"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Открыл привратник, пожилой, но еще крепкий мужчина, похожий на солдата. Он посмотрел на нее свысока, нахмурился и быстро что-то проговорил. Надя поняла, что и здесь ей не рады.
— Господин, я на место садовника! Я отличная садовница! — попробовала она объяснить на гроенском.
Привратник задумался. Затем позвал кого-то со двора.
К ним вышла молодая женщина. Она вытирала о передник мокрые красные руки, пока привратник что-то объяснял про Надю. Затем женщина жестом пригласила царевну следовать за собой.
Сразу за забором начинался низкий яблоневый сад. Трава была старательно скошена, но под деревьями скопились опавшие яблоки, желтые, пропитанные солнечным светом. Пахло кисло-сладким яблочным соком.
Большой белый особняк под синей крышей стоял в самой глубине сада. Под окнами росли кусты роз. Белые, бледно-розовые и желтые. Надя сразу прониклась к ним сочувствием и любовью. На лужайке между садом и домом были растянуты веревки с сохнущим бельем. Пейзаж был очень домашним, и Наде очень-очень захотелось остаться здесь.
По мраморному крыльцу они поднялись в дом.
В темной прихожей пахло розами. Окна были открыты, впуская прохладный утренний воздух. Женщина провела царевну на второй этаж. Надя с любопытством рассматривала по дороге стены, увешанные картинами в старых рамах. Здесь не было ни одного семейного портрета, только морские пейзажи. Горничная постучала в дверь в конце коридора, а когда за дверью ответили, подтолкнула девушку в спину.
Комната была кабинетом и библиотекой. Все четыре стены до потолка заставлены стеллажами с книгами, оставляя свободными лишь дверной проем и окна. В центре стоял тяжелый стол из темного дерева, а перед ним два кресла. За столом работала с бумагами пожилая женщина. Она подняла на девушку вопросительный взгляд.
Надя смущенно подошла к столу и неловко присела в реверансе.
— Я на должность садовницы, госпожа.
Женщина смерила царевну взглядом, задумалась ненадолго.
— Меня зовут госпожа Алид Ван Варенберг. А тебя? Из какого ты города?
Говорила женщина на гроенском, но выговор у нее был четкий, с хорошей артикуляцией и понятными паузами. Именно так учила говорить пани Ожина. Царевна облегченно вздохнула.
— Из Северной Варты, госпожа. Зовут Настасья, — ответила она, старательно выговаривая слова.
— Ищешь работу? Приезжая?
Надя решила обойтись малой ложью. Утвердительно кивнула.
— Где выучила язык? Ты хорошо говоришь, — заметила женщина.
— Я всегда мечтала переехать жить на острова.
— Там говорят на кало.
— Его я тоже учила.
Женщина подняла брови.
— И почему девушка с таким прекрасным образованием ищет работу садовницы? — уже на островном наречии спросила она.
— Даже такую работу тяжело найти в Морин-Денизе. Как я могу желать чего-то большего? — честно призналась Надя, тоже переходя на кало.
Женщина отложила в сторону механическое перо и сцепила руки на столе.
— Ты умеешь грамотно писать на аринском и гроенском? Читать?
— Да, госпожа.
— Ты приехала в город одна или с семьей?
— Одна, госпожа.
— Садись.
Женщина, не вставая, подвинула ей чернильницу, перо и лист бумаги.
— Пиши.
Следующие полчаса Надя неожиданно для себя сдавала экзамен по языкам. Госпожа Ван Варенберг заставила исписать несколько листов текстами под диктовку и перечитать несколько глав из разных книг.
В конечном итоге хозяйка была удовлетворена. Она побарабанила пальцами по столу, принимая решение.
— Тебе повезло, Настасья. Я искала секретаря, и ты мне подходишь. У меня нет предрассудков касательно твоего происхождения, но есть несколько важных требований. Во-первых, ты не должна воровать. Предыдущий секретарь был уволен за кражу. Он уверял меня, что его семья умирает от голода, но даже при таких обстоятельствах я подобного не приемлю. Поняла?
Надя послушно кивнула.
— Второе. Твоя репутация. Никаких мужчин. Мне нужен самоотверженный работник, а не барышня на выданье. Я тебе не тетушка, а хозяйка.
— Да, госпожа.
— Платить я буду не много, но позволю жить в своем доме и питаться со слугами. Тебя устраивает такое предложение?
 
— Да, госпожа! Спасибо…
Женщина прервала ее жестом.
— Давай без пустословия. Я возьму тебя на один месяц, до зимы. Половину выплачу сразу и половину — в конце месяца. Если не разочаруешь меня, возьму на год.
Надя кивнула.
— И еще одно. Со мной в доме живет внук. Если узнаю, что ты крутишься рядом, — вылетишь не только из моего дома, но и из города. Ты поняла?
Надя кивнула.
— Иди, Настасья. Карин покажет спальню и расскажет о порядках в доме.
Слуги спали на третьем этаже, под чердаком. Надю поселили в комнате с тремя горничными. Ей выделили узкую кровать у окна и тумбочку. Шкаф для одежды был общим, но у Нади кроме платья на ней ничего не было, так что теснить девушек не пришлось.
Она пообедала со слугами на кухне и остаток дня помогала госпоже Ван Варенберг переводить бумаги на аринский.
Наступил вечер. Надя снова ела на кухне со слугами. Они все, кроме повара, были южанами — на Надю смотрели презрительно. Царевна молча поела и тихо вышла из кухни.
Легла рано. Сон никак не шел. Царевна смотрела в потолок и думала о Роджере. Странно, но она совсем не злилась. Если подумать, тут не на что обижаться. Как сказать о таком, не испугав?
«Я — Анку, бог мертвых, которому тебя обещали с рождения, но ты не бойся меня, давай погуляем, поболтаем… Может, подружимся…»
Чушь, конечно. Обидно было, что он не решился рассказать все сам, что сбежал, не попрощавшись.
Над городом зазвенели колокола.
Царевна рывком села на кровати, прислушалась. Ее соседки спали, ни одна даже не вздрогнула во сне. Как они живут здесь, постоянно ожидая нападения? Люди ко всему привыкают, но они не должны привыкать! Нельзя к такому привыкать! Если бы она могла колдовать! Она все на свете отдала бы за умение колдовать!
Царевна прислушалась к себе, но ничего не почувствовала. Если магия и есть в ней, то очень глубоко под кожей.
Колокольный звон стих. Надя легла опять на подушку, закрыла глаза.
«Роджер, как так получилось, что ты не можешь ничего с этим поделать? Смогу ли я?»
Наде выдали платье и передник, какие носили горничные, и пару стоптанных туфель. Домоправительница ни о чем не спросила, хотя взгляд ее был красноречив.
До конца недели царевна работала с госпожой Ван Варенберг, не поднимая головы. Работы оказалось много: госпожа торговала солью с десятком лесных городов. Соль поставляли с островов, торговля шла хорошо, и они были завалены горой писем, деклараций и отчетов.
Они начинали в восемь утра. Надя впервые попробовала горький черный напиток с островов. Он имел очень вкусный аромат, но пить его было почти невозможно.
В десять был короткий перерыв на завтрак, и работа продолжалась. Обедали здесь же, в библиотеке и снова работали. И так до восьми вечера. Ужинала госпожа с внуком вдвоем. Надя ужинала со слугами на кухне.
Из окон библиотеки, царевна дважды видела внука госпожи Алид.
Будевин Ван Варенберг приходил домой раз в три дня — он был капитаном Алых Мундиров. Лицо у него было загорелое и обветренное, волосы, как у всех жителей прибрежных городов, выгоревшие до белизны. Будевину было двадцать пять, но шрам от виска до подбородка и напряженное, встревоженное выражение молодого лица старили его.
Госпожа Алид встречала внука в саду. Он быстро целовал ее в лоб, и они вместе шли по дорожке из гравия в дом.
Сквозь открытое окно библиотеки Надя слышала шуршание мелких камешков под ногами и привычно поднимала голову от бумаг. Ей нравилось видеть эту трогательную близость между бабушкой и внуком, и был интересен сам Будевин.
Царевне хотелось поговорить с ним, расспросить о чудовищах, о том, как они справляются с ними, что делают, чтобы защитить город. Если бы могли попросить богов о помощи, то чего бы просили?