Одержимый ею (СИ)
Все уже произошло. Это было тридцать лет назад, и ничего уже не исправить! Даже родственников тех в живых нет, чтобы отомстить. Ебаная жизнь!
— Прости, — горько винится полковник.
Мотаю головой:
— Мне не за что вас прощать.
— За этот рассказ… не вовремя…
— Всё вовремя. Я благодарен вам. Можно, дело заберу?
— Да, оно давно уже списано в архив и должно было быть утилизировано.
Засовываю папку под мышку, прощаюсь с Егоровым до встрече на свадьбе — он вызвался быть посажённым отцом с моей стороны.
Уже в дверях на выходе из Управления пиликает телефон — на WhatsApp приходит сообщение от Инги. Фотография.
Улыбаюсь — всё-таки судьба не всегда показывает мне исключительно филейную часть. Вот же подарила мою солнечную девочку. И та сейчас, наверное, бегает по магазинам, выбирает платье. Должно быть, скинула себя в наряде… подразниться…
Открываю сообщение и… Что это за фигня? Какая-то длинная белая штуковина, а на ней — две красные полоски?
Чувствую себя последним лохом, который не очень петрает в последних технических достижениях.
На моё счастье в журнале дежурного расписывается миленькая полицейская. По-моему, из комиссии по делам несовершеннолетних.
Я идиотски лыблюсь и подхожу к ней.
— Девушка, простите, можно у вас проконсультироваться?
Она удивлённо вскидывает на меня глаза и почти грозно произносит:
— Попробуйте.
Сую ей под нос фотографию:
— Вот… невеста мне прислала… вы не подскажете, что это может значить?
Она расплывается в улыбке и тихо хихикает:
— Вы, правда, не знаете?
— Правда, — честно признаюсь я.
— Это — тест на беременность. Ваша девушка беременна.
— Серьёзно?! — охреневаю я.
— Эти штуки, конечно, врут. Но вероятность всё равно большая…
Я не дослушиваю…
Мне слишком хочется бегать и орать, как придурку. А ещё, кажется, у меня глюки… Потому что я вижу призрачный светящийся силуэт мамы. И она нежно обнимает меня.
Глава 22
ИНГА
Я стою перед зеркалом, нарядная и красивая, и никак не могу повернуться и спуститься вниз. Где ждут родители, гости, где ждёт Валерий, в конце концов.
Не знаю, что со мной.
Нервы, наверное, гормоны шалят.
Когда я дала Валерию согласие — хотела скромную церемонию: только я и он, мои родители, этот его Егоров.
Но… Так было бы нечестно. Ведь у меня это — вторая свадьба. А у Валерия — первая. И единственная. Он мне чётко дал понять — что больше жениться не собирается, со смехом заявил, что в нашем браке развод не предусмотрен.
И я рада, что так. Необыкновенно счастлива тем, как Валерий принял известие о моей беременности. Наверное, каждая женщина мечтает о том, чтобы мужчина — отец ребёнка — смотрел на неё с обожанием, осыпал поцелуями и шептал:
— Моя щедрая! Моя великодушная! Моя совершенная!
В моей первой свадьбе всё было неправильно: едва знакомый парень, скоропалительные решения, отсутствие родителей…
Сейчас всё по-другому, всё, как надо: мой мужчина, осознанный выбор, мама и папа рядом…
Но что-то не так. Что-то гложет, останавливает, пугает.
Почему?
Ведь я люблю Валерия. Каждой клеточкой. Жизни без него не вижу. И знаю, что мои чувства взаимны.
Боятся нечего. Любимый сделал мне много замечательных подарков — например, очистил город от криминальных отморозков…
Сейчас внизу — наверное, всё управление, не говоря уже о людях Валерия.
Комар не пролетит.
Всё, Инга, прекрати паниковать и накручивать себя. Всё хорошо, ты ждала этого дня. Теперь у тебя свадьба настоящая, мужчина настоящий, чувства — предельно настоящие.
Улыбнись.
Я натягиваю на лицо улыбку, беру букет — маленький флористический шедевр — и, наконец, выходу из комнаты.
Иду вниз, а будто перетекаю со ступеньки на ступеньку — мятное платье струиться прозрачными складками, как вода.
Шаг, ещё шаг…
Вздох.
Вскидываю глаза, ловлю его взгляд — восхищённо-сияющий, растаявший, тёплый — и все тревоги отступают. Наконец, меня захлёстывает счастье, такое огромное, словно небо над головой.
Наше с ним счастье.
Любимый сегодня необыкновенно красив. Ему идёт этот тёмно-серый костюм и стильный галстук с мятными «кляксами». На манжетах ослепительно-белой рубашки поблёскивают запонки из александрита — гармонируют с моими украшениями.
И вообще мы гармонируем: такой большой и сильный он, такая хрупкая и воздушная я.
У нас — выездная церемония. Никакого ЗАГСа.
Всё, как в кино: поляна перед домом, арка с цветами, небольшой подиум, где пройдёт сама церемония росписи, стулья для гостей.
Всё сказочно.
Все нас поздравляют.
Столько людей…
Артём улыбается и ехидно зовёт меня «сестрёнка», но я совсем не злюсь, и даже позволяю себя поцеловать в щёку…
Всё хорошо.
Валерий передаёт меня отцу — папа сегодня торжественно-важный — и уходит вперёд, ждать меня у алтаря.
Отец кладёт мою ладонь себе на локоть и спрашивает:
— Не передумала?
Усмехаюсь:
— Нет. С чего бы!
— Ну и правильно, — подмигивает мне отец, — потому что никому другому, кроме Валерки, я тебя не отдам. Так и знай. Он моё доверие завоевал.
— Папа! О чём ты? Какие другие! Я люблю его! Я жду от него ребёнка!
Отец целует меня в висок:
— Не переживай малышка, небольшая проверка. Прости старика. Мир?
Целую в ответ, улыбаюсь:
— Мир!
Отец ведёт меня к алтарю — краем глаза ловлю нарядную и взволнованную маму, которая прижимает к глазам платок. Улыбаюсь ей.
Папа, наконец, передаёт меня Валерию и… начинается церемония.
По ступенькам с подиума любимый сносит меня на руках.
Вернее, муж. Свою жену.
Несёт к машине, украшенной цветами и лентами: как и положено молодожёнам — едем фотографироваться к достопримечательностям города.
Я счастлива, много смеюсь, позирую. А под конец, уже собираясь в ресторан, прямо через плечо Валерия, который снова берёт меня на руки, кидаю букет.
Его ловит Артём и хохочет.
У меня свадьба — без подружек невесты. Так уж вышло, что за годы учёбы и работы в этом городе я так и не обзавелась близкими подругами. А случайных, тех, с кем были просто приятельские отношения, неплохое общение, — видеть в такой день не хочется.
Хотя, женским обществом Артём меня обеспечил — обзвонил всех своих бывших. Набралось прилично.
Валерий целует меня и улыбается:
— Всё, братишка, ты попал! Придётся жениться!
Артём обводит рукой армию бывших и закатывает глаза. А девицы хищно поглядывают на него. Кажется, кто-то попал.
Мы перемещаемся в ресторан. Эту часть я не люблю особенно. Хотя нынешний ресторан, с открытой террасой, вовсе не напоминает тот, в котором Артём собирался отдать меня за долги…
Боже! Спасибо тебе, что ты послал тогда Валерия! Спасибо, что вообще послал его мне!
Кстати, есть ещё одно существенное отличие — первый танец молодых. С Артёмом мы, почему-то, не танцевали.
Валерий же буквально несёт меня над полом, старается не кружить, но я всё равно немного закруживаюсь…
Выскальзываю из его объятий, бегу в дамскую комнату…
Слава богу! Пронесло! Не хотелось бы портить умыванием такой роскошный макияж.
Когда выхожу — буквально в дверях меня ловит молодой мужчина. Его лицо кажется мне смутно знакомым.
Он смеётся, обнимает меня за талию:
— Похищение невесты. Древняя традиция.
Я ненавижу эти обычаи и конкурсы. Но ничего поделать не могу — они существуют. И папа с мамой хотели, чтобы у меня всё было традиционно.
Смутно знакомый незнакомец ведёт меня к задней двери ресторана, приобнимая за талию и бормоча какие-то глупости. Кто он? Возможно с работы Валерия. Я же не помню всех его новых сослуживцев в лицо…
И когда мы оказываемся уже на пороге — меня охватывает паника.