Сыны Каина. Капкан на любовь (СИ)

— Закончил? — ко мне подошел Давид, брат.
— Да, как раз сегодня. — Я посмотрел на него. Тоже не молодеет. Лишний вес заметен. Волосы стремительно редеют, уже едва прикрывают залысины. Зато борода густая, с благородной проседью. — Помоги установить.
Вдвоем мы быстро посадили дверь на петли. Теперь, когда солнечный свет лился из окна комнаты прямо на витраж, дерево вспыхнуло ярко-золотым светом.
— Красота, — Давид улыбнулся. — Эвер, нам нужно поговорить.
— О чем?
— О семействе Драганов.
— Идем. — Я провел брата в кабинет, сел за стол и промокнул взмокший лоб — демарш с дверью дался мне нелегко, переоценил свои силы. Сердце заныло. Пока открывал пузырек с таблетками, руки дрожали. Это не укрылось от взгляда Давида. Он всегда подмечал все детали.
— Плохо выглядишь, Эвер. — Прямо высказался брат.
— Спасибо. — Я закинул лекарство в рот и сделал глоток воды. — Давай лучше о Драганах. Уже вздрагиваю при упоминании этой фамилии. Мне отчеты паранормов об этом семействе каждый день на стол кладут. Что у них стряслось?
— Эта девушка, Саяна, что же еще.
— Уже столько о ней слышал, — я покачал головой, чувствуя, как горечь таблеток поднимается из желудка в горло, — даже познакомиться хочется.
— Эвер, — Давид сел на стул у стола, — некоторые склонны видеть в ней того самого Избранного, которого обещало пророчество. Согласно отчетам, ее сила растет. Паранормы дают самые разные предсказания. Говорят и о приходе Мессии, и о прорыве ада в наш мир, и конце света, рождении нового мира — кто во что горазд, иными словами.
— Где она сейчас?
— На Бали, вместе с Гораном, ее беременность уже заметна.
— Сочувствую ему. — Я вспомнил правило — женщина, беременная от санклита, неизбежно погибает в родах.
— Зря, — Давид усмехнулся, — этот Ангел уверяет мужа, что все будет хорошо.
— Может быть, ведь она более не человек.
— Вот именно. Кем будет ребенок от санклита и… даже не знаю, как ее назвать?
— Увидим. — Я пожал плечами. — А пока не тревожьте девушку, дайте спокойно доносить и родить.
— Как скажешь. Далее, Аарон. Не морщись, пока этот старик жив, нам покоя не будет, сам знаешь.
— Знаю. Даже если помрет, будет свои условия из могилы диктовать!
— Верно. Скоро заявится, должно быть. Ведь встречу Стражей и Изгнанников мы накрыли.
— Да, спасибо Игорю, вовремя сообщил.
— Так что Аарон приковыляет и будет вне себя от ярости. — Давид помолчал, потом поднял на меня глаза, — скажу, как есть, не злись. Но ты уверен, что старик так уж неправ?
— Касаемо чего? — слова брата неприятно царапнули по душе, сердце отозвалось вслед ноющей болью.
— Его беспокойство обосновано. То, как сейчас лихорадит мир… Эвер, такому в самом деле не было аналогов, никогда.
— Ты предлагаешь вернуть Изгнанников? Влить отравленную кровь обратно? Карающая длань и так не переставала существовать — я чувствую эту раковую опухоль в теле Хранителей! Если эта гидра поднимет голову!..
— Погоди, — Давид остановил меня движением руки. — Я не предлагаю возвращать их с восстановлением всех прав и полномочий. Но они могут пригодиться — если что-то пойдет не так. Пусть смывают позор с семей кровью, прощение нужно заслужить. А мы в это время сможем перетряхнуть ряды и выяснить, кто и почему им симпатизирует.
— Мы увязнем в заговорах.
— Справимся, не в первой. Главное, приглядывать за Изгнанниками в три глаза.
— Ну, разведка — это по твоей части.
— МОССАДовец бывшим не бывает, — брат усмехнулся. — Не настаиваю, но подумай, хорошо?
— Хорошо, обдумаю.
— А заодно уж тогда и об отряде из Стражей подумай. Сам знаешь, элитные бойцы-полудемоны на дороге не валяются. Один такой стоит десятка, а то и нескольких наших лучших ребят. Как выяснилось, встреча Сынов Каина и Карающей длани все же была. Дело за малым. Не успеем мы, подсуетятся они.
— Что дальше? — я стиснул край стола. — С ведьмами замириться? Отряд летучий, на метлах создать? С санклитами на брудершафт пить? С привидениями вести душещипательные беседы о смысле бытия? Полтергейст охранять от ретивых Хранителей?
 
— О как! — восхитился брат. — Хорошие таблеточки у тебя, смотрю. Не поделишься?
— Только вместе с изжогой. — Я скривился, похлопав по животу. — Пойдем перекусим, а то разболится, не усну.
— Знаешь, что говорят о крови этой Саяны Драган? — когда мы вышли из кабинета и направились на кухню, спросил Давид.
— Слышал. Исцеляет все болезни.
— Не хочешь попробовать?
— Предлагаешь главе Хранителей идти к этой… этому существу на поклон? — я усмехнулся и открыл холодильник. — Если она зло, то я не имею права пользоваться ее помощью. А если Благословение Господа, то… то тем более не имею права просить, чтобы Ангел на меня свою кровь тратила — не по чину, знаешь ли.
ЛУКЬЯН
Воспоминания о ярости, которая выключила мозг и заставила отдать Магду под следствие Хранителей, терзали меня до сих пор. Голова в тот момент выключилась, меня охватило бешенство. Зато теперь разум не выключался, думать позволял только о том, что девушка не простит такого.
Да еще Давид Гор подлил масла в огонь. Когда все отказались пускать меня к Магде, пошел к нему. Бородатый хрен сидел и смотрел видео допроса. Мое сердце ухнуло от боли в желудок, когда увидел девушку — измученную, с кругами под глазами, за железным столом.
Давид спокойно выслушал все, что я сбивчиво говорил — речь заранее приготовить не сумел, и так весь на нервах был, но следователь даже кивал иногда. Такая реакция позволила надеяться на благополучный исход. Но этот бородатый урод выключил видео, встал и спокойно в лицо мне сказал:
— Никаких свиданий не будет, молодой человек. Как Хранитель я одобряю ваш поступок, а вот как обычный мужчина — презираю тебя за сделанное.
Как чесались руки набить ему морду! Разведчик, брат Эвера Гора? Да плевать я хотел! Каким усилием воли остановился и не размазал это старого придурка по стенке, до сих пор не представляю.
За одно ему спасибо — он снял все обвинения с Магды, даже зачислил в оперативный состав — на мой взгляд, неоправданно рано, ей бы еще учиться и учиться. Но главное, она на свободе. И теперь надо как-то уговорить ее простить меня.
Я не стал стучать, когда подошел вечером к ее комнате, потому что в лучшем случае был бы послан на три буквы. Универсальный ключ помог проникнуть внутрь. Замер, увидев девушку, которая в маечке и трусиках спала на кровати. Подошел ближе, задыхаясь от желания. Какая же ты красивая, моя зеленоглазая ведьма!
Осторожно лег рядом и, затаив дыхание, ласкал взглядом лицо с прядкой волос, что лежала на щеке, запутавшись в ресницах, пухлые губы, созданные для поцелуев, красивую грудь, впадинку пупка, что выглядывал из-под маечки, черные трусики, длинные стройные ножки.
Не выдержал, убрал прядку с лица. Магда шевельнулась, что-то пробормотала. Я замер и, когда ее дыхание снова стало глубоким, с моих губ сорвалось шипение — таким нестерпимым было желание поцеловать девушку, снять с нее все и лишить, наконец-то, девственности!
Тяжело дыша, я провел пальцем по животу Магды. Кожа покрылась мурашками. Как же это офигенно, когда любимая отзывается на каждое прикосновение! Рука накрыла треугольник трусиков. Девушка протяжно выдохнула, не просыпаясь. Не удержался, прижался к ней, жадно вглядываясь в лицо.
Магда снова издавала этот звук, от которого я дурел — сопение пополам с мурлыканием. Котенок мой, ты же с ума меня сведешь! Потеряв контроль над собой, завладел ее губами, коленом раздвинул ножки, устроился между ними.
 
Магда застонала мне в рот, обвила руками, сама начала двигать бедрами, заставив придавить ее своим весом к постели. Сходя с ума от желания, изгнавшего из головы все мысли до единой, я сдерживался из последних сил.
А потом она открыла глаза и выдохнула спросонок, так нежно:
— Горай…