Как и пела Ронни...(СИ)

– Джаред! – девушка подошла и злобно зыркнула на Дженсена.
– Детка, – довольно улыбнулся тот. Внимание королевы школы ему теперь перепадало нечасто, а про секс можно было бы вообще умолчать. Кажется, скоро он будет только учиться и дрочить, дрочить и учиться.
– Сегодня вечеринка у Стейси. Мы приглашены.
Джаред мысленно прикинул время и сказал:
– Часам к восьми подойду.
– Что значит “подойду”? – градус холода явно стал еще ниже. – Ты заедешь за мной.
– Прости, но у меня учеба.
Дженсен, сидевший неподалеку, чуть не вздрогнул, когда Харрис на него посмотрела.
– Ничего, сегодня не позанимаешься со своим ботаником. Или он лучше меня? – девушка прищурилась.
– О чем ты? – не понял Джаред.
Вдруг стало жарко… Дженсен уже чуял дальнейшее развитие событий, и оно не слишком нравилось ему. Да и уши в классе все уже развесили.
– О том, что с Эклзом ты проводишь времени больше, чем со своей девушкой! Скажи-ка, может и трахаться с ним веселее?
Джаред опешил.
А Дженсен фыркнул, уткнувшись в учебник. Харрис может и была ядовитой стервой и настроение портила, но, в общем-то, все было закономерно и предсказуемо. Правда, ждал он чего-то подобного скорее от Уэллинга, а не от нее. Поняв, что пауза затягивается, он поднял глаза от учебника. Падалеки все так и пялился на Харрис. Судя по расцветающей ухмылке на ее лице, она уже торжествовала победу.
Джаред же смотрел на нее и вспоминал слова Дженсена. “Унижаться ради траха”, сказал тогда он. Унижаться. Джаред вдруг это отчетливо понял. Он унижается.
– Да пошла ты, Харрис, – сказал он, отодвинул ее и пошел к соседнему с Дженсеном стулу, куда и плюхнулся.
В классе воцарилась тишина.
– Что ты сейчас сказал, Падалеки?! – рявкнула она. Данниль Харрис негодовала. Лицо покраснело, руки сжались в кулаки, а свита за спиной даже вздохнуть боялась. – Никто. Слышишь, никто не смеет меня посылать. Тебе, капитан, и твоему бойфренду теперь стоит оглядываться.
Дженсен поднял на нее равнодушный взгляд и спокойно сказал:
– Харрис, я человек безобидный. Ботаник, как ты называешь. Но угрожать парню, уровень интеллекта которого выше собственного на порядок – это как минимум показывать свою глупость и недальновидность окружающим.
– Я тебя вообще не спрашивала, урод!
Эклз улыбнулся и вернулся к чтению учебника. Джаред демонстративно отвернулся. Скандала, который она хотела закатить, не получилось.
Развернувшись, девушка вылетела из кабинета, а Дженсен прошептал:
– Поздравляю. Ты только что нажил себе врага. Уэллинг может стать следующим.
– Почему?
– Потому что ты только что испортил свою репутацию.
– Я, конечно, не хочу тебя разочаровывать, но, – шепотом сказал Джаред, а потом громче добавил: – того, кто вздумает послушать Харрис, я выгоню из команды. Я ясно выражаюсь? – поинтересовался он у присутствовавших членов команды. – Мне надо сдать химию. Значит, буду заниматься. Всем понятно?
– Да, – ответил нестройный хор голосов.
Дженсен, нахмурившись, посмотрел на него.
– Не переживай за меня. Хотя это приятно, надо признать, – сообщил довольный Джаред.
Дженсен выругался про себя и отвернулся, демонстрируя равнодушие. За этого придурка он не то чтобы переживал, но и лишних проблем не хотел. Он в принципе всего этого не хотел и жил своей тихой жизнью, пока каким-то чудом в ней не оказались Падалеки и Шелдон. Вздохнув, он снова уткнулся носом в книгу и больше ничего не сказал.
***
– Здесь слишком тихо… – зевнул Джаред, падая на стул в библиотеке.
Дженсен сел напротив и вынул учебники.
– У тебя задачи.
– А мое эссе?
– Не успел в обед. Сейчас почитаю.
Углубившись в написанное на смятых листах, Дженсен усмехнулся. Написано было коряво с литературной точки зрения. Падалеки выражал свои мысли слишком сумбурно и нестройно. Но ход этих мыслей был вполне неплох. Читая эссе, Дженсен опять думал о том, что оказался прав. Виной низкого балла капитана была его же собственная лень и то, что тот просто давно махнул на себя рукой. Парень был вполне способным.
 
– Знаешь, Падалеки… Ты хоть и придурок, но шансы сделать из тебя человека – вполне реальны.
Джаред снова хотел было обидеться, но не успел. К ним за стол присел с громким смехом Розенбаум и, отобрав у Джареда листок, принялся его вертеть.
– Какие страшные заклинания! Чуваки, вы меня пугаете! Кстати, по школе пополз слушок, что ты бросил Харрис. Хочешь поговорить об этом?
– Если увижу в школьной газете хоть слово, затолкаю свои носки после тренировки тебе в глотку, – буркнул Джаред.
– Ну что я, изверг что ли, – заулыбался Майк.
– Да ты чертов демон, – буркнули тихо рядом. Дженсен вздохнул, когда рядом с ним сел Стив.
– И в чем я виноват?! – возмутился Майк.
– Какого черта ты звонишь мне по поводу фото в два часа ночи?!
– Ты у нас школьный фотограф. Это твоя работа.
– Я, блин, сплю по ночам, как все нормальные люди.
Дженсен понял, что сегодня позаниматься не выйдет.
– О, а что там за девчонка? – Майк переключился на полки и заметил возле дальних стеллажей рыжую девушку. Та округлила глаза, поняв, что ее заметили, подпрыгнула и спряталась.
– Это персональный сталкер Эклза, – фыркнул Джаред.
– Серьезно?! – восхитился Майк.
– Оставьте ее в покое, – попросил Дженсен.
– А тебя не напрягает, что за тобой следят?
– Ну, может она…
– Чокнутая?
– Или у нее есть причина. Я не знаю и мне все равно. В данный момент вы оба меня отвлекаете.
– О, наш ботаник рычит, – усмехнулся Джаред.
– Я сейчас перестану проверять твое эссе, – пригрозил Дженсен.
Майк со Стивом переглянулись и дружно глубокомысленно покачали головами.
– Чего? – недобро спросил Дженсен.
– Ну… – начал Стив, – месяц назад ты бы его послал. А сейчас всего лишь в шутку угрожаешь.
– В шутку?!
– Конечно, – кивнул улыбающийся Джаред, закидывая руку Дженсену на плечо.
Дженсен повернул голову, а потом медленно проследил взглядом по всей длине падалечьей конечности вплоть до плеча и следом лица. Падалеки дернул бровями. Дженсен почувствовал себя словно в Сумеречной зоне. А потом капитан повернул руку и потрепал его по загривку. Дженсен уставился на него в немом шоке и… проснулся, чувствуя, как колотится сердце в груди.
– Твою мать… – озираясь в темноте, пробормотал Дженсен. Оказалось, что он благополучно уснул в гостиной, пока читал книгу. Вытащив мобильник, он глянул на дисплей: час ночи. – Это был всего лишь сон, – сам себе буркнул он, поднимаясь и в темноте бредя на кухню. Мать уехала в Нью-Йорк по работе, из еды были только остатки пиццы и яйца. Зевнув, он достал пиццу, разогрел ее и пополз в свою комнату. По которой носился Шелдон и забавно урчал. – Что с тобой не так? Почему у меня ощущение, что ты как мини-версия этого придурка-капитана? Почему ты не можешь просто спокойно сидеть?
Шелдон вообще оказался очень активным, особенно в ночное время. Дженсен частенько выпускал его из коробки, которую тот грыз громче, чем бегал.
Поедая пиццу сидя прямо на полу и прислонившись спиной к кровати, парень наблюдал за метаниями животинки, когда в кармане джинсов затрезвонил мобильник.
– Что за твою мать?!– изумился парень, а глянув на номер, вообще охуел. – Падалеки?!
– Слушай Эклз, как вычисляются дифференциалы? Никак не могу найти в учебнике.
– Чего? – оторопело квакнул Дженсен, отложив кусок пиццы.
– Вычисляют, говорю, как?
Дженсен крайне вежливо поинтересовался:
– Вот чисто ради интереса. Джаред, сколько сейчас времени?
– А? Время? А оно тут при чем?
– Ты на часы когда смотрел, придурок?!
Тот, видимо, посмотрел.
– Че-е-ерт. Дженс, прости. Я думал, часов десять.
– И ты занимаешься?
– Ну, да.
– В час ночи?
– Судя по всему.
– Математикой?
– Ага.
– Посмотри в седьмом параграфе, – вздохнул Эклз, уже поняв, что издевку Джаред сейчас точно не услышит в его голове.