"Фантастика 2023-171". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Наступила ночь. Для двоих лежанка была тесновата, Сашка располагался с краю и на всякий случай, чтобы не упасть обнял Дара и почувствовал, как рука друга сделала тоже самое. Сашка не видел глаз Дара, но чувствовал, что тот не спит и смотрит на него.
— Ты мне как брат, — тихо прошептал Дар.
Следующие дни были ничем не примечательны. Мальчишки бродили по городу, обедали в трактире, потом шли к травнице и лечили Дара. По вечерам Сашка кидал Ржавому четыре монетки, а тот, словно не замечая ничего, при дележке мяса по–прежнему бросал кусок для Дара на пол.
В один из вечеров, перед сном, Сашка вышел с Даром по нужде. Следом за ними вышел Бельмо, который всё так же зло смотрел на друзей и время от времени отпускал в их адрес сальные шуточки. Большинство мальчишек смеялись, хотя уже и не так задорно, как в первый день появления Сашки в притоне.
— Ты ему и задницу вытираешь, папочка?
Сашка никак не отреагировал на поддевку.
— Когда я к тебе обращаюсь, ты должен мне отвечать. Слышишь ты, дерьмо Обрубка? А ты знаешь, что Обрубок родился в сточной канаве от матери–потаскухи?
Дар дернулся, скривился. Сашка, наконец, повернулся к Бельму.
— А ты от кого родился? От самки орка?
— Что–о–о! — взревел Бельмо и, шагнув к Сашке, сильно ударил его в грудь. Сашка упал. Бельмо был сильным подростком, на голову его выше. Бельмо широко размахнулся ногой, метя Сашке в живот, но, как и несколько дней назад, удар не состоялся. Тогда за него вступился Ловкач, а сейчас на помощь Сашке бросился Дар. Что может сделать безрукий мальчишка? Пнуть врага ногой. Это и сделал Дар. Бельмо вскрикнул, дернулся, но остался на ногах. Затем ударил Дара, тот полетел далеко в сторону. Бельмо шагнул следом, желая добить мальчишку, но услышал сзади движение Сашки: тот успел встать на ноги. Бельмо зло ощерился и достал нож.
— Сейчас ты встретишься со всеми орками, — Бельмо слегка оттянул руку с ножом для лучшего удара.
— А ты встретишься только с орками–храмовниками. Уже завтра, в загоне для жертвенных рабов — услышал он сзади голос Дара. — За убийство свободного человека. Можешь убить и меня, но ничего не изменится, всё равно пойдешь в загон к храмовникам.
Бельмо стоял, зло ощерившись, потом убрал нож и процедил:
— Ты, Обрубок, сам сдохнешь в навозной куче. — И ушел в дом.
Сашка поднял Дара на ноги и спросил:
— А чего это он нас не убил?
— Бельмо большой трус, может обижать только тех, кто слабее его. Он сильнее Ловкача, но с ним не задирается: боится. Но больше всего он боится попасть к храмовникам. А вот подлянку устроить может, надо с ним быть поосторожнее.
А через два дня друзья, выходя в очередной раз от травницы, на соседней улице встретили Бельмо. Тот стоял около какого–то дома и не замечал ребят. Или делал вид, что их не замечает. Вечером в притоне, Бельмо сидел довольный и постоянно плотоядно усмехался. Но шуток в тот вечер почему–то не отпускал. Сашка на это внимания не обратил, наоборот, он был рад, что в тот вечер никто их с Даром не задевал. Только Дару все это очень не нравилось, но понять, что происходит, он, как ни пытался, так и не смог.
На следующий день, после обеда в трактире, друзья снова пошли к травнице, лечение помогало, язвочки и коросты заметно уменьшались. Возле дома травницы их окружило пять мальчишек, двое примерно их возраста, двое на пару лет старше, а один, здоровяк, и вовсе выглядел лет на двадцать.
— Это ты, что ли, папочка Обрубка? — обратился тот к Сашке.
— А ты откуда знаешь? — хотел ответить Сашка, но внезапно его обожгло мыслью с найденным ответом на незаданный вопрос. Бельмо! Точно, Бельмо. Он вчера их выследил, то–то вечером был таким довольным.
— А ты сам кто? — все–таки задал вопрос Сашка.
Здоровяк усмехнулся и достал нож.
— Это Бычара. Со своими, — вместо здоровяка ответил Дар.
— Говорят, ты богатый. А делиться не любишь. И порядки свои устанавливаешь. А мы таких не любим. — Бычара кивнул своим ватажникам, те слаженно подхватили двух мальчишек под локти, и повели их в пустынный переулок.
 
— Кошелек, куртку, сапоги. Снимай, — приказал Бычара.
— И штаны. Они кожаные. Мне в самый раз будут. — Сказал один из двух погодков Сашки.
— Мне тоже снимать? — спросил Дар, на которого никто не обращал внимания.
— Кому нужно твое дерьмо, Обрубок? — ответил Бычара. — Живи и радуйся. Еще не нагадил в штаны? — мальчишки беззлобно рассмеялись.
— А ты чего стоишь? — снова обратился к Сашке главарь. — Давай шустрее двигай клещами.
— Нет, — покачал головой Сашка.
— Тогда зарежем.
— Режьте.
— Смелый что ли? Мы ведь не ваша трусливая удача, которая только воровать может. У нас каждый месяц кого–то забирают к храмовникам. Зарежем и тебя. Обрубка тоже, никто и не узнает. А если и прознают, то мы попасть к храмовникам не боимся. Все там будем, судьба у нас такая.
Сашка стал расстегивать куртку. Бычара довольно кивнул головой. Дар коснулся своей культей Сашкиных рук:
— Подожди.
— Дар, неужели ты думаешь, что я из трусости? Но они тогда и тебя зарежут.
— Прости. Я не это подумал. Если ты сбежал от храмовников…
— Ты сбежал от храмовников? — Бычара удивился.
Сашка кивнул головой.
— Ну–ка расскажи!
— Забирайте, что хотели, а рассказ не для вас.
— Подожди ты. Да одень ты куртку. У нас что, своих нет? Расскажи лучше про храмовников.
Сашка рассказал про то, как его взяли в плен и отдали храмовникам, как они сбежали и как погиб Овик.
— Вот это да! — прокомментировал Сашкин рассказ Бычара. Нож он уже давно убрал под куртку. — А что ты не поладил с вашим Бельмом?
Сашка пожал плечами, а Дар сказал:
— Бельмо трусливое дерьмо. Хотел нас зарезать, но испугался, что за это попадет к храмовникам. Вот и решил вашими руками. Или ограбить до нитки или зарезать.
— Действительно, дерьмо. Вся ваша удача трусы. Кроме вас. Хотите ко мне в удачу?
— Спасибо, но мы не меняем друзей.
— Бельмо друг?
— Нет, но все равно не меняем.
— Как хотите. Но если передумаете, найдете нас, приходите. Приму всегда.
— Спасибо.
Бычара со своими ватажниками ушел. Сашка сел на землю. Его слегка трясло.
— А я ведь сильно испугался.
— Я тоже. Не за себя и наверное, не за тебя… Нет, не так… Понимаешь, Сашка, ты для меня как брат и я испугался, что это исчезнет. Понимаешь?
— Наверное, понимаю. Ты мне тоже как брат. Но я не знаю, что такое иметь брата. У меня их никогда не было. А у тебя?
— Были, но они старше меня.
— А где они, что с ними?
— Убили.
— Прости.
— Не извиняйся, для меня это было так давно, целую вечность назад. Я даже думаю, что этого не было. Просто приснилось. Я был совсем маленьким, когда прибился в удачу. Ватажником был другой. Пиявка. Ржавый был при нем.
— А что с ним, с этим Пиявкой случилось? Погиб или поймали?
— Нет, Пиявка жив. Гад еще тот. Он теперь при Хитреце в помощниках ходит.
— Что за хитрец такой?
— Хитрец — это кличка. Он главный в ночной жизни города. Часть собираемых Ржавым денег, половину разницы, тот отдает Пиявке. Так заведено.
— А Бычара?
— Бычара тоже кому–то отдает. Все стекается к Хитрецу.
— А Хитрец тоже кому–то отдает?
— Я не знаю. Ржавый тоже не знает. Может, и Пиявка не знает.
— А кто может быть выше Хитреца?
— В ночной жизни никто. Гендован — герцогский город. Герцог не будет связываться с бандитами. С ними у него разговор короткий. Или в рабы или к храмовникам.
— А окружение герцога?
— Вокруг герцога — графы. Благородные. А благородные не будут иметь дело с бандитами. Хотя Черный Герцог, — глаза Дара заметно потемнели. — Тот может. Он даже с орками дело имеет. Черный Герцог — самый сильный сюзерен в королевстве. Он даже сильнее короля. Когда шесть лет назад Черный Герцог напал на графа Ларского, а его земли были королевским доменом, то король ничего не смог сделать. Или сил не было или испугался. Говорят, он слабый.