Никто, кроме тебя

– Что? – удивилась она.
– Да, он нанял этого Агирре, чтобы найти повод отделаться от тебя. А потом, когда узнал, что Марта сбила человека, попросил его подыскать кого-нибудь, кто мог бы сыграть роль жертвы несчастного случая, чтобы упечь в тюрьму твою сестру и скомпрометировать всех нас.
– И этот Агирре нашел Мерседес?
– Да, через одну ее подругу, по имени Хулиа.
– Мерседес говорила мне об этом, но ты-то как узнал?
– Я стал выяснять. Это Хулиа сказала мне, что Роберто Агирре все ей рассказал.
– То, что Антонио его нанял? Но зачем? – не верила Ракель. – Он мог бы просто выгнать меня и все.
Максимилиано встал, подсел ближе к Ракель. Сначала он не преминул сказать все, что думает об Антонио, потом доверительно признался, что догадывался о готовящейся аварии самолета, но, зная, что сам Антонио, – негодяй и подлец, не останавливается ни перед чем, – он считал, что в борьбе с ним все средства хороши.
Ракель пришла в ужас от услышанного и лишь смогла вымолвить одно спасительное слово: «Не верю!»
Макс садистски улыбнулся.
– Не веришь мне, спроси у Хулии. У нее есть одно доказательство.
– Доказательство?
– Да, чек, который передал ей Агирре. На нем подпись Антонио.
– А Мерседес знает об этом? – спросила Ракель.
– Нет, только Хулиа, – коротко ответил Максимилиано и продолжал: – Ракель, Ракель, любимая, я знаю, что причинил тебе много горя, но Антонио ничем не лучше меня… В том, что касается моих чувств к тебе, я никогда тебя не обманывал. И ты это отлично знаешь.
– Нет, нет, нет… – зарыдала Ракель. Максимилиано посмотрел на нее, вздохнул и молча вышел из номера.
 
Глава 39
Пабло тщетно пытался найти хоть какое-то объяснение тому, что происходило вокруг Антонио Ломбарде. В Игуалу он съездил напрасно – имя владельца машины, сбившей Габриэля, выяснить не удалось. По-прежнему ничего не известно о личности Роберто Агирре. Оба раза, когда сеньора Ракель назначала ему встречу, этот тип не являлся. Но зато там всегда оказывался смазливый молодой парень, по кличке Кот, который когда-то обокрал Чучо.
В последний раз Кот крутился рядом на машине, словно поджидая кого-то. До последнего времени, как удалось выяснить Пабло, он работал в этом притоне «Ла-Игере», но потом куда-то исчез, словно растворился в воздухе. Пабло, по распоряжению Антонио, нанял детектива и поставил его у дома, где жил Кот – благо соседка дала его подробное описание. Вот, пожалуй, и все, если не считать того, что в «Ла-Игере» работала и эта девушка, Мерседес, – совпадение, наводящее на размышление.
Пабло так устал от всех раздумий, что, изменив привычке, поделился своими мыслями с сестрой.
Брат и сестра вели довольно уединенный образ жизни. У Памелы почти не было подруг и, по существу, никогда не было настоящего друга. Поэтому, увидев однажды Максимилиане, она с первого взгляда влюбилась в него. Стремясь завоевать его благосклонность, Памела держала его в курсе всего, что делал ее брат. Притворяясь незаметной, она подслушивала телефонные разговоры своего брата, выпытывала подробности его дел – словом, изо всех сил старалась находиться в центре событий, развивающихся в доме Ломбарде. Тем более что Максимилиано при редких встречах всегда намекал на свое особое к ней отношение. Вот почему она и сейчас спросила Пабло:
– Ты думаешь, этот Кот как-то связан с Роберто Агирре?
– Думаю, да, – ответил Пабло. – Не сомневаюсь, когда появится Кот, все прояснится.
Едва брат ушел, Памела набрала номер телефона Максимилиано.
…Наконец-то она застала Антонио одного. Даже Района не было видно. Маура, улыбаясь, подсела к Антонио, нежно поцеловала его. Он рассеянно ответил на ее поцелуй.
Она пригласила его поужинать, и, к ее удивлению, он не отказался. «Как бы там ни было, нельзя жить только прошлым, – подумал Антонио. – Тем более что развод с Ракель – дело решенное».
Они выбрали небольшой ресторанчик и устроились за маленьким столиком в укромном уголке под раскидистой пальмой.
– Мы все ошибаемся, Антонио… – сказала Маура, нежно глядя на него. – Но главное – вовремя исправить ошибку. Ты увлекся этой женщиной, потому что она красива. Конечно, она обладает определенными достоинствами, но в жизни есть более важные вещи. Такие, как совпадение вкусов, интересов… воспитание, в конце концов. – Маура помахала кому-то в зале.
 
– Кто там? – заинтересовался Антонио.
– Родриго.
– Мне больше не хочется говорить о Ракель, – сказал Антонио.
– Да, ты прав. Поговорим лучше о более приятных вещах. Мне кажется, тебе не помешал бы небольшой отпуск. Может, съездим на недельку в Сан-Франциско?
– Я бы с удовольствием, – ответил Антонио. – Честно. Но у меня одно неотложное дело в Майами, и мне нужно ехать туда вместе с Андресом.
– Ты не слишком-то любезен, – заметила Маура. – Я тебе предлагаю поехать со мной, а ты говоришь об Андресе…
– Маура, пожалуйста, не дави на меня. Мне еще многое нужно решить.
–. Ладно, я понимаю тебя, дорогой. Ужин продолжался.
Мерседес сидела на кухне и ждала Чучо, которого вызвал к себе сеньор Антонио.
Наконец Чучо появился и тут же уселся за стол. Здорово же он проголодался. Разрывая руками сочное мясо, Чучо с удовольствием ел, слушая возмущенную Мерседес.
– Но почему дон Антонио говорит, что я врала ему?
– Ему так кажется, и не зря, – рассудительно ответил он. – Почему вы не сказали, что вас втянула во все это Хулиа? Она же во всем виновата. И если вы опять не скажете правды, сеньор Антонио отправит в тюрьму и вас, и Габриэля.
Мерседес упрямилась: как можно предавать человека, который сделал ей столько добра.
– Добра?! – выпучил глаза Чучо и стал перечислять все то «доброе», что сделала подруге Хулиа: устроила в притон, втянула в темное дело, а теперь хочет остаться в стороне.
– Я думаю, она знает, где живет этот подонок Роберто Агирре, но только дон Антонио способен выколотить из нее правду, – закончил свою речь Чучо.
– Чучо, дело в том, что этот дон Роберто Агирре опять угрожал мне, – у Мерседес на глазах заблестели слезы. – Он предупредил меня, что, если я хоть слово о нем кому-нибудь скажу, он переломает ноги моему брату.
– А когда вы его видели? – изумился Чучо.
– Сегодня.
– Он, что, приходил к вам? – Чучо перестал есть и отодвинул тарелку.
– Нет, я встретила его в саду… у дона Антонио. Поэтому я ничего не сказала и сеньоре Ракель. Вы не представляете, как я испугалась, когда увидела его в ее комнате.
– Этот человек был в комнате сеньоры? – еще больше удивился Чучо. – Они были одни?
– Нет, там еще был дон Даниэль. Но он и сеньора Ракель знают того человека под другим именем. Мне его представили как сеньора Альбениса.
Чучо не поверил своим ушам.
– Альбениса?
– Да, а потом она назвала его Максом.
– Максом? – переспросил он.
– Да.
Чучо был потрясен. Он не знал, что и думать.
– Значит, сеньор Максимилиано и Роберто Агирре – это один и тот же человек? Ну и дела, Мерседес!
– А кто такой сеньор Максимилиано? – спросила Мерседес.
– Это брат хозяина.
– Брат хозяина? Но ведь фамилия дона Антонио – Ломбардо. А у этого… Ну, у него другая фамилия.
– Мне кажется, у них разные отцы… – сказал Чучо и тут же добавил. – Мерседес, вы не можете об этом молчать!
– Чучо, послушайте, я боюсь, – Мерседес стиснула руки. – Этот человек сказал, что изувечит моего брата, переломает ему ноги… Это такая горилла…
– Конечно, Мерседес… Я понимаю, вы боитесь… Но нужно засветить его так, чтобы он не подумал на вас, а? Расспросите о нем поподробнее у вашей Хулии.
Мерседес задумалась, машинально прихлебывая кофе.
– У него тоже много денег? – спросила она наконец. И получив утвердительный ответ, совсем расстроилась. – Чучо, представьте себе, злодей, да еще с деньгами! Он нас в порошок сотрет! Чучо, ведь вы никому не скажете? Даже дону Даниэлю? Даже моему брату? Прошу вас, Чучо!