую травинку.
— Все равно что газон жевать, — проворчал он. — Повар из Рурка как из меня балерина. Хотя я прекрасно танцую. Даже не могу подобрать подходящую метафору, ведь я все делаю хорошо.
— Прекрасный и несравненный, — вздохнул Родерик, косясь на друга и испытывая острое раздражение от того, что он все такой же заносчивый нарцисс, и невыразимое облегчение по той же самой причине.
— Я боюсь, Рурк собрал мне нос еще хуже, чем после драки сделали, — гундосо произнес Моррен, ощупывая повязку на переносице. — А еще от меня до сих пор воняет рвотой, хотя я и использовал заклинание очищения. Если бы ты был настоящим другом, то подержал бы мои волосы, пока меня тошнило.
— Что собираешься делать с Мирандой? — перебил его жалобы Родерик.
Моррен прикрыл глаза при звуке ее имени и вздохнул.
— Как она могла? Ладно Джемма, я сам виноват: вел себя с ней не лучшим образом. Но с Мирандой я был зайкой. Может, в этом проблема? Перестарался?
— Хочешь, поговорю с ней?
— Сам поговорю, — отказался Моррен. — Ты лучше со своей бешеной первокурсницей разберись.
Родерик толкнул его локтем и кивнул на приоткрытую дверь. Раздались тяжелые шаги, в проеме появился Рурк, мрачный и небритый, и буркнул:
— Тарелки сами приберете. Я пошел.
— Спасибо, — поблагодарил Родерик и, дождавшись, когда за Рурком закроется дверь, сказал: — Она не бешеная.
— Она императора убила, — напомнил Моррен, брезгливо помешивая ложкой суп. — Запечатала и натравила на него тигра.
— Если хочешь знать, Миранда ей помогала. Ваша драка была явным отвлекающим маневром, который организовала именно твоя некромантка.
— Казалось бы, прекрасное утонченное создание, — вздохнул он, — а на деле — бессердечная, жестокая, расчетливая женщина… Это даже заводит. Как думаешь, кто будет следующим на престоле?
Родерик съел еще ложку супа. Ко вкусу надо было привыкнуть, и теперь он казался вполне съедобным.
— Если бы Шейра…
— Точно нет, — мотнул головой Моррен. — Она не захочет. А почему ты убил Антреса? Оно-то, конечно, почему бы и нет, но все же… Ты действовал очень быстро и даже не дал ему сказать прощальное слово.
— Он и так наговорил достаточно. Я услышал часть вашего разговора. Антрес понял, что сможет влиять на тебя через Миранду, а этого нельзя было допустить. Он раскусил тебя в два счета, Моррен. Ваша связь с Мирандой опасна.
— Попробовать разорвать ее еще раз?
— Я не о том, — Родерик вздохнул и съел еще ложку супа. — Если бы вы и правда были вместе, то оно бы не так бросалось в глаза. Подумаешь, влюбленная пара.
— Вроде вас с Арнеллой, — подхватил Моррен. — Чего хмуришь свою перебитую бровь?
— Арнелла убила императора.
— Ты ведь не станешь ее укорять?
— Она сделала это без меня, — выпалил Родерик, и сам понял, как нелепо прозвучали его слова.
— Правда? — Моррен усмехнулся краешком губ. — Значит, ты это ей ставишь в вину?
— Она не сказала мне ни слова. Не посоветовалась, не призналась. Она была там с Эмметом. Выходит, ему она доверяет куда больше чем мне.
— Ну, моя дама сердца и спать предпочитает с другими, так что тебе еще повезло.
— Не думаю, что у них это надолго. У Миранды с Джафом.
— Как знать.
— Ты еще можешь ее завоевать.
Моррен вздохнул, с отвращением посмотрел в тарелку, а потом взял ее обеими ладонями и залпом выпил суп прямо из нее.
— Так кого там убили, пока нас не было? — спросил он, аккуратно промокая губы салфеткой.
— Вейра Мактур. Третьекурсница. Воздушница.
— Думаешь, ровные?
— Не знаю. Сможешь найти тело?
Моррен глубоко вдохнул, расслабил плечи и, закрыв глаза, застыл как изваяние.