"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

После нашей успешной операции ситуация в Лотарингии да и во всей Европе существенно изменилась. Заговор кардиналов, в котором деятельное участие принимал Бернажу, принёс свои плоды. Папа Роман XVIII почил в бозе, не без посторонней помощи.
Обращаю внимание, что на этом месте Микеле печально улыбается и переглядывается с Магистром. В самом деле, инквизиция-то обвиняла в организации заговора против папы именно его. А заговор-то действительно существовал, только Святая Инквизиция не там его искала.
Папой Римским стал кардинал Модунио, принявший имя Себастьяна. Папа Себастьян Х отменил буллу о грехопадении в Лотарингии. Тем самым, епископ Маринелло лишился поддержки Святого престола. Но сдаваться он не собирался. Использую свой высокий пост в ордене Сердца Христова, имеющего большие связи в высших эшелонах власти многих стран, Маринелло сменил религиозную деятельность на политическую. Он весьма преуспел в делах политической интриги.
В Лотарингии же, после нашей операции и переворота в Риме, император Роберт объявил «летучие отряды» вне закона. Мушкетеры засучили рукава и взялись за дело. Стоило посмотреть, как лихо искореняли они «искоренителей ереси». Местные армейские гарнизоны рьяно помогали им в этом богоугодном деле. Очень скоро в распоряжении Маринелло осталось только два отряда, и он поспешил придать им статус «местного ополчения», созданного на случай иноземного вторжения. Занятый подготовкой к отражению Крестового Похода, император был вынужден закрыть на это глаза.
После неудачной попытки поссорить Лотарингию и Скандинавию и вбить клин между императором Робертом и Великим Князем Сергием Маринелло стал действовать тоньше и осторожнее. Приложив немалые усилия, он поставил Орден Меченосцев в такие условия, что у того просто не оставалось другого выхода, кроме как объявить Крестовый Поход против Лотарингии.
Но Великий Магистр, не смотря ни на что, всё ещё колебался. Ему совсем не улыбалось вести войну на два фронта: против Лотарингии, с одной стороны, и Суздаля со Скандинавией, с другой. Вот если бы и Лотарингия была вынуждена воевать на два фронта… Но для этого необходимо, чтобы к Крестовому Походу присоединились Испания и Англия. Эмиссары Маринелло и браться Ордена Сердца Христова работали, не покладая рук, и почти добились успеха, но…
Король Англии Эдуард III скончался, и в Вестминстере короновали несовершеннолетнего Ричарда V. Регентом при нём и фактическим главой государства стал герцог Солсбери. Выдающийся дипломат и военачальник, всесторонне образованный, тридцати с небольшим лет, весьма незаурядной внешности, лорд Солсбери был во всех отношениях выдающейся личностью. Он вполне мог оставить заметный след в истории не только Англии, но и всей Европы. Первое, что он сделал, это удалил от двора пресвитера Якова, имевшего безграничное влияние на покойного короля Эдуарда. Герцог давно испытывал сильную неприязнь не только к этому пресвитеру, но и ко всем пастырям божьим. В том числе и к кардиналу Бернажу. Но об этом чуть дальше.
У герцога Солсбери были все данные для того, чтобы стать выдающимся государственным деятелем вроде Ришелье или Бисмарка. Но у него была одна слабость. Если ему чего-то захотелось, пусть даже и не очень значительного, он бросал все дела, в том числе и важнейшие государственные, и не успокаивался, пока его желание не удовлетворялось. Ну, а если возникали препятствия, то здесь в ход шло всё, вплоть до государственных интересов. Девиз иезуитов: «Цель оправдывает средства!» можно было в полной мере отнести к герцогу Солсбери. Вопрос только, какие цели? Его бы энергию, да в нужное русло!
При короле Эдуарде герцог Солсбери был послом Англии при дворе императора Роберта. Поскольку отношения между державами оставляли желать лучшего, герцог был не слишком обременён дипломатическими трудами. Его время заполняли балы, приёмы, пиры, охота и флирт с придворными дамами. В этой обстановке он не нашел ничего лучшего, как влюбиться в императрицу Ольгу. Ну, а императрица? Как и все женщины (Евино племя!), она была польщена таким выбором и затеяла небольшой роман с герцогом Солсбери. Роман, впрочем, весьма невинный. По крайней мере, она так желала. Но не таков был герцог Солсбери. Ему уже шлея под хвост попала. Он вёл осаду императрицы по всем правилам любовного искусства, не обращая внимания на то, что эта амурная история уже стала предметом всеобщего внимания.
 
Император, человек широких взглядов, смотрел на это сквозь пальцы. Надо же его царственной супруге развлекаться, вот пусть и пощекочет нервы милорду, всё равно ему делать нечего.
Но милорд хватил через край. Он был очень богат и для достижения своих целей щедрой рукой раскрывал свой кошелёк. Как-то раз императрица давала небольшой вечерний приём для самых близких друзей. Ради того, чтобы придать вечеру некоторую пикантность, она пригласила и герцога Солсбери — остроумного и эрудированного собеседника. Что греха таить, Ольга рассчитывала ещё и продолжить свою игру, то есть пощекотать нервы милорду. Вот тут-то она и просчиталась. Милорд накануне приёма посетил всех приглашенных и имел с ними доверительные беседы, кошелёк милорда при этом не закрывался. Сколько денег перекочевало из него в карманы придворных можно только догадываться. Но в ходе приёма приглашенные одни за другим, под разными предлогами, извинялись и покидали государыню. Все, кроме герцога Солсбери. Он оставался наедине с императрицей почти два часа!
Видит Время, это уединение носило самый невинный характер. Милорд на прощание поцеловал императрице руку, и только. Но «злые языки страшнее пистолетов»! Амурной истории, неожиданно принявшей скандальный характер, требовалось положить конец. Сам император ничего предпринимать не стал, чтобы не бросить тень на свою супругу. Лорд Солсбери был приглашен к кардиналу Бернажу, который возвратил ему верительные грамоты со словами:
— Вы сделали, ваше высочество, в Лотарингии всё, что могли. Отношения двух великих держав, благодаря вашим усилиям, носят отныне совсем иной характер. Полагаем, что теперь Английскую миссию может возглавить другой дипломат. Не смеем вас задерживать. С нашей стороны было бы непростительно удерживать здесь и лишать короля Эдуарда советов и поддержки столь выдающегося министра.
Всё это происходило в то время, когда мы с Андреем активно действовали против Маринелло и де Ривака. Но нам тогда было не до любовных историй английского посла и лотарингской императрицы.
Герцог Солсбери покинул Лотарингию, но не забыл императрицу Ольгу. Став лордом-регентом и сосредоточив в своих руках всю полноту власти, он решил, что пришла пора довести дело до конца.
Герцог начал донимать императрицу любовными посланиями, отправляя их с дипломатической почтой. Ольге бы просто раз и навсегда решительным отказом пресечь все эти поползновения. Но умная женщина вновь оказалась в плену своей слабой женской натуры. Она продолжила игру, отвечая герцогу тоже по дипломатическим каналам, не подозревая, что каждый её неконкретный ответ (и не то, что бы да, и не то, что бы нет) всё больше и больше распалял вожделения лорда-регента.
В конце концов, она получила такое послание, от которого у неё волосы встали дыбом. Речь шла не больше, не меньше, как о ночи любви. Императрицу шокировало не столько это предложение, (нравы императорского дворца допускали и не такое), сколько условия, которые выставлял герцог. В случае согласия он был готов подписать мирный договор с Лотарингией и выступить на её стороне в грядущей войне с Орденом Меченосцев. В случае же отказа герцог угрожал немедленно выступить на стороне Ордена и Испании.
Императрица задумалась. Она была не только супругой императора Роберта, но и государыней Лотарингии. Посоветовавшись со своей наперсницей, Ниной Матяш, она приняла предложение лорда-регента, оговорив при этом строжайшую конфиденциальность встречи.
Получив ответ императрицы Ольги, лорд-регент забросил все свои дела в Англии и устремился в Лютецию. Там он первым делом встретился с лейтенантом Саусверком. Граф Саусверк был двоюродным братом герцога Солсбери. Их матери были сёстрами, в девичестве графини Черчилль. Лорд-регент изложил Саусверку суть дела, в доказательство предъявил письмо императрицы Ольги и попросил помочь ему проникнуть во дворец.