Син-Бин (ЛП)

— В твоих мечтах. — Громко шипит она, и в следующий момент дверь захлопывается.
Черт, эта девушка станет моим абсолютным кошмаром.
Брызгаю водой на лицо, затем быстро выхожу из туалета и возвращаюсь к фильму.
Я ничего не сказал Клэю, так что будет лучше, если вернусь и попытаюсь хотя бы немного посмотреть фильм.
Или посмотреть ее снова.
Второй вариант мне определенно нравится больше, и я не могу сдержать улыбки, когда сажусь на свое место.
Я ей нравлюсь. Нравлюсь Аве, и по невероятно странным причинам я взволнован.
Мне до чертиков страшно, но в то же время этот новый опыт меня интригует.
Это очень важно для такого человека, как я, и я…
Мысль исчезает, когда я опускаюсь на свое место рядом с Клэем. Где она, черт возьми? Она села на другое место? Она вообще вернулась?
Моя кровь закипает, а волосы на затылке встают дыбом. Я в замешательстве, и могу только благодарить темноту этого места. Наверное, я выгляжу как полный психопат.
— Почему ты так долго? — Мой лучший друг поворачивается ко мне. — Ты пропустил такой потрясающий момент.
— Еще один звонок от отца. — Быстро говорю я ему.
— Жаль, что он испортил тебе вечер.
Клэй грустно улыбается и отворачивается, снова сосредоточившись на фильме.
Делаю глубокий вдох, кладу локти на бедра, сцепляю руки в замок и просто смотрю на экран.
Если бы кто-нибудь спросил меня об этом фильме, я бы не смог сказать, о чем он. Мои мысли заняты кем-то невероятно особенным, и она не собирается их покидать.
Чертовски замечательно.
Я застрял в кинотеатре, смотрю то, что не хочу смотреть, и думаю о ком-то, о ком никогда не думал, что буду думать.
Когда фильм заканчивается, мы с Муром уходим первыми.
Идем плечом к плечу, ничего не говоря. Когда он открывает дверь, мы оба моргаем. После темноты кинотеатра свет слишком яркий.
Потираю глаза костяшками пальцев, адаптируясь к окружающей обстановке, когда в воздухе раздается громкий смех. Поворачиваю голову в сторону звука и вижу ее. Она сидит на диване с парнем, который здесь работает. Я помню его; это он продал мне мороженое. Мгновенно сжимаю челюсть.
— Вот ты где. — Голос Лейлы позади меня звучит проникновенно. — Ава, ты готова уйти?
Она встает и поворачивается лицом к парню. Я понятия не имею, что она ему говорит, но он улыбается от уха до уха. Пиздец. Она наклоняется и целует этого парня в щеку. Двойной пиздец.
— Как тебе фильм? — Ее голос мелодичен и чист, когда она подходит к Лейле и Грейс.
— Кто этот парень? — Грейс подпевает.
Мне хочется придушить ее за этот глупый вопрос.
— Алек? Он милый. — Говорит Ава, и я чертовски уверен, что она знает, что я ее слушаю. — Он меня развлекал. Это было намного лучше, чем фильм.
— К сожалению, я не могу с этим согласиться.
Лейла кладет руку на плечо своей лучшей подруги и прижимает ее к себе.
Они уже почти вышли за дверь, когда к ним подбегает Бенсон. Ублюдок подвозит их до общежития.
Натягиваю толстовку через голову и жду, когда появится Клэй. Когда он наконец появляется, я испытываю нетерпение, но и энтузиазм. Я знаю, что мне нужно сделать, чтобы она осталась со мной наедине, и уверен, что у меня все получится.
19. Аттракционы или родео
Притворяться, что ничего не произошло, не получается.
Не со мной, по крайней мере. Я запрещаю себе говорить об этом, думать об этом, но я не могу контролировать то, что происходит, когда я сплю. Он снится мне во сне, и я просыпаюсь каждое утро, чувствуя, что мне жарко и неспокойно.
Это бесит.
Я не сплю спокойно уже две недели, поэтому раздражительная и злая. Настолько, что Лейла стала называть меня дикобразом.
— Ава?
Голос отца звучит сонно.
Ничего удивительного — сейчас четыре утра.
Я сижу на кухонном острове со стаканом воды в руках, а наш кот Смоки спит на табуретке. Он пришел за мной сюда из спальни и остался, когда понял, что я никуда не уйду.
 
— Почему ты так рано встала?
— На самом деле я не вставала. — Бормочу я и делаю глоток воды.
— Так ты ходишь во сне?
Он подходит к холодильнику и достает бутылку виноградного сока.
— Нет, я просто не могу заснуть.
— Почему? — Папа наливает сок в стакан, не сводя с меня взгляда. — Тебя что-то беспокоит?
— Нет.
Отворачиваюсь и смотрю на стену. Наша кухня оформлена в белых и бирюзовых тонах — это наш с папой небольшой проект, который мы сделали вместе год назад. Это одно из моих любимых мест во всем доме.
— Тебя кто-то беспокоит? — Перевожу взгляд на отца. На его губах играет торжествующая улыбка. — Кто он?
— Кто сказал, что это парень? — Я хнычу, заставляя его хихикать.
— Так это девушка? Это твоя соседка по комнате? Она все еще доставляет тебе неприятности? — Папа засыпает меня вопросами, а я дуюсь и опускаю плечи. Он подходит ближе и прислоняется к кухонной стойке. — Поговори со мной, малыш. Пожалуйста.
— Джордан — это Джордан. Она мне безразлична. — Я вздыхаю. Мой отец всегда дает отличные советы, но я не уверена, что он должен знать все. — Кто-то просто сбивает меня с толку.
— Малыш, я не помню, чтобы я когда-нибудь осуждал тебя. Ты можешь быть честной со мной. — Успокаивает меня отец, и я подхожу ближе и кладу голову ему на плечо.
— Мне нравится один человек, но в то же время он пробуждает во мне худшее, и иногда я его ненавижу. Нет, чаще всего я его ненавижу. Буквально не выношу этого парня, но я не знаю. — Пролепетала я.
Аромат папиного лосьона после бритья достигает моих ноздрей и окутывает меня теплом.
Он — моя опора, и даже если ему было невероятно тяжело растить меня одному, он проделал потрясающую работу.
— А что насчет этого парня? Как ты думаешь, что он к тебе чувствует?
— Этот засранец? — Саркастически говорю я, и папа разражается смехом. — Абсолютно одинаково. В одну секунду он оскорбляет меня, а в следующую смотрит на меня щенячьими глазами, как будто я его любимая закуска.
Папа кашляет, выплевывая свой сок.
Я постукиваю его по спине, помогая прочистить горло.
Он медленно поворачивается, чтобы посмотреть на меня, и между его бровями образуется глубокая морщина.
— Ты не закуска. — Заявляет он. — Что именно произошло между тобой и этим парнем?
— Мы вроде как поссорились, и он сказал что-то грубое. А потом поцеловал меня, и я поцеловала его в ответ. — Папа наклоняет голову в сторону, ожидая, что я продолжу. — Ну, я пришла в себя, оттолкнула его и сказала, чтобы он больше никогда так не делал.
— И что он сделал? — Говорит он спокойным и успокаивающим голосом, показывая, что мне нечего бояться.
— Ничего. Он позволил мне уйти. — Я прижимаю стакан с водой ко лбу и закрываю глаза. — С тех пор я избегаю его.
— Вот почему ты вернулась домой, а не пошла с Лейлой на игру в прошлые выходные?
Папа ставит свой стакан на столешницу, берет полотенце и начинает убирать беспорядок, который он устроил.
— Да…
Я замялась, а папа выпрямил спину и усмехнулся.
Что это значит? Он выглядит таким довольным собой.
— Значит, он хоккеист. — Я закатываю глаза, но киваю в знак подтверждения. — А Дрейк знает?
— Боже, нет. — Я вскрикиваю.
Затем закрываю рот и прижимаю ладонь к губам. Папа бросает полотенце, которое он использовал, в раковину и пристально смотрит на меня. Вздыхает и проводит руками по лицу.
— Пожалуйста, скажи мне, что ты не нарушила правило.
— Правило? — Я нахмурилась, вопросительно изогнув бровь.
— Правило не спать с братом лучшей подруги.
Он поджимает челюсть, а я сжимаю губы, чтобы сдержать смех, зарождающийся у меня в животе.
Что, черт возьми, со мной не так?
Я поднимаю плечи, развожу руки и просто говорю:
— Упс.
— Ава. — Простонал папа, запустив пальцы в свои короткие волосы.
— Это случилось в прошлом году. — Вру я, глядя ему прямо в глаза. — Один раз.