Близнецoвoе Пламя (СИ)

Мэл показалось, что его лицо чуть порозовело. Ёнико отломил их. Херувимка рассмотрела кусочки стеблей: на одном срез был сделан неаккуратно, на другом — почка находилась слишком высоко, третий начал подгнивать.
— Ну, так ничего не получится, — заключила Мэл. — Один придётся выкинуть. Принеси-ка острый нож — покажу, как делать правильные срезы. И нам бы пригодился уголь. А может, попробовать прорастить их в воде? Что думаешь?
Когда дело касалось растений — Мэл было не остановить.
***
— Ничья! — крикнул Йонду, сидевший на лестнице.
— Эй, мы ещё не закончили, — Сеилем отбился от меча Омниа.
— А я уже всё себе отсидел, — бедуин поднялся, кряхтя и массируя колени, что долгое время были согнуты. — Сколько мне ждать, пока вы палками намахаетесь, молодежь?
Юноши ответили что-то невнятное и столкнулись снова.
— Пожалейте старика, у меня суставы ноют. Сто двадцать два года это вам не шутки.
Оба повернулись к бедуину и в недоумении опустили оружие.
— Стой, какие джинновы суставы, Йонду? — спросил Сеилем.
Но Йонду был уже далеко, наверняка довольно хихикая под нос, что они двое купились на уловку вечного. Сеилем пожал плечами и отставил трезубец. Растянулся на площадке над бассейном, к которой и вела лестница.
— Значит, ничья, — Омниа кинул меч к остальному оружию и выжал волосы.
Он лёг рядом с Сеилемом, раскинул руки. Грудь тяжело вздымалась, конечности потяжелели от тренировки. С обоих стекала вода. Омниа слушал шумное дыхание Сеилема и пребывал в опустошающем удовлетворении.
— На самом деле… — Сеилем осёкся.
— Что? — Омниа повернул к нему голову.
Сеилем посмотрел на него пронзительно зелёными глазами.
— На самом деле тогда я вызвал тебя на бой от скуки.
Ни у кого раньше Омниа не видел такого цвета радужки. То была не зелень молодой травы, а нечто глубокое, насыщенное и холодное.
— Почему ты скучал?
Сеилем перекатился на бок, мило подложив ладонь под щёку.
— Мне здесь всё надоело. Знаешь, каково прожить в Киетле всю жизнь? Я знаю о мире только по рассказам. Я слышал о горах, покрытых соснами, о собакольвах шиши и водных хэчи, о зиме… За всю жизнь я ни разу не видел снег. И никогда не увижу, если останусь здесь. Кем я буду в Сиитле?
Омниа опустил глаза, раздумывая над ответом. Самым лучшим певцом из дюжины русалок? Он достоин большего, гораздо большего. Сеилем прав — в Сиитле его ничего не ждёт. Такой талант не должен прозябать тут, вдали от цивилизации.
— Отправляйся в Теос, — вырвалось у Омниа, как выходит пар изо рта морозным утром.
Он распахнул глаза, и тут же прикрыл, надеясь, что Сеилем не расслышал. Но тот только улыбнулся.
— Мэл рассказала, как получить триплет гения, — он приподнялся на локте, нависая над Омниа. Сеилем нервно облизнул губы. — По-твоему… им понравится?
— Да.
Да, конечно. Омниа видел это так же ясно, как его мокрые ресницы, как трещинки на его губах: вот он во дворце, играет на золочёной арфе, и все гости забывают о еде — только слушают его невозможный, нечеловеческий голос; вот он в самых лучших домах, и хозяева умоляют его спеть хоть одну песенку; вот он на арене Цитадели, на дворцовой площади, и многотысячная толпа аплодирует ему. Он везде, от Харондума до Мерона.
— Они полюбят тебя.
Омниа сам выдаст ему этот треклятый обруч, если потребуется.
Комментарий к Глава 8
А кого вы шипперите? И снова: от какого из двух (с половиной) поворотов вы выпали в осадок?
========== Глава 9 ==========
Лиен наблюдала за Ёнико сквозь веер листьев. Мужчина сидел перед пустым камином в комнатушке, где едва поместились бы двое. Он отрешённо массировал точки на мозолистых ладонях. Лиен всё ждала, когда же он закончит. «Ладно, поговорю с ним только ради мамы» — принцесса вышла на площадку перед закутком.
— А, Лиен, — Ёнико улыбнулся.
Но он улыбался всем. «У него нет права звать меня так» — А-Лиен задрала подбородок.
— Я пришла спросить, не возьмёшь ли ты меня в ученицы, — принцесса скрестила руки на груди.
 
— А ты сама-то хочешь? — Ёнико пригладил усы и короткую бороду.
— Мать считает, твои знания в магии пойдут мне на пользу.
— Ну значит нет, — Ёнико развёл руками. — Не буду же я тебя заставлять.
— Не будешь? — Лиен приподняла брови.
— Нет, — Ёнико помотал головой.
Лиен хмыкнула. «Скажу, что он не захотел меня учить, и дело с концом».
— Отлично, — она повернулась к мужчине спиной и пошла прочь со двора.
— Прекрасно.
— Я уже ухожу, — бросила Лиен через плечо.
— Да-да, — пробубнил Ёнико.
«Что же он знает особенного?» — Лиен замедлилась. — «Он не будет меня заставлять, я могу уйти в любой момент». Она остановилась, как бы нехотя обернулась. Ёнико уже стоял снаружи, сложив руки за спиной.
— Допустим, я передумала, — Лиен сделала несколько шагов к Ёнико. — Что дальше?
— Дальше посмотрим на твои умения, — ответил он. Лиен встала в стойку, готовая колдовать. — Не здесь! Только не на моей плитке.
Принцесса закатила глаза. Она шла за Ёнико извилистыми дорожками, и запоздало думала, как дело обернулось таким образом.
Отец Сеилема вывел Лиен к лагуне. Посреди неё возвышались два пролёта акведучных арок, а на них — более лёгкая аркада на пучковых колоннах. Они обошли сооружение по кругу. Лиен открылся вид на небольшой водопад, что прокладывал себе путь в ступенчатой породе, кусок голой земли и то, что вызвало у принцессы лёгкое головокружение. Шесть колонн стояли в воде так, что с одной не перепрыгнуть на другую, а на капитель едва помещались обе стопы. Одна ошибка — и ты расшибёшься если не о тело колонны, то о речное дно.
— Впечатляет? — хозяин Сиитлы сложил руки за спиной. Лиен побледнела, глядя на него. Ёнико усмехнулся в усы. — Это на будущее. Будешь учиться у меня — сможешь порхать тут, как херувим.
Спина покрылась холодным потом. Импульс магии ушёл в землю и вернулся — «мы стоим на камне, всё хорошо». Принцесса сбросила остатки страха с рук.
Ёнико прошёл на участок голой земли.
— Начнём? — его глаза азартно блеснули.
Едва он сказал это, Лиен швырнула в него глыбу. Ёнико отпрыгнул в сторону, перекатился на спине и снова твёрдо стоял на ногах. Принцесса прошаркнула носком полукруг. «Может, другой приём?» — она вывела стопу вперёд. Импульс бежал под землёй, как крот, выстрелил базальтовыми ступенями. Ёнико отшатнулся и колесом ушёл в сторону.
«Убегаешь? А как тебе такое?» — под Лиен вырос столб. Она ударила ногой в прыжке — диски с верхушки колонны полетели в Ёнико. Высота колонны съедалась, Ёнико катался по земле без возможности достать Лиен. Он закрылся двумя треугольными плитами. Лиен замахнулась ногой для нового удара, и один из треугольников врезался в колонну.
Принцесса пошатнулась. Она замахала руками, ища равновесие. Спрыгнула вниз. Только носки коснулись земли — та подкинула её наверх. Лиен потеряла баланс и рухнула всем телом. Её сбили с ног.
Принцесса скорее подскочила на корточки — стопы должны быть на земле. Остатки колонны падали срубленным деревом, заслоняя солнце. Лиен отпрянула, еле успев убрать пальцы из-под ствола. Он раскололся, взметнулось облако пыли.
Ёнико поднял перед собой плиту и прямыми ударами обстреливал Лиен. «Эй, это мой любимый приём!» — она передвигалась на карачках, без возможности выпрямиться. Когда щит закончился, принцесса подсекла соперника. Камень должен был откинуть его в кусты, но Ёнико, подброшенный в воздух, воспарил. Лиен, как околдованная, смотрела на джиё, что проносился у неё над головой.
Ёнико летел прямиком в одну из шести колонн. «Он же расшибётся».
— Нет! — крикнула Лиен.
Мужчина извернулся к колонне лицом, и плавно соскользнул по ней к воде. Он спрыгнул на всплывший над поверхностью камень и прошёл к берегу: каждый раз, как стопа должна была коснуться воды, из неё поднималась плита.