"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
- Сколько вас? – спросила одна из женщин, что была в лагере.
- Трое.
- А вообще, всех? У вас есть стан, или вы как васары, ходите по чужим землям, и никак не найдете свою?
- Вы знаете что такое сотня?
- Нет.
- Тогда я не знаю, как вам объяснить, - я и не думала открываться им, пока не увижу их стана, но, судя по тому, что в лагерях так много людей, что наконечники их стрел сделаны мастерски, что ведут себя они как профессиональные для этого мира воины, их не мало.
- Попробуй.
- Я хочу говорить с вашим Правителем, - я внимательно наблюдала за их реакцией на эти слова, и получила желаемое – они переглянулись, но не улыбнулись. – Вы ведь дадите мне с ним говорить? У меня есть что предложить вам, - я допила отвар и показала, что не хочу больше разговаривать.
Встала, за мной встал Бор и Юта. Нас развели по разным палаткам, и сегодня я спала с одной из девушек, что вела нас с самого начала. Моя веревка была привязана и к ее руке.
Рано утром, еще до рассвета в лагере оживленно загалдели, зафыркали кони. Я решила, что можно ногой отодвинуть полог и посмотреть на лагерь. Чуть спустилась ниже, боясь разбудить соседку, зажала пальцами ноги и откинула холстину, что была накинута снаружи. Там, с Тиарой были новые люди, и среди них были мужчины. Она кланялась им, они что-то говорили ей, и она каждый раз опускала голову. Черт бы вас побрал, я-то уже понадеялась, что мы встретили местных Амазонок.
Мы выехали, лишь попив отвар, без завтрака и умывания, пустили лишь в кусты, где я обнаружила, что начались эти прекрасные дни, без которых в дороге «никак не получить удовольствия» от бесконечной стирки. Я шепнула девушке, и она тут же достала из сумки несколько полотен, и отдала мне. Ну, хоть так, простыла все-таки, с этим их закаливанием.
После обеда мы достигли места, где две реки сливаются в одну, и с высокого холма, что были редкостью в таких равнинах, это место было хорошо видно.
Их стан был за глубокой и полноводной рекой, сразу после устья. Она была не широкой, но бурной. На берегу лежало множество лодок, вроде каноэ, сушились рыболовные снасти, а в лесу, стояли хижины. Да, именно хижины – сплетенные из толстых веток, замазанные глиной. Окон в них не было, были щели, затянутые тряпками.
Между хижинами хорошо протоптанные тропки, лошади пасутся за лесом – отсюда слышно их ржание. От хижин к нам шли люди – несколько женщин и мужчин. В лесу было и не разобрать – сколько этих хижин, а берег, если не считать лодок, пуст. И каждую лодку легко поднимут двое. Они вот так прячутся летом, но зимой, как на ладони от того, что домишки приходится топить постоянно, даже сейчас, в теплое время года, из крыш нескольких валит дым.
Нас подтолкнули вперед к вышедшим людям, и Тиара крикнула мне в след:
- Она хотела видеть нашего Правителя, и сказала, что говорить будет только с ним.
Глава 41
Меня одну завели в одну из хижин, по-другому назвать это жилище у меня не поворачивался язык. То же костровище в центре, те же лавки и стол, и две комнатки, входы в которые завешаны тряпками – так было в домах северян, когда я попала к ним.
- У тебя есть имя? – спросила сразу как я вошла, женщина, сидевшая за столом. По обе стороны от нее сидели мужчина ее возраста – лет сорока, или сорока пяти, и девушка лет восемнадцати. Девушка явно была ее дочерью.
- Конечно, здесь даже у коров есть имена. Меня зовут Сири, - меня не держали, и я смело села напротив нее. Между нами теперь был только пустой стол.
- Ты сказала, что будешь говорить только с правителем? – снова женщина. Неужели, здесь все же матриархат? Мужчина внимательно смотрит, но не произносит ни слова.
- А есть ли смысл рассказывать все каждому встречному?
- Откуда вы? – она уже была очень загорелой, и загар был весенний, грубый, даже почти рыбацкий – мартовское солнце нещадно светит, отражается от снега. Шея у нее белая под туникой с глубоким вырезом и продетой в шов веревочкой, как на наших домашних сорочках, и создается впечатление, что голова не принадлежала этому телу. То же нелепое карэ, карий, буравящий взгляд, тонкие губы, обветренное лицо.
- Наши земли южнее, у большой воды. У нас несколько станов, но мы не ищем других земель.
- Сколько закатов?
- Больше двадцати.
- Двадцати? – она сощурилась, и чуть наклонилась ко мне.
- Десять и десять, - я два раза показала пальцы на руках. Она выпрямилась, видимо, поняла.
- Там васары, - она чуть улыбнулась.
- Нет, они живут набегами, но мы избавили земли от них.
- Так вот, почему они стали чаще нападать, - на лице ее я увидела брезгливость, но я понимала эту мимику, потому что недавно они и нам принесли не мало проблем.
- Мы живем мирно.
- А что делаете у нас?
- Это дорога к большой воде.
- Ты сказала, у вас станы у большой воды…
- Нам нужен берег, чтобы сойти, и мы уйдем.
- Откуда сойти?
- Должны прибыть большие лапахи. Много. Там наши люди. Они сойдут. – я опустила глаза в знак повиновения и просьбы.
- Ты правишь станом? – одна ее бровь поднялась, и это означало либо уважение, либо недоверие.
- Мы с мужем. – я сомневалась – говорить ли им все, потому что сейчас это имело смысл. – Но, не всеми землями, а теми, что ближе к вам. У нас большой город, хорошие дома. Мы готовы помогать и делиться знаниями, - я положила руки на стол и повернула ладони внутренней стороной – открыла их, словно готова что-то отдать.
- «Зна-ни-я-ми»? – по слогам спросила она меня?
- Мы живем лучше, наши дома лучше. Но что-то лучше знаете вы. мы готовы поделиться тем, что умеем, мы не враги, - я впервые открыто и честно улыбнулась.
- Покормите их, и оставьте в моем доме. Всех, - она встала, а за ней встали мужчина и девушка, она внимательно посмотрела на меня с ног до головы. И они вышли.
Юта и Бор вошли с развязанными руками. Незнакомая женщина занесла в дом котелок и разлила по мискам что-то, похожее на овощное рагу. На стол положила пару лепешек, потом разлила по кружкам отвар. Женщина мотнула нам головой в сторону стола, и мы не без удовольствия принялись за еду.
- Что они сказали? – Бор смотрел в тарелку, и говорил так, словно, что-то нужно было говорить.
- Они – ничего. Пока они только спрашивают, - я посмотрела на Юту, которая не ела, и смотрела то на отца, то на меня.
- Почему они не говорят со мной? – мне показалось, или его мужское достоинство было ущемлено этим.
- А ты не заметил, что большинство здесь – женщины, Бор? Здесь совершенно другой строй, - я положила ложку, хоть еда была действительно, очень вкусной.
- И что? Все равно, старшими должны быть мужчины! – он говорил так, словно, в этом была виновата я.
- Кому «должны»?
- Ну, так везде.
- А ты знаешь много земель? Как оказалось, у нас под боком живут куча разных народов, о которых мы узнаем только сейчас. В чем виновата я? В том, что не уговорила вас раньше оторвать задницу от дома и проверить? Прости, я всего лишь женщина. Вы же знаете лучше нас! – я вернулась к рагу, и взглядом указала на ложку Юте, которая сейчас была в подавленном состоянии, или была слишком задумчива.
- У нас свои земли, а здесь чужие, - Бор, на мой взгляд, говорил что-то только потому, что должен был ответить.
- А они, как ты понял, вообще не знали, что у вас «свои земли», и в какой-то момент, пришли бы к нам огромной армией. Что они, что харкамы…
- Харкамы теперь наши друзья…
- Да, благодаря тому, что мы случайно нашли их. Кроме урожая и караула на берегу, мы должны отправлять экспедиции – людей, которые будут проверять новые земли, ставить свои посты, придумывать, как наладить сообщение между ними. Сорис сейчас – хороший пример того, как делать нельзя. Мы установили там дозоры, мы сделали дороги между деревнями безопасными, но за пределами могут быть еще более сильные народы, чем харкамы и эти… Амазонки.