Иллюзионист (ЛП)

— У тебя будут хорошие воспоминания о нас, Кас. — Я стягиваю тунику через голову и отбрасываю её в сторону. Его взгляд опускается на отметины робари, покрывающие теперь обе мои руки, затем скользит по ключице и останавливается на ложбинке. Воспоминания вибрируют на моей коже, оживая, вспыхивая. — Ты оставил след глубоко под кожей. Ничто на свете, даже сама Госпожа Теней, не отнимет этого у меня.
— Я люблю тебя, Нати, — выдыхает он. — Я люблю тебя, и мне страшно.
— Мне тоже. — Я поднимаюсь на носочках. — И я тоже тебя люблю.
Наши губы сминают друг друга, и мне едва удаётся устоять на ногах. Голова кружится, меня пьянит даже его запах. Соль и кедр. Я переплетаю свой язык с его. Поцелуй выходим таким глубоким, словно мы ищем правду друг в друге. Я отстраняюсь первая, чтобы сделать вдох, но всего на мгновение. Моё сердцебиение взрывается, когда Кас скидывает свою рубашку. Я вспоминаю первый день, когда очнулась в его объятиях в Асестенье, и то, как я отказывалась признавать, что хочу его. Он целует мою обнажённую грудь, задерживаясь на каждой метке воспоминаний до единой. Он касается бледного шрама над грудью. Его мне оставил король, его отец.
— Прости, — шепчет он.
— Всё в порядке.
Прошлое оставляет следы на нашей коже, и это неизбежно. Я провожу пальцем по рёбрам Кастиана, доходя до шрама на боку. Этот оставил ему Дез. Целую Каса в плечо и слегка прикусываю. Он шумно выдыхает, когда я расстёгиваю пуговицы его штанов, и тянется к шнуровке на моих. Всё кажется невероятно быстрым и невыносимо медленным одновременно.
Он снимает свои штаны, а я не могу оторвать глаз. Я уже видела его обнажённым, но не устаю поражаться своей реакции. Помню, как солнце ласкало его крепкие мышцы в тот день на берегу. Но это ещё более интимно. Я запутываюсь в своих штанах, выдавая свою неопытность. Кастиан выдыхает с приглушённым смешком, но стягивает с меня остальные вещи, скользя подушечками пальцев по всей длине моей ноги, когда мы вместе опускаемся на кровать, и он оказывается сверху.
— Не смейся, — бормочу я.
Опираясь на локти, он тянется носом к моей шее, а его нога разводит мои колени. У меня перехватывает дыхание. Он целует меня в губы.
— Я усмехнулся, потому что в прошлый раз, когда мы это делали, возникли иллюзии, и в них не было ничего романтичного.
— Никаких иллюзий сегодня, Кас. — Я провожу рукой по твёрдым мышцам его спины, глядя, как трепещут его ресницы. — Только ты и я.
Кас тут же меня целует, накрывая весом своего тела. Опускается ниже, между ног, покрывает поцелуями внутреннюю поверхность моих бёдер и нежную, не отмеченную шрамами кожу под пупком.
Когда мне уже кажется, что моё тело вот-вот разорвётся на части, я тяну его обратно к себе. Его мозолистые ладони сжимают мою талию. Я обхватываю ногой его бедро и переворачиваю его на спину. Он кладёт руки на мои бёдра. Наши тела соединяются. Я прижимаюсь к нему, тяжело дыша и чувствуя, как приятное давление усиливается в нижней части живота. Мы начинаем двигаться навстречу друг другу, поначалу застенчиво, но затем с отчаянным рвением.
Кастиан поднимает меня с такой лёгкостью, будто я пушинка, и переворачивает обратно на матрас. Его волосы спадают мне на лицо, и я приподнимаюсь, чтобы ответить на поцелуй. Он переплетает наши пальцы, и шрамы-близнецы на наших ладонях горят напротив друг друга. Кас держит меня так крепко, будто боится, что я могу исчезнуть в любой момент.
Я запоминаю каждую частичку его своими прикосновениями. Красивый, смертельно опасный принц с израненной душой, с которым я никогда не буду вместе.
Ещё одно никогда.
Позднее той же ночью, когда мы лежим, переплетённые друг с другом, измотанные, не спавшие больше суток, я засыпаю с внезапным осознанием. Моё сердце всегда принадлежало Кастиану, даже когда весь мир пытался нас разлучить. Мы просто находили дорогу друг к другу. Теперь это ещё одно воспоминание, затерянное в бескрайнем океане.
Глава 26
Спустя три дня в море с попутным ветром Лео громко объявляет, что впереди земля. Но как только мы проходим через туман, я понимаю, что это вовсе никакой не туман. Это дым.
 
— Мы опоздали, — отмечает Лейре, подбегая к борту яхты.
Не успели мы добраться до пристани, как выстрелы пушек пронзают вечернее небо. За ними следуют крики вдалеке. С нашего расстояния мне удаётся разглядеть скопления леонесских солдат на улицах. Костры горят, и улицы цитадели Кресценти, славящейся своими вечными пиршествами, задымлены.
В гавани относительно тихо, пока Кастиан подводит наше судно к воротам Оророса. Тяжёлые облака летят низко и смешиваются с дымом, создавая природную завесу, прикрывающую нас от чужих глаз. Нас окружают запахи солевого раствора и пороха. Мы находим свободное место среди небольших парусников.
— Готовы? — спрашиваю я, хотя у самой сердце колотится, пока я пытаюсь не потерять друзей из виду. Дым стелется низко, и возникает такое ощущение, будто мы ходим по облакам.
— Ещё нет, — откликается Лео.
Я оборачиваюсь и вижу его с деревянным сундуком в руках — подарком Арги.
— У нас нет на это времени.
— Прошу тебя, не злись на меня, но я, когда искал оружие, случайно открыл его. — Лео морщит нос и отодвигает защёлку. Изнутри проглядывает белое свечение. — Мне подумалось, что ты захочешь это надеть.
Лейре и Кас подходят к нам сзади.
— Что это? — спрашивает Кас.
— Доспехи Галатеи, — понимаю я, проводя рукой по платиновой нагрудной пластине, созданной специально для робари. Кольчужные рукава звенят, когда я вынимаю доспехи из сундука.
Закрываю глаза и вижу её — принцессу Галатею из королевства Мемория, с густыми волосами цвета воронова крыла и решительным взглядом, готовую изменить мир. Знала ли она, какой Фернандо на самом деле человек, или была слепа?
— Лео… — выдыхаю я.
Он склоняет голову.
— Я буду рад помочь тебе их надеть.
***
Перед тем как сойти с яхты, Кастиан с помощью иллюзии вновь превращается в Уилла Оцоа. Он не хотел возвращаться в Пуэрто-Леонес в чужом облике, но для того, чтобы добраться до Тресоросского собора без помех, нам лучше использовать его дар.
Я дотрагиваюсь до Клинка Памяти на своём правом бедре. Лейре поправляет ремешок своего колчана, а Лео касается нагрудного кармана своего кожаного камзола, где лежат два письма. Магия Кастиана обволакивает нашу кожу. Чтобы не расходовать слишком много сил, он скрывает только оружие и мои доспехи.
Как только мы сходим на причал и пришвартовываем яхту, к нам подбегает глава порта, а за ней стражник из патруля.
— Покажите документы, — требует глава. Её взгляд задерживается на Лейре с её смешанными лузонско-леонесскими чертами. Кастиан протягивает документы на корабль и наши фальшивые удостоверения личности. Я изо всех сил стараюсь не шевелиться: хоть иллюзия и превратила доспехи в платье купчихи, она всё же не может скрыть звон металла.
Глава порта, облизнув большой палец, листает пергаментные бумаги.
— Откуда прибыли?
— Устали терять деньги в игорном доме сеньоры Перлианы, — отвечает Лео, как вдруг подозрительное затишье прерывает громкий взрыв. — Но, похоже, мы выбрали не лучшее время для посещения цитадели Кресценти со всеми нашими богатствами?
Женщина улыбается. Её зубы пожелтели от частого курения. Она ещё раз просматривает наши документы.
— Вам не о чем беспокоиться, Чистильщики уже здесь, скоро от мориа не останется и следа. Однако должна предупредить: в связи со сложившимися обстоятельствами сегодня взимается дополнительный налог.
Кастиан передаёт ей кошель с железками, которые под иллюзией выглядят золотыми песо. Глава порта с прищуром присматривается ко мне, и мои внутренности сжимаются.
— Сколько длится уже эта суматоха? — спрашиваю я, стараясь говорить тоненьким голосочком. — Не хочу, чтобы они испортили нам всё веселье.
Женщина поджимает свои губы, отчего они становятся похожи на розового червяка. Взвесив кошель в руке, она отходит в сторону.