Ребёнок от звёздного мальчика (СИ)

Осматриваю большую чистую прихожую. Марат выдает мне тапочки.
– Как ты относишься к мясу?
– Положительно.
– Проходи в гостиную. Я сейчас приготовлю.
Брутальная комната. Серые стены, льняные белые портьеры. И синий диван в центре. На полочках стоят множество фотографий.
Мое внимание привлекают трое мужчин в черной форме, в масках на лицах и с автоматами в руках.
Марата узнаю по выправке и по глазам, полным решимости, гордости. На другой фотографии он в пятнистой форме, улыбается, обняв товарища. Беру эту фотографию и обвожу контур.
Он редко такой веселый, счастливый. Иногда я видела его таким смеющимся с Даней, иногда со мной и никогда с другими. Наверняка ему нравилось то, чем он занимался.
Я увлекаюсь рассматриванием жизни Марата, не замечаю, как он подходит сзади.
– Это моя последняя спецоперация.
– Напугал! – ставлю фотографию обратно на стеклянную полочку. – Чисто у тебя здесь. Уборщицу вызываешь?
– Не люблю чужих в доме.
– Как и я. Ник часто предлагал нанять кого-то. А я как представлю, что другая будет хозяйничать в моем доме, так все желание приобрести пару лишних часов пропадает.
А сейчас там хозяйничает Стоун!
– Пойдем обедать, пока горячее.
Пахнет очень вкусно. Во рту тут же скапливается слюна и в животе начинает урчать еще больше. Я накидываюсь на сочное мясо, вгрызаюсь как голодный зверь, мурча от удовольствия. Марат смеется.
– Люблю девушек с хорошим аппетитом, – смотрю как он закатывает рукава, оголяя сильные руки. Ткань на бицепсах натягивается. Взгляд останавливается на рубашке, расстегнутой на две пуговицы, где видна черная поросль.
А у меня, оказывается, фетиш на мужчин в деловых костюмах. Или это только с Маратом так.
– Расскажи, почему та операция была последней? Тебе же нравилось то, чем ты занимался.
– Нравилось. Нам ничего не говорили куда отправят. И когда оказалось, что это аул с женщинами и детьми, я отказался выполнять приказ о зачистке. Я мечтал стать как минимум подполковником. А стал бизнесменом, – я сглатываю. Он такой настоящий, искренний, справедливый. Даже ради мечты, не переступил через принципы.
– Ты молодец. Не каждый способен бросить любимую работу, к которой так долго шел.
– Да. Просто иногда я скучаю по тому времени. Эти бизнесмены, хуже чем акулы. Беспринципные, игры у них грязные. Хорошо, что Гена не такой.
– Многое в нашей жизни складывается не так как мы планировали. Я вот тоже никогда не думала, что буду воевать с Ником. Была уверена, что если вдруг мы расстанемся, у нас получится сохранить нормальные отношения.
– Ая, я не дам тебя в обиду, – смотрит с такой теплотой, что все токсичные мысли, которыми я была наполнена, вмиг исчезают. Мы смотрим друг на друга и между нами начинает плавиться воздух, как и мое тело.
Не к месту вспоминаю наш поцелуй в бассейне, его руки на мне, жесткие губы и страстные ласки. Нужно это срочно прекратить, пока не стало поздно.
– Я помою посуду, – резко поднимаюсь со стула, Марат встает вместе со мной.
– Не стоит, ты же гостья. Я сам, – он слишком близко. Мое желание повторить поцелуй становиться еще сильнее. Я отступаю, запинаюсь об стул и тарелка летит на пол.
– Прости, – сажусь на корточки, собирая осколки. – Ой, палец порезала, – облизываю палец, смотрю на Марата снизу вверх.
С ним творится что-то не то. Взгляд черный, пальцы сжаты в кулак, словно он отчаянно чему то противостоит.
– К черту! Оставь! – поднанимает на ноги как куклу, берет мое лицо в плен своих рук и впивается в губы со словами: – Нет больше сил.
Смотрю на него распахнутыми глазами, пока он жестко атакует мои губы, пытаясь проникнуть глубже. Меня, как и его потряхивает от желания. И я закрываю глаза, сдаюсь. Впускаю его в себя. Отвечаю, как обезумевшая расстегиваю пуговицы на рубашке, глажу его по груди, он подхватывает меня под попу и сажает на стол.
Я лежу на груди Марата. Лень по всему телу разливается после такого марафона, зато в голове прояснение. И все неприятности кажутся мелкими. Я выстою. Добьюсь своего. А Ник пусть живёт, как хочет. Думаю, однажды он повзрослеет и поймет, как некрасиво поступил со мной.
 
– Ты приглашал на ужин, но не говорил, что им буду я.
– Мои намерения были чисты. Я просто хотел тебя покормить. Я не планировал. Само как-то получилось. Даже моей армейской выдержки недостаточно, чтобы противостоять твоим чарам.
Оу, я таю как масло на солнышке. Какой он, однако.
– Сколько времени? Мне за Даней нужно, – смотрю на наручные часы. – Ого! Это мы столько кувыркались? – прямо респект его спортивности.
Вскакиваю. Ой, а вот я разбитое корыто. Хотя последние два раунда почти была в нокауте. Хотя и получила удовольствие. На фитнес что ли сходить? В форму себя привести. А то если еще будет между нами что-то, меня можно выносить вперед ногами.
До садика довозит Марат. Рядом стоит моя машина, пригнанная Николаем.
– Пока, – наклоняюсь, чтобы его поцеловать. Он целует, держа меня за затылок.
– Не хочу тебя отпускать, – с невыносимой тоской в голосе говорит он, перебирая прядки. – Переезжай ко мне вместе с Даней. А что? С ним у нас хорошие отношения.
– Не торопи, Марат. Мне для начала развестись нужно. Да и квартиру я уже сняла. И что я скажу Дане? Как объяснить, что мама ночует в комнате дяди Марата?
– Выходи за меня, – я смеюсь, качая головой.
– Какой ты быстрый. У нас только все началось. А ты уже замуж.
– Я давно готов. Не хотел тебя торопить.
– Я не готова. Меня от всего происходящего штормит как корабль в бурю.
– Хорошо, – нехотя соглашается он. – Когда увидимся?
– Вот неугомонный! Я сейчас займусь благоустройством квартиры. Работой, разводом. Мне не до чего будет.
– Я тебя понял, – жестко смотрит вперед.
– Не злись, – глажу его по щеку.
– Я не злюсь. Тебя подвести до мамы?
– Я на своей.
Выхожу, с комком застрявшим в горле. Он хочет слишком многого и быстро. Неужели он больше не появится?
– Ая! – Марат догоняет меня у ворот. И впивается в губы.
– Я подожду. Не буду торопить. Но хочу быть рядом. Сходим куда-нибудь вместе с Даней? Я с устройством на новой квартире помочь могу. Ты же видела как я профессионально собираю кровати. И шкафы и всё остальное могу.
– Хорошо, – улыбаюсь. – До встречи.
Пройдя немного по дороге, оборачиваюсь. Он стоит все там же, засунув руки в карманы, провожает взглядом. Посылаю ему поцелуй и легкой походкой иду вперед. Летучие вещества переполняют меня, я узнаю это чувство начинающейся влюблённости. Когда хочется парить над землей, и кажется, что мне все по плечу.
Садик, потом как обычно кружок. Когда мы возвращаемся, звонит мама.
– Ая, – шепчет она, – тут пришли из опеки с проверкой. Допрашивают. Все шкафы проверили, в холодильник заглянули.
Час от часу не легче.
– Сейчас буду.
Мама уводит Даню в свою комнату. Женщина поправляет очки, смотрит стальным взглядом.
– Здравствуйте, Агния.
– По какому поводу вы здесь?
– Пришла осмотреть жилищные условия.
Рассказываю ей, что мы живем здесь временно, что я уже сняла квартиру. А она все пишет. Раздражает.
– В суд пойдет этот акт осмотра жилищных условий.
– Вы можете мне сказать без этого акта. Что происходит? Я могу потерять Даню? Мне стоит волноваться?
– Давайте на чистоту. У отца хороший доход, замечательная квартира и хорошая женщина рядом.
Это Стоун то хорошая?
– А у вас? Комнатка маленькая, у мальчика нет отдельной комнаты.
– Моего сына Данилом зовут! И этот все временно. Я не понимаю, почему вы так негативно ко мне относитесь?
– А что я не знаю таких, как вы? Родите лишь для того, чтобы большие алименты получать. Асоциального мужчину заведете. С уголовным прошлым.
– Это вы против Марата?
– Вот видите! Я права!
– Он не такой, каким вы его представили.
– Проводите меня. Я достаточно увидела, – она собирается быстро, словно торопится и ей не приятно здесь быть. – Хочу предупредить, что буду выступать на стороне отца. И суд ко мне прислушается.