"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Частенько, путешествуя по Свободным Землям неузнанными, Альены видели масштабы разброда. Те, кто больше мотался по «производственным сменам», отдавали предпочтение новым правителям. Войска лишь наполовину остались верными, четверть наиболее решительных и озлобленных ушла за Ривзом, а остальные шатались без дела и толку. Работать на рудниках и полях не желали. И, естественно, пьянствовали, мутили воду едкими словами, обливали грязью всех и вся… А еще возникли банды дезертиров, бастовали рабочие, то тут, то там вспыхивали очаги недовольства. Обычный люд едва перебивался хлебом и водой, крестьяне массово уходили в разбойники… но и там ничего не получали, так как грабить, собственно, было некого.
Почему-то получалось, что братья только-только достигли небольшого успеха, а усилия пропадали даром. Отозвали войска с границы, разделили продовольствие и тем самым избежали голодных смертей. Но злые языки стали трепаться о снижении обороноспособности, скором нашествии вражеских орд. И действительно — война на северных границах не утихла. Вот только скифрцы-то ушли, а вместо легионов явились какие-то странные чудовища: ожившие трупы, низшие демоны, орды Могильных кошек и боги еще знают каких созданий. Тьма волна за волной катилась на укрепления. И лишь усилиями хладнокровных огневиков зло не проникало глубже…
Альены вызвали послов Тарка и Окрана, заключили с западным соседом подобие перемирия и послали в помощь Гетману самых отъявленных сорвиголов. Помогло. Окран зерна не дал и от торговли отказался — у самих неурожай, но поклялся прекратить набеги. Это позволило еще больше сократить контингент войск, создать какой-никакой резерв продовольствия. Но те же злые языки окрестили политический ход продажничеством, убийством Свободы… Снова поднялись восстания, которые приходилось подавлять. Кроме того, Ривз и компания продолжали засылать убийц, уговаривали командиров, переманивали простых солдат. А братья просто ждали, работали и иногда терпели привычные покушения… к счастью всегда неудачные, благо гвардейцы-оборотни не дремали.
Зверомаг и бывший граф трудились на пределе сил, спали по паре часов в сутки. Даже тучный Тох изрядно потерял в весе, ходил пошатываясь и в ответ на обеспокоенные вопросы подчиненных отмахивался. Аш и вовсе закопался в бумажках, донесениях и приказах. Частенько выезжал на места… и говорил, говорил с раздраженными, усталыми людьми, втолковывал в головы простую истину: стране требуются изменения.
В чем-то усилия Альенов оправдались — удалось быстро создать шпионский институт, разослать соглядатаев в окрестные государства. И теперь правители знали, что вокруг творятся страшные и непонятные простым смертным дела. Запад горел… горел в буквальном смысле слова. Религиозные фанатики сжигали города и села, покоряли одно королевство за другим. Частично захватили Окран, но завязли в неожиданно упрямых защитных порядках разбойничьего государства, стали понемногу сворачивать к северу — в Скифр. А империя молчала, и молчала нехорошо. Шпионы докладывали о Тьме в южных лесах, о полном разрушении Лугара и сонмах чудовищ, о непонятной позиции патриарха Эр-Денира, о концентрации войск на западных границах… Если откинуть эмоции, то картина получалась угрожающая. Топор войны завис над миром, и Свободные Земли оказались на грани столкновения. Но время было, и явная опасность пока отступила. Следовало оклематься, накормить народ, как можно лучше приготовиться.
И правители края готовились. Заново воссоздавали экономику, тренировали элитные полки. Но с продовольствием дело все равно шло туго. Расследование хищения имущества так и не продвинулась дальше этапа выявления. С каждым днем Аш находил больше агентов воровской сети. Мелочь давил, а крупную рыбу готовился поймать одной сетью. Медлил, тянул время, чтобы захватить главного виновника.
Помимо прочего, братья которую неделю пытались договориться с прибывшим посольством Таркского Халифата. От этой сделки зависело слишком многое. Созданные под предводительством мастера Илвина бригады готовили крупные партии металла и оружия, големов, отдельные механизмы. Удачный сбыт сулил не только верность людей, но и жизнь народа. Лишь рыба и зерно почти не пострадавшего от войн Тарка могли смирить людей, дать символ силы существующей власти. Халифат же испытывал необходимость в металле — штормы потопили чересчур много кораблей. Однако почему-то Тарк юлил, напрямую от торговли не отказывался, но и согласия не давал. Последние три дня приемы слились в нескончаемую череду, Аш говорил, а послы слушали… и молчали.
Вот и сейчас очередной завтрак подходил к концу. Братья сидели по разные концы стола, хмуро цедили горькую травяную настойку. Аш просматривал кипу документов, а Тох лениво ковырялся в зубах и пыхтел трубкой, поглядывал на делегацию южан. Высокие и поджарые, смуглые высокомерные красавцы будто сошли с эпических полотен морских битв. По лицам понять что-либо было невозможно, взгляды темные и загадочные. Одеты в шелка и злато, чем уже выделялись на фоне аскетического кабинета правителей…
Тарки лишь изредка переглядывались, с нарочитым презрением смотрели на скудную пищу в тарелках. Молчание затянулось, невыносимо давило. Лишь шумное чавканье окранского посла да шелест бумаг немного разряжали обстановку.
— Мы можем предложить качественный металл, — в который раз устало прогудел оборотень, глубоко затянулся и выдохнул облачко зловонного дыма.
— Мы рассмотрим предложение, — в который раз невозмутимо сказал глава посольства Юсуф Ир Карн, поджарый сорокалетний мужчина с резкими чертами лица и глазами, похожими на спелые маслины.
— Шахтные големы, оружие, брони… — скучающе перечислял Тох.
— Мы обсудим и дадим ответ, — еще более холодно изрек посол.
Фраза снова повисла в тишине. Зверомаг преувеличенно медленно выбил трубку, принялся набивать заново. В окно робко заглянул утренний лучик, весело запрыгал по стенам и столу. На целую минуту безмолвие стало практически абсолютным, обволокло комнату и оградило от внешнего мира. Но затем как прорвало — окранец принялся сочно хрустеть косточкой, разгрызал и шумно пил сладкий сок. И сразу же подключился Аш, еще более яростно зашуршал бумагами. Торопливо выискивал нужные абзацы, фразы. За окном послышались далекие вопли, звонко зачирикали воробьи, ветер принес тополиные листья.
Тох глубоко вздохнул, исподлобья посмотрел на посла Окрана. Здоровенный пожилой мужик поперек себя шире, седовласый и длинноусый. Морда круглая и морщинистая, брови кустистые, а глазки маленькие и хитрые-прехитрые. Как и всякий истинный военный разбойничьего королевства, и за едой в легкой чешуйчатой броне, при сабле, в парадных алых шароварах. Череп лысый, лишь на темени длиннющий чуб, который окранец постоянно заправлял за ухо. Поговаривали, что по длине сей необычной прически можно определить статус: лысый — молодой воин, с ладонь — сержант, вокруг головы достанет обернуть — генерал или как минимум полковник…
Впрочем, судить об обычаях окранцев оборотень не брался. Отвернулся и бросил взгляд на занятого брата, раздраженно поскреб когтем по столешнице. Гад, оставил в столь нужный момент. Говорить с тарками зверомаг не то что брезговал, нет. Просто боялся, что высокомерные ублюдки перейдут грань и захочется оторвать головы, несмотря на угрозу разрушения всяких отношений. Но говорить надо?.. Несомненно.
— Когда? — хмуро спросил Тох, вперил нехороший взгляд в Ир Карна. — Когда обсудите?..
Глава посольства вздрогнул, словно вынырнул из сна. Медленно и заторможенно повернул голову, посмотрел сквозь зверомага:
— Мы известим…
— А если я потребую быстрого ответа? — внешне спокойно, но уже закипая, поинтересовался Тох.
— Я бы не стал обострять отношения, господин правитель, — тем же тоном ответил тарк. Чуть приподнял бровь, блекло улыбнулся. — На вашем месте.
Что удержало Тоха от преображения, знают только боги. Воздух в кабинете мгновенно загустел, солнце спряталось за облаком, а лучики пугливо отдернулись за окно. Блеклые сумерки скрыли лицо зверомага, глаза полыхнули угрожающим желтоватым огнем. И сразу послышался протяжный скрип, на пол упала древесная стружка. Даже прожорливый и невозмутимый окранец удивился, перестал жевать и схватился за саблю. Южане остались неподвижными и бесстрастными и, кажется, не дышали…