Доктор-хулиган (ЛП)

— Не пора ли нам выпить вина?
Меня омывает теплом, и я испытываю облегчение.
— Не будет ли невежливо, если я скажу: о боже, да, пожалуйста? — шепчу в ответ.
Она быстро качает головой.
— Вовсе нет. Пойдемте в гостиную.
Гэвин на мгновение исчезает, возвращаясь с пивом, а Элли наливает мне бокал вина. Местное вино из провинции Онтарио, из графства Принц Эдуард, я видела такое в магазине. Но не могла бы себе позволить.
Нервозность немного стихает.
Они просто обычные люди в необычной ситуации.
— Итак, где вы познакомились? — спрашивает Гэвин, садясь на диван рядом с Элли. Вопрос не должен прозвучать неожиданно — это нормальный интерес при знакомстве с друзьями, — но, учитывая, что у этих друзей есть постоянная охрана, я предположила, что они уже все знают.
Я смотрю на Макса, и он слегка кивает. Он оставляет ответ полностью на мое усмотрение.
— В «Шато Лорье». — Я говорю правду, но лицо вспыхивает от воспоминаний.
Счастливо вздохнув, меня выручает Элли.
— Мне нравится этот отель. Вообще-то, мне нравится вся старая архитектура в центре. Она напоминает мне Монреаль.
— Правда? Я из Торонто, и у нас есть пара замечательных исторических мест, но деловой район сплошь застроен небоскребами. Мне нравится работать на Спарк-стрит.
— О, неужели? — Она улыбается Гэвину. — Так близко! — Она снова поворачивается ко мне. — Я работаю в Университете Оттавы.
Она говорит мне это так, будто я не знаю, будто вся страна ничего о ней не знает. И вдруг меня захлестывает волна сочувствия. Я нервничаю из-за того, что Королевская канадская конная полиция и премьер-министр знают обо мне все… Но у нее это умножено на тридцать миллионов человек.
— Как-нибудь выпьем кофе. — Она сидит, поджав колени, и потягивает вино. — Поболтаем об этих парнях. — Она подмигивает, и мне плевать, что это просто из вежливости. Он милая и добрая.
— Я бы с удовольствием.
Гэвин откашливается.
— Так у меня будет возможность спросить Вайолет о чем-нибудь?
Элли пожимает плечами.
— Смотря о чем.
— Не знаю, Фея. Я впервые знакомлюсь с девушкой, которую Макс привел домой.
— Ты ему не отец, — поддразнивает она, подмигивая.
— Я в курсе. — Он что-то бормочет себе под нос, и Макс смеется. — На самом деле, мне бы очень хотелось знать, когда Вайолет придет на хоккейный матч?
— Э-э… — я бросаю взгляд на Макса.
— Она сейчас немного занята на работе, — мягко говорит он. — Но ей, конечно, рады в любое время.
— Разве так ужасно, если я признаюсь, что мало знаю о хоккее? — добавляю я. Конечно, моих знаний достаточно, чтобы участвовать в пустом трепе о матче «Сенаторз» против «Листьев», но это все.
Гэвин охает, будто его ранили, и хватается за грудь, затем ухмыляется мне.
— Но держу пари, ты знаешь кое-что о вводимом нами новом законопроекте о правомерном использовании музыки на цифровом рынке, не так ли?
Я сажусь немного прямее.
— Знаю.
— Мне бы очень хотелось услышать твое мнение.
Я смотрю на Макса, тот пожимает плечами.
Элли наклоняется вперед.
— Он серьезно. И полагаю, на этом мы на минутку оставим вас вдвоем поговорить. Макс, ты не поможешь мне с закусками?
Он встает и первым выходит из комнаты.
Гэвин поднимает свой бокал в мою сторону.
— Ну? Что думаешь о законопроекте?
Я провожу ладонями по бедрам, мои пальцы дрожат.
— Он хорош, сэр…
Он смеется.
— Только Элли меня так называет. Друзья Макса зовут меня Гэвин.
Я краснею.
— Ясно.
— Серьезно, Вайолет. Ты заставляешь его улыбаться. Я ждал этого двадцать лет. Если хочешь, можешь назвать мой законопроект кучей дерьма, и ты мне все равно будешь нравиться.
Живот скручивает от ужасного осознания того, что это больше, чем просто встреча с друзьями за бокалом вина. Макс познакомил меня со своей семьей.
— Ой. Ну, я не собираюсь этого делать.
— Хорошо. — Его лицо становится серьезным. — А теперь мне бы очень хотелось услышать твое мнение…
Мы разговариваем минут десять, потом возвращаются Элли и Макс.
Разговор снова возвращается к хоккею, а потом к холодной погоде, которая сейчас стоит на улице.
 
Через полчаса я допиваю остатки вина. Элли тянется к бутылке.
— Еще? — спрашивает она. Я мотаю головой.
— Нет, спасибо. — Я на удивление хорошо провела время, но готова на этом закончить.
К счастью, Макс читает мои мысли. Он подносит бутылку к губам и допивает.
— Вечер был прекрасный, — говорит он, вставая, — но я думаю, нам с Вайолет пора.
— Спасибо за чудесное время. Было очень приятно встретиться с вами обоими.
Я испытываю неловкость. Неуверенность. Что прикажете мне делать? Протянуть руку для рукопожатия кажется слишком формальным, учитывая обыденность нашего визита, но мы только что познакомились, и, в конце концов, это премьер-министр и его невеста.
Макс кладет руку мне на поясницу и нежно гладит большим пальцем, заставляя сердце сильно стучать.
Через пару секунд ко мне подходит Элли и заключает в теплые объятия.
— Я очень рада, что ты пришла. Он счастливее, чем когда-либо за последние месяцы, — шепчет она.
Я немного удивлена, но обнимаю ее в ответ.
— Я тоже рада. — И я понимаю, что это так.
— Я говорила серьезно. Давай как-нибудь вместе выпьем кофе. Только мы.
— С удовольствием. — В Оттаве я пока еще не очень освоилась и у меня не так много друзей.
Макс и Гэвин обмениваются братскими объятиями, затем мы надеваем куртки и выходим в холодную, темную оттавскую ночь.
Встреча за бокалом с друзьями.
Нечто мне подсказывает, что с Максом такое событие не будет обычным.
Глава 12
МАКС
В молчании мы едем обратно к дому Вайолет.
Возможно, сегодняшний вечер был ошибкой. Может, мне не стоило так сильно подталкивать ее на нечто такое… светское. Такое ванильное. Черт, я ничего не знаю о том, как быть бойфрендом.
Я хотел, чтобы она увидела во мне обычного мужчину. Не такого угрожающего. Теперь я бойфренд, у которого лучший друг занимает высокий пост. Это едва ли лучше.
Но, с другой стороны, она, казалось, хорошо поладила и с Гэвином, и с Элли — и, кто знает, возможно, рядом с ними я выгляжу лучше.
— Ты хорошо провела время? — наконец спрашиваю я, когда мы подходим к ее дому.
Набирая на двери код, она кивает и одаривает меня странной улыбкой. Я следую за ней в вестибюль, потому что, да, я собираюсь проводить ее до двери квартиры.
— Да, — медленно произносит она.
— Но?
Она поднимает брови.
— Макс, они же твоя семья. А ты не знакомишь свою… — Она понижает голос. — Потенциальную сабмиссив со своей семьей.
Я тихо смеюсь.
— Моя… семья… довольно положительно относится к извращенствам. — Они и сами извращенцы.
— Просто я ожидала совсем не этого, — вздыхает она.
Я беру ее за руку и притягиваю к себе. Еще один вздох, и в моих объятиях она расслабляется.
— Мне еще многое предстоит узнать об общении, — бормочу я ей в волосы, крепко обнимая. — Но я услышал твои слова о честности. Правда.
— Хорошо.
Но тут я вспоминаю. Прижав ее спиной к двери, опираюсь руками по обе стороны от нее и бросаю на нее насмешливый взгляд.
— Что? — Она хмурится, выгибаясь ко мне. Приглашение понятно. «Прикоснись ко мне, Макс».
О, я хочу прикоснуться ко всему ее телу.
— Кстати, о честности…
— Да?
— Я не забыл, как ты солгала своему боссу, что не знаешь меня. — На случай, если она не понимает, я наклоняюсь и позволяю неожиданному гневу, который я почувствовал в тот день, подняться на поверхность. — Когда я обернулся и увидел, что ты держишь в руках папку со всей информацией обо мне. А потом ты солгала.
 
Я сделал особое ударение на последнем слове, зная, что для нее это спусковой крючок.
Уловив мой намек, она облизывает губы. Как по команде, ее голос становится хриплым и покорным, и она оправдывается: