Измена. Новая Я (СИ)

— Вов, я пойду, скоро девочки проснуться, — пытаюсь встать с его колен.
Мы просидели на лавочке почти до самого рассвета. Обнимались и целовались. Но подняться в квартиру не решились. Нужно подготовить девочек.
— Я приеду сегодня, обещаю Анют. Ждать будешь?
— Буду, — улыбаюсь.
— Все решим малыш, беги, замерзла. — целует в кончик носа и отпускает меня.
— Мам, ты такая счастливая, — делится Кира за завтраком, — Красивая и светишься.
— Спасибо зайчик, — обнимаю ее хрупкие плечики.
— И глазки твои не красные, — продолжает. — И завтрак сегодня вкусный и чай сладкий.
— Не приставай, — бурчит Улька. — Мама, а где ты была ночью? — поднеся вилку с омлетом ко рту и прищуренным взглядом смотрит на меня.
— Спала. — отвечаю, срывая улыбку.
— Тебя не было в спальне, — отправляя кусочек в рот продолжает допрос Ульяна.
— Девочки приезжали, выходила к ним. — вру своей дочери, ужас какой. Но правду я пока говорить не готова. Вечером.
— Женя моя? — пищит Кира.
— Да и не только она. Еще Агния. Сегодня как раз Женя у нас будет, на маникюр приедет.
А сама мысленно делаю зарубку в голове, что нужно предупредить подругу.
  
Глава 20
 
— Мам, ты такая счастливая, — делится Кира за завтраком, — Красивая и светишься.
— Спасибо зайчик, — обнимаю ее хрупкие плечики.
— И глазки твои не красные, — продолжает. — И завтрак сегодня вкусный и чай сладкий.
— Не приставай, — бурчит Улька. — Мама, а где ты была ночью? — поднеся вилку с омлетом ко рту и прищуренным взглядом смотрит на меня.
— Спала. — отвечаю, срывая улыбку.
— Тебя не было в спальне, — отправляя кусочек в рот продолжает допрос Ульяна.
— Девочки приезжали, выходила к ним. — вру своей дочери, ужас какой. Но правду я пока говорить не готова. Вечером.
— Женя моя? — пищит Кира.
— Да и не только она. Еще Агния. Сегодня как раз Женя у нас будет, на маникюр приедет.
— Точно? — с подозрением переспрашивает Уля.
— Так, заканчиваем разговорчики, — поторапливаю их, — кушаем и бегом собираться. Кто в лагерь записался? — перевожу тему на более безопасную.
Я пока не готова им дать ответов на вопросы. Вечером. Либо завтра, а сегодня, может быть к родителям их отправлю. Да, так будет лучше.
Решено.
После того, как провожаю девочек, привожу в порядок квартиру: протираю пыль, мою пол, убираюсь на кухне. Из яндекс — станции тихо звучали песни любимой исполнительницы…
Пусть каждый закат длится часами
Быть вместе нам суждено, мы ведь знали
Ты со мной гори
У нас остался на двоих один лишь миг
Со мною летая,
Во снах пропадай,
И пусть придумала тебя сама
Так дай же мне знак, чтобы была твоя
Ты заставишь меня вновь поверить в любовь
Но с рассветом поймёшь, что тебе и мне пора домой (пора домой)
Играть старые роли и снова каждого кроет…
Стоя у комода наношу макияж, мне сегодня хочется быть красивой. Тональный крем и консиллер хорошо справляются с бледностью и синюшными мешками под глазами. Немного румян, хайлайтер…
Придирчиво осматриваю себя в зеркало. Ну вот, бледной моли нет. Я похудела прилично за это время и мне очень нравится, что я вижу. Впалые выделенные скулы, остренький подбородок, шея. Боже, моя шея стала такой тонкой. Дотрагиваюсь до нее пальцами удостоверившись, что это точно я. Хмыкаю. Улыбка растягивает губы. Да, я нравлюсь себе! Как это прекрасно.
Последние штрихи преображения. Блеск для губ и тушь. Но как только кисточка касается ресничного ряда, звонок в дверь и рука мажет кожу черным цветом.
Блин, блин…
Заглянув в глазок, убеждаюсь, в том, что это Женечка.
— Приветик, — встречаю, отворив дверь и улыбаясь.
— Хай, ух ты, — удивленно, — ты решила выколоть себе глаза?
Спрашивает и целует меня в щеку.
— Ты красотка, блин, похудела так… выглядишь просто отпадно! — восхищается.
— Спасибо, проходи.
Женьку знаю много лет, раньше она была душой компании, хохотушкой и заводилой. Но после того, как она разошлась с Даном, сильно изменилась. Вроде бы и время прошло с тех пор, но глаза ее так и оставались потухшими, а сердце напрочь закрытым. Сколько мужчин рядом с ней…а она все одна, вся в своих чертежах и проектах.
 
Сейчас же, я вижу в ее глазах лучистое счастье.
— У меня новость, — ерзая от нетерпения, выпаливает, протягивая мне ручки для работы. — Но сначала ты мне расскажешь, как ты.
— У меня все по прежнему, — улыбаюсь и закусываю губу.
Беру ее пальчики правой руки и обрабатываю их антисептиком, затем протираю салфетками.
— Врушка.
— Давай сначала ты, а потом я.
— Хитренькая, — смеется.
— Жень, у меня все как и раньше. Что может измениться? Две работы, дочери…
— Ох… Ну хорошо, я переезжаю в Москву! — тараторит восторженно. — Меня приглашают на собеседование в архитектурное бюро « Орион».
Отрываю глаза от работы и удивленно смотрю на подругу.
— Ну блин, — вновь ерзает, — это переспектива, понимаешь? Они входят в концерн « Глоб», а это такие перспективы, — пищит…— Карьерный рост, другой уровень!
— Ух, вот это новости, Жень. Я честно, не ожидала.
— Я сама в шоке до сих пор, понимаешь, когда тебе звонят и приглашают на собеседование в такую организацию. Боже, я о таком только мечтать могла. столько лет учиться и пахать…
— Женька, я рада за тебя, очень, — сжимаю ее кисти рук в ладонях, разделяя эмоции.
— А знаешь, что еще? Они мне жилье от компании предоставляют, двушку! — не в силах усидеть на месте, мы обе вскакиваем и обнимаемся, уже и позабыв про маникюр.
— Как я рада за тебя, дорогая моя! — стискиваю ее тонкую фигурку в объятьях. — Ты такая умница!
Но вместе с этими чувствами приходит осознание того, что наша четверка распадается…
— Так, может быть соберемся завтра-послезавтра? Мне на днях съездить на собеседование, потом я вернусь сдать свои проекты и забрать вещи.
— Давай, нужно написать в чат. А почему ты не сообщила об этом раньше?
— Узнала только сегодня, с утра мне звонили. Не успела. А теперь ты колись. Причина твоего сияния? — требует, мгновенно соскакивая со своей темы.
— Причина есть, — довольно улыбаюсь. вновь принимаясь за работу. — Мы, по-моему помирились.
— Да ладно, — потрясенным голосом отвечает подруга.
— Угу. Он ходил ко мне все почти каждую ночь. Писал… Так, — подняв глаза и увидев ошарашенное лицо напротив, — Я не хотела общаться, думала, что все. Точка. Назад дороги нет. Но…руки сами тянулись к телефону. Жень, я тряпка да? — выпаливаю с кислой миной вместо лица.
— Нет! Не тряпка, нет. Ань, твое сердце живое, оно чувствует и любит, да он мудак, но на других мы не смотрим, —усмехается горько. — У вас дети, столько лет за спиной… — замолкает не договорив.
Грустно улыбается, уставившись пустым потухшим взглядом сквозь меня.
— У тебя было все и терять это ты не хочешь, я тебя понимаю, малышка. Очень. И если твое сердце говорит, что так нужно…То слушай его, — срывающимся голосом продолжает. — Когда можно вернуть, не думаю ни о чем.
После ухода Жени я звоню маме и прошу забрать девочек к себе, ей я тоже пока не готова говорить правду. Тем более папе.
Понимаю конечно, что сделать это рано или поздно придется, но сейчас положение настолько зыбкое…что я не хочу.
Весь вечер я как на иголках, жду Вовку. Дергаюсь от каждого звонка телефона и звука входящего смс.
Рассылки, реклама, банк, поликлиника с приглашением на прививки, клиентки.
Шесть вечера.
Ужин готов.
Я крутилась у плиты с желанием порадовать нас вкусным и легким ужином. Легкий салат с апельсином и печенью , рыбные стейки ждут своего часа в духовке, овощи на гриле.
Красное вино охлаждается в холодильнике. Свечи на белой скатерти освещают полумрак кухни.
На мне черное короткое платье из шелка и микроскопические трусики.