Ребёнок от звёздного мальчика (СИ)

– Пусти! – брыкаюсь, царапаюсь.
– Дикая кошка! – шипит, сцепляет мои запястья над головой. – Со мной значит ледяная, а с ним огонь? – глаза лихорадочно блестят, дыхание тяжелое.
– О ком ты? А! Лучшее средство защиты нападение?
– Я всё знаю! Как ты могла? Столько лет мне врать? – я сбита с толку, даже сопротивляться перестаю.
– Ты бредишь? Я даже в мыслях тебе никогда не изменяла! Для меня всегда был ты один.
– Грязная лгунья! – он распахивает халат и смотрит как маньяк. В живот упирается его желание.
– Ну уж нет!
– Да, Ая! Ты мне задолжала за эти две недели! – гладит по бедру и цепляет трусы. Я бьюсь как рыба на суши, но где мне сдвинуть эту махину.
– Не смей меня трогать! Гад! – по щекам от чувства беспомощности текут слезы. Слышу как хлопнула дверь. – Слезь, Даня идет! – он неохотно перекатывается. Прячется под одеяло.
– Мам, пап, – сын трет глаза. – Можно я с вами сегодня посплю?
– Конечно! Ложись, – Ник похлопывает по кровати.
– Дань, ты же уже большой, – пытаюсь возразить. – Хочешь я тебя уложу?
– Только одну ночь. Можно?
Я сдаюсь. Сын ложится между нами, обнимая папу. Тянет мою руку, кладет к себе на талию. Мне приходится повернуться и засыпать смотря прямо на наглую физиономию мужа.
Глава 10
Ник
Я старался быть отстраненным, хотелось показать ей насколько мне плевать на нее. Но не выходит. Стоит увидеть ее, как сердце ноет от тоски. После ее измены и моей, мне казалось, я убил все чувства между нами. Ошибся.
Она же моя родная, часть меня, которую я так упорно хочу отсечь. Хочется прижать ее к себе, простить всё, забыть. Как я могу желать ее зная про измену? Но мне просто рвет башню, когда она оказывается подо мной.
Я столько месяцев грезил о Стоун, думал секс с ней будет фееричным, охренительным. В мечтах он представлялся мне крутым, иметь ту, кого хотят абсолютно все мужчины. Ничего подобного. Было не плохо, умело я бы сказал, но после удовлетворения страсти осталось гаденькое чувство предательства. И грудь ее эта резиновая совсем не заводила.
То ли дело у Аи. Несмотря на роды стоит так заманчиво, даже сквозь тонкую ткань халата чувствую, что она завелась. Волосы оранжевым пламенем раскиданы по подушки, в колдовских зеленых глазах отплясывают десятки чертей. Но брыкается, упирается, строит из себя невинность.
С ним то так не кобенилась. Вон что позволяла ему творить с собой прямо на улице.
Она все еще моя жена! И кто мне запретит взять то, что мне принадлежит? Я знаю ее от и до, все эрогенные зоны. И я смогу ее убедить.
Но тут заходит Даня и приходится усмирить свой пыл.
Он такой ласковый. Скучал по папе, а я по нему. Но мне нужно было разобраться в себе, ввернуться с холодной головой.
Сын жмется ко мне. Моя гордость, моя кровь и плоть. Есть все же плюсы от нашего брака. Наш сын. И я не готов расстаться с ним. Видеться только по выходным? Ну уж нет! Я лучше наступлю на горло своей гордости и сделаю вид, что ничего не знаю.
Агния изменяет мне, я ей. Обычная среднестатистическая семья. В моем окружении многие так живут. И ничего. И мы привыкнем.
Утром в доме такая привычная суматоха. Даня ворчит, что не хочет есть кашу с утра. Ая бегает по квартире собираясь в суматохе.
– Даня, прошу тебя, поторопись! Я на работу опаздываю!
– Я могу его отвезти, – она отворачивается от меня, поджимает губы. – Обижаешься? И на что, позволь спросить? – Даня убегает одеваться.
– А мало поводов? От попытки изнасилования до пропажи на две недели. Но особенно обидно, что ты забыл и про Даню.
– Прекрати! Какое изнасилование? Ты сама была не против! И я же объяснил почему не приезжал.
Сначала хотел, чтобы ты остыла, а потом летал в штаты.
– С ней? – да, но эту информацию лучше попридержу. Я правда занимался делами.
– Прослушивание на крупной киностудии.
– Что?! – лицо жены меняется. Куча эмоций. Радость, удивление, шок. – Тебя пригласили сниматься?
– Да. Мою кандидатуру на главную роль культового боевика утвердили. После того как нас номинировали на американскую премию академии и искусств, предложений стало намного больше, – я говорю это сдержанно, но мне хочется, чтобы она порадовалась со мной.
 
– О, Господи! Ник! – радостно визжит она и виснет на шее. – Я так за тебя рада! – утыкаюсь в ее шею, руки со спины ползут ниже. Ая тут же опомнилась и оттолкнула меня. – Это ничего не значит! Я просто хотела поздравить, – тушуется она. – Ой! Работа! Сейчас мне некогда, но вечером нам предстоит серьезный разговор. У меня для тебя новости. Нужно многое обсудить.
– Беги уже на свою работу. Я отвезу Даню.
– На спорт каре?
– Да, он будет в восторге.
– Странная покупка двухместной машины для семейного человека, – комментирует она. – Мне это не нравится.
– Ты только что говорила, что я провожу слишком мало времени с сыном, а когда хочу исправиться, ты упираешься. Он ведь и мой сын.
– Хорошо. Только не лихач! И не забудь установить автокресло.
Даня просто в восторге. Всю дорогу расспрашивает о машине, глаза лихорадочно блестят. Когда подъезжаем к садику, выходит из нее павлином.
После встречаюсь со своим агентом в его офисе.
– Ты только посмотри сколько предложений! – передаёт мне стопку со сценариями. – Самые популярные режиссеры хотят видеть тебе в главной роли! – он закидывает ноги на стол и покачивается в кожаном кресле. – Ты самый успешный актер, которым я занимался!
– Это мне не подходит. Скоро я уеду на несколько месяцев в штаты на съемки. Трудно будет мотаться сюда.
– Что?! Ник, ты серьёзно? Это же просто замечательно!
Звонок. Смотрю на фото Анжи.
– Прости. Мне нужно идти. Потом увидимся.
– Да, – отвечаю, как только выхожу из кабинета.
– Ник, – томно шепчет она. – Ты уже встал?
– Да.
– Весь встал? Или только моя любимая часть? – хмыкаю.
– Я уже сына в садик отвез и у агента был.
– А я всё еще в кровати. В нашей гостинице. Приедешь?
– Не знаю. У Аи какой-то серьезный разговор.
– Тогда лови фотку для лучшего размышления.
Телефон пиликает и на него приходит фото лубриканта.
– Новый вчера купила. Тот кончился, – чешу бороду. Заманчиво. У Анжи есть плюс, она позволяет то, на что Аю нужно долго уговаривать. Вообще нет комплексов. Надо бы ее уже послать, но вместо этого отвечаю:
– Готовься, детка.
Анжи встречает меня в красивом белье, строит глазки и пока я иду за ней, профессионально виляет тем, на что я покушусь.
– Как сын? Как Ая? Будешь кофе?
– Давай, – она разливает по чашкам.
– Знаешь, я все думала про твою жену.
– С чего вдруг?
– Просто если она давно тебе изменяла, ты уверен, что Даня твой сын?
– Не лезь куда не следует! Даня мой сын! – громко ставлю кружку на стол. – Я тут не за этим, – снимаю футболку и берусь за ремень. – Поворачивайся!
Ая
Сегодня трудный день. Съемки молодоженов с выездом. Поэтому я едва успеваю заехать за Валей, собрать аппаратуру и мы едем в гостиницу.
– Слышал, что Ника номинировали на премию, – во мне расправляет крылья необъемная гордость. Пусть мы и не будем вместе, я им горжусь. Кто бы мог подумать, что угрюмый мальчик из неблагополучной семьи станете настолько популярным. Я это всегда знала и рада, что его мечта сбылась. Возможно в будущем я переживу обиду, и мы сможем остаться друзьями.
– Да, Валь. Я знаю.
– Едим по метру в час. Почему такая пробка? Мы так можем опоздать.
– Успеем.
– Странно отмечать свадьбу в ресторане гостиницы.
– Знаешь, там очень хорошая кухня, просторный зал и красивый интерьер. Так что ничего удивительного. Да и нам какая разница? Наше дело маленькое. Приехать и сфотографировать их. Ты мне лучше расскажи. Как мама?
– Да уже лучше.
Мы приезжаем на место. Вика – невеста просит сделать снимки в холле. Виктор обнимает жену.