Никто, кроме тебя

– Домой, к себе домой. Что мне тут делать? Ты, если хочешь, оставайся, – бросил он матери. – А когда он придет, позвонишь мне.
Но и после его ухода обстановка оставалась такой же напряженной. Виктория видела, как серьезны лица всех сидящих здесь, но она, не проведшая долгих часов в ожидании, все еще не верила, что с Антонио случилось что-то дурное, – он просто задерживается по своим делам!
Они молчали, и каждый мысленно прилагал к случившемуся то, что ему известно. Не выдержала гнетущего, молчания Камила.
– Клаудио, почему ты не говоришь нам о том, что знаешь? – спросила Камила. – Ты ведь говорил мне, что с Антонио может случиться что-то плохое. И я боюсь, что это уже случилось.
– А, ну да… – неохотно вспомнил Клаудио. – Я имел в виду отношения между Антонио и Ракель и ребенка, которого Макс считает своим. Я думал, что Антонио с Максом могут схлестнуться на этой почве, но если Макс готов все обсудить по-хорошему, проблем не будет. Это я и имел в виду, Камила.
Виктория вздохнула.
– Дай Бог, чтобы все уладилось! Я так устала от всех этих проблем. Надо уже примириться с этой женщиной и будь что будет.
Зазвонил телефон, все замерли, напряженно вслушиваясь в слова Андреса, снявшего трубку. Звонила Ракель. Андрее слышал, как дрожит от волнения ее голос.
– Что нового? – спросила она. – Антонио вернулся?
– Нет, еще нет.
– Нет? Андрее, что могло случиться?
– Не волнуйся. Наверняка, ничего серьезного. Может, ой поехал в какой-нибудь соседний город и у него сломалась машина.
– Как это – не волнуйся? Нужно, наверное, предупредить полицию или не знаю что…
– Мы уже это сделали, Ракель. Пабло этим занимается, – успокоил ее Андрее.
– Андрее, я должна быть там, у вас. Вы первые обо всем узнаете, и я хочу быть среди вас.
– Да, конечно, конечно. Я скажу шоферу, чтобы поехал за тобой.
Поняв, с кем беседует Андрее и о чем идет речь, Камила возмутилась: неужели авантюристка, из-за которой столько неприятностей им пришлось пережить и которая не имеет к их семье никакого отношения, снова появится здесь? Камила с нескрываемым раздражением выговорила Андресу свое неудовольство:
– По какому праву ты распоряжаешься здесь?
– Камила, ради Бога! – вмешался Клаудио. – Андрее прав. Я съезжу за ней. Чучо знает, где она живет.
– Ну, это уж слишком! – зашипела Камила.
– Антонио твердо намеревался вернуть Ракель. Так ведь, Виктория? – Клаудио еще не привык открыто не соглашаться с женой и нуждался в поддержке.
– Да. Пусть приезжает, – согласилась с ним Виктория.
…Рамон проводил Клаудио на кухню, где тот, увидав Мерседес, выразил удивление, но недолго поразмыслив, решил не пропускать возможности узнать что-нибудь у этой женщины, ловко уходящей от всех вопросов.
– Мы очень обеспокоены, – сказал он. – Сеньор Антонио исчез, поговорив по телефону с неким Роберто Агирре.
– Вот как? – Мерседес опустила глаза.
– Я так понимаю, вы знакомы с этим Роберто Агирре? – в упор спросил ее Клаудио.
Но Мерседес, не отвечая на его вопрос, к удивлению Клаудио, спросила:
– А где сеньор Максимилиано?
– Сеньор Максимилиано тоже беспокоится. Он весь день ждал дона Антонио.
Услышав это, Мерседес бросила на Района умоляющий взгляд.
– Сеньор Рамон, позвольте мне уйти, пожалуйста! Я не сбегу! Ведь мой брат в больнице.
…Теперь, когда Мерседес окончательно уверилась, что Максимилиано и есть Роберто Агирре, жизнь ее сильно осложнилась. Она боялась Максимилиано, боялась Антонио, боялась за Габриэля… Ее окружала стена страха. И тогда она решила все рассказать Габриэлю – вдвоем они, может быть, что-нибудь придумают. Габриэль сразу сказал, что она должна признаться во всем Антонио. «К тому же, – добавил он, – сеньор Клаудио уже что-то подозревает, и лучше сразу все рассказать, пока нас кто-нибудь не опередил. Да и несправедливо, если сеньоре Ракель и дальше придется терпеть все эти гадости».
Мерседес сказала ему, что сегодня утром сеньору Антонио позвонили от имени Роберто Агирре, потом он ушел и до сих пор еще не вернулся. И это ее очень беспокоит. Тогда Габриэль потребовал, чтобы она рассказала все Ракель. Мерседес пообещала ему сделать это.
 
Однако выполнить свое обещание она не смогла.
Войдя в гостиницу, Марта столкнулась с Луисом. Он пригласил ее поужинать где-нибудь сегодня вечером.
– Я бы с удовольствием, – нерешительно сказала Марта. – Только не знаю… Мы с самого утра ждем Антонио. Он обещал заехать за нами.
– Мне надо поговорить с тобой, Марта. Хочу тебе кое-что предложить, – убеждал ее Луис, отводя взгляд.
Марта согласилась.
Луис выбрал маленькое уютное кафе, и с удовольствием увидел, как заулыбалась Марта, как заблестели у нее глаза, когда метрдотель отодвинул перед ними бамбуковый занавес.
– Значит, вы возвращаетесь в дом Ломбарде? – спросил он, закуривая.
– Антонио сказал Ракель, что купит другой дом. А… что ты мне собирался предложить?
– Марта, я только что провернул одно дело, которое принесет мне несколько миллионов песо.
– Правда! Вот здорово! Рада за тебя! А я какое имею к этому отношение?
Луис нежно положил свою руку на ее:
– Марта, ты бы могла выйти за меня замуж? Марта уклонилась от ответа, хотя Луис ей нравился – не болтун, красивый и такой внимательный…
Но какое же дело может принести человеку несколько миллионов песо? Ее отец за всю жизнь столько не заработал. Наверняка, что-нибудь темное. Нет, нет, надо еще подумать, решила она.
 
Глава 48
Погрузившись в воду, Антонио подождал, пока Кот подплывет к нему поближе, сделал несколько сильных взмахов и оказался у баллона. Он отвязал его, вдохнул кислорода и протянул баллон Коту. Тот тоже набрал воздуха и передал баллон Антонио. Так они плыли под водой, наблюдая, как время от времени синюю гладь над ними прошивают автоматные очереди, оставляя за собой длинные пенистые штрихи.
Антонио взглянул на часы – они еще шли. Пора всплывать. Он последний раз вдохнул кислорода, подождал, пока вдохнет Кот, и, показав ему рукой – вверх, к поверхности, отпустил баллон. Вода легко подняла их на свою сверкающую гладь и оставила среди солнечных бликов, расцветивших предполуденное море.
Антонио огляделся, попытался сориентироваться по солнцу и поплыл – размеренными, точными махами.
– Плыви по течению, – бросил он Коту.
Через несколько часов Кот начал захлебываться. Антонио подплыл к нему, поддерживая на вытянутой руке, посоветовал:
– Не греби. Отдохни. Просто держись на поверхности.
Кот перевернулся на спину, выровнял дыхание, снова поплыл… Снова лег на спину, поплыл… Силы были на исходе.
– Держись, – прошептал ему Антонио потрескавшимися губами. – Держись, берег должен быть недалеко.
Раскаленный огненный шар уже свалился за горизонт, когда Антонио различил впереди темные очертания – берег!
– Не могу больше… – еле слышно прохрипел Кот. Антонио подхватил его за плечи. Поплыл. До берега оставалось несколько ярдов. Антонио отпустил Кота и встал на ноги. Не верилось, что под ногами – земля. Начавшийся отлив гнал их в море. Антонио схватил Кота за руку, борясь с подступающими волнами, потащил его к берегу и без сил рухнул.
Первые утренние лучи разбудили Антонио. Он приподнял голову, огляделся и снова без сил упал на землю. Рядом он увидел Кота – он то ли спал, то ли пребывал в забытьи. Придя в себя от жажды, Антонио встал и, шатаясь, стал удаляться от берега. Когда он вернулся, Кот был на ногах и в тревоге озирался вокруг.
– Я думал, вы ушли, – сказал он.
– Тут некуда идти. Это небольшой островок. И берега отсюда не видно.
– И что же нам теперь делать? Подыхать, как крысам?
– Я попытаюсь добыть какую-нибудь дичь, а ты попробуй разжечь огонь.
Кот удивленно взглянул на Антонио, ему показалось, что он ослышался:
– Разжечь огонь? Чем я его разожгу? Голыми руками?
– Найди две сухие палки и три их друг о друга. Там, сзади, есть источник, сходи принеси воды.