Река надежды
– Мам! – позвал Габриель, замерев перед разноцветным ковром луговой растительности. – Посмот’и! Словно ’адуга упала на землю!
– Увидеть радугу – к удаче, Габи! Но чтобы она упала на землю… Право, не знаю…
– Вот увидишь, мы насоби’аем го’у малины!
С этими словами мальчик нырнул в травяное море. Со своими ярко-рыжими волосами, порхающими вокруг головы, он и сам был похож на бабочку. Крошка Отемин бросилась следом, подпрыгивая, словно жеребенок. Изабель с удовольствием наблюдала за детьми, которые то утопали в ласковой зелени, то вдруг показывались на поверхности. Лица у обоих раскраснелись от возбуждения и жары. Какое умилительное зрелище! Какое счастье для сына – быть здесь! С улыбкой на устах Изабель подняла глаза к небу, голубизна которого напомнила ей глаза Александера. Она спрашивала себя, кого следует благодарить за эти прекрасные минуты.
– Я же гово’ил! Иди посмот’и! – закричал Габриель, возвращаясь к матери.
– Что ты там нашел, любовь моя? Куст малины?
– Я гово’ил, что тут есть ст’аусы, а вы мне не ве’или! Смот’и, я нашел яйцо! Ог’омное!
Изабель и Мари пошли через это цветущее море к Габриелю, который подскакивал от нетерпения возле своей находки. В густой траве белело нечто, весьма похожее на гигантское яйцо. Изабель нагнулась и осторожно его потрогала. Поверхность его, тусклая и сероватая, для скорлупы была слишком влажной.
– Это не яйцо, Габи. Это – гриб.
– Г’иб? Но у него же нет шляпки!
– Вспомни те маленькие белые грибы-шарики, которые ты так любишь раздавливать ногой. Они лопаются, и на твоих чулках оседает коричневая пыль. Так вот, это гриб того же вида, только более крупный.
– Это «волчий пук» [135]?
– Да, «волчий пук».
Изабель улыбнулась. Но мальчик не спешил ей верить. Он стоял и сердито смотрел на гриб.
– Вот это – «волчий пук»?
– Да.
Она аккуратно отделила гриб от грибницы.
– Здо’ово! Это ж сколько из него выйдет пыли, когда я на него п’ыгну!
На лице мальчика было написано такое блаженство, что Мари и Отемин расхохотались.
– На этот раз ничего не получится. Он еще не перезрел! Лучше отнесем его домой и зажарим с луком. Получится очень вкусно!
– Мам, я не хочу его есть! Я хочу его лопнуть!
Невзирая на протесты сына, Изабель положила гриб в корзинку, выпрямилась и осмотрела окрестности.
– Здесь должны быть другие грибы! Если мы их найдем, вечернее рагу будет еще вкуснее!
– Фу!
Габриель красноречиво поморщился.
– Когда еда достается с таким трудом, носом не крутят! К тому же от супа с подосиновиками, лисичками и грибами-зонтиками еще никто не умирал! Давайте все вместе поищем грибы! Набрать малины и черники мы всегда успеем.
Солнце уже стояло высоко, когда Изабель уложила в корзинку с ягодами корнетик из березовой коры, полный лесных орехов. С удовлетворением осмотрев «добычу», она накрыла корзину салфеткой. Мари как раз поднимала с земли свою корзину, когда рядом хрустнула ветка. Обе женщины подняли головы.
– Наверное, заяц!
Габриель с Отемин играли неподалеку. Они нашли выпавшего из гнезда птенца и мастерили для него новое гнездо. Передернув плечами, Изабель направилась было к детям, когда раздался звук, от которого волосы зашевелились на голове. У нее вдруг появилось ощущение, что за ними наблюдают. Скользнув взглядом по ближайшим деревьям, она крикнула:
– Габриель, пора возвращаться!
– Да, мамочка! А можно мы возьмем птенца с собой?
Неужели в этом лесу действительно водятся makwa?
– Можете взять.
Качнулась ветка. У Изабель оборвалось сердце. Теперь она думала только о том, как бы поскорее увести отсюда детей.
– Дети, поспешите!
Габриель с Отемин с хохотом подбежали к ней. Изабель подтолкнула сына в том направлении, откуда они пришли. «Где-то должно быть раздвоенное дерево!» – проговорила она про себя, вспоминая, куда следует идти.
– Да где же оно, это дерево?
Теперь ей казалось, что все деревья похожи друг на друга, что десятки тропинок расходятся в разных направлениях. Изабель охватила паника.
– Мари! Мари, я не знаю, куда идти! Мы заблудились!
– Нет, мадам, – пробормотала служанка, которую тоже стал одолевать страх. – Я уверена, что нам туда! Вон по той тропинке!
– Мамочка!
– Габи, поспеши!
Обернувшись, Изабель увидела, что мальчик смотрит на нее с очень странным выражением на лице. Вернее, не на нее, а на что-то или кого-то у нее за спиной. Она повернулась снова. Корзина выпала у нее из рук, и она закричала от страха:
– А-а-а!
Прямо перед ней возвышалось нечто грязное и лохматое, возникшее из лесной тени.
– Мадам, простите! Я не хотел вас напугать.
– Вы не хотели? Кто бы мог подумать!
Еще не опомнившись от испуга, она уставилась на дуло охотничьего ружья, смотревшего прямо на нее. Незнакомец опустил ружье и кашлянул, прочищая горло. Потом он свистнул. Показался второй охотник. Он был выше ростом и стройнее, на смуглом лице выделялись глаза с удивительным золотистым оттенком, которые теперь внимательно осматривали поляну. При виде дамы он попытался изобразить доброжелательную улыбку. Габриель подошел ближе. Изабель взяла сына за руку, готовая бежать со всех ног.
– Кто вы и что здесь делаете?
– Я – Стюарт Макиннис, – представился первый мужчина. – А это мой брат Фрэнсис.
– Макиннис? Так вы – шотландец? По вашему выговору этого не скажешь.
– Я родился в Шотландии, но вырос на острове Антигуа.
– Антигуа?
Это объясняло и необычный акцент, и смуглую кожу его брата.
– Далеко же вы ушли от дома, мсье Макиннис! – насмешливо бросила Изабель. – Или вы заблудились?
– В этих краях мы всего два месяца! Наша мать умерла прошлым летом от желтой лихорадки, и, как только представился шанс, мы сбежали из рабства. Мы надеялись, что в Квебеке…
По лицам парней разочарование читалось яснее, чем могли бы сказать слова. Они оба были чумазые и бородатые, и трудно было определить, с людьми какого рода ты имеешь дело. Притворившись, что хочет поднять корзинку, Изабель приподняла салфетку и нащупала нож. В следующее мгновение она продемонстрировала свое оружие незнакомцам.
– Мари, бери детей и уходи! Предупреди Александера и Мунро, что в лесу мы повстречали очень интересных… makwas!
– Но они же ушли на…
– Беги скорее!
Изабель так сверкнула на девушку глазами, что она поспешно схватила детей и потащила их за собой. Когда протесты сына затихли вдали, Изабель вздохнула свободнее. Она снова заговорила с незнакомцами, надеясь, что ее голос прозвучит в достаточной степени уверенно:
– Уходите! Уходите отсюда, оставьте нас в покое!
– Но мы не сделаем вам ничего плохого, мадам, поверьте!
Стюарт посмотрел на маленький кухонный нож, поставил ружье дулом на землю, оперся на приклад, и на его сером от грязи лице блеснули два ряда на удивление белых зубов. Изабель и сама поняла, насколько комично выглядит со своим «оружием», особенно если учесть, что защищаться ей пришлось бы от двух сильных мужчин, и отступила на шаг.
– Ладно! Тогда я уйду, но запрещаю вам идти следом!
Фрэнсис засмеялся. Брат хмурым взглядом призвал его к порядку, потом подмигнул Изабель.
– Обещаем! Но хотел бы вас предупредить…
В эту секунду раздался такой жуткий крик, что у всех троих кровь заледенела в жилах. Стюарт кинулся по тропинке, которую выбрали, убегая, Мари и дети.
– Это точно он! Дева Мария, сделай так, чтобы мы успели вовремя!
Изабель с Фрэнсисом побежали следом, но молодой мужчина очень скоро ее обогнал.
– Габриель! Габи, я иду!
Если крик Мари испугал Изабель до дрожи, то последовавшее за ним рычание едва не довело ее до обморока. Ей показалось, что сердце остановилось в груди. Медведь! Мари с детьми оказались по одну сторону от зверя, она с мужчинами – по другую. Медведь стоял на задних лапах и скалил свои страшные зубы.