"Фантастика 2023-76". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

– Ты ходишь под Тареком Совой? – озвучил первый вопрос князь.
– Нет, мой… – после кроткой паузы начал отвечать ночник, но Призрак не стал слушать его объяснений.
– Что вы делали рядом со стеной?
– Разведка. Охрана ослабла, а у герцога, наверное, еще можно чем-то поживиться, а возможно, и вообще получится поменять хозяина этого дворца.
Атею стало все понятно. Отъезд части гвардейцев не заметили, наверное, только слепые. Выждав некоторое время, мутные личности решили, что пора проверить, а что там за стенами вообще происходит? Может, как сказал этот вор (а то, что он вор, было понятно по его первой оговорке о поживе), пора на самом деле сменить хозяина этого места?
– Я так понимаю – конкуренты? – невесело улыбнулся ночник, когда пауза немного затянулась, но князь, словно, не услышав его, задал свой следующий вопрос:
– Шли туда или обратно?
– В замок.
– Птаха, он мне не нужен больше.
И не успел вор до конца осмыслить значение последних слов воина в личине, как в его мозг проникла холодная сталь.
– Что дальше? – тщательно вытирая узкий кинжал об одежду трупа, спросила «мышка». – И почему ты его спросил, под кем он ходит? Нам-то какая разница, все равно потом выметать весь этот сор из города.
– Видимо, у Бати на бывшего парха есть свои планы, – как бы между прочим заметил Партат, шаря по карманам и потаенным складкам в одежде остывающих тел. Трофеи – это святое. И когда в его руке в свете Ночных Жемчужин тускло блеснули желтым светом три кругляшка, счастливо улыбнулся.
«Скажи волчаре, что половина трофеев моя», – кинул Атею мысль Кот, но вайрон, словно услышав его, сам повернулся к Саю.
– Гульнем потом, четвероногий брат? – и, увидев его кивок, оскалился еще шире.
– Папка, ты уснул? – дернула Призрака за рукав Тахере, видимо не удовлетворившись ответом Партата.
– Птаха, твой брат-вайрон тебе уже все сказал, – и поднял руку, призывая к вниманию. – Стража делает обход. Судя по прошлому разу, они просто сделают петлю по стене и возвращаться не будут. Как пройдут – действуем.
Князь оказался прав: тройка воинов, разбрасывая вокруг себя горячие брызги от нещадно дымящих факелов, какой-то неуверенной походкой прошла по стене, и вокруг снова стало спокойно.
Партат осторожно приставил к стене лестницу, по которой все очень скоро забрались наверх, включая Сая. Ночной Резен был наполнен всевозможными звуками: от пьяного крика веселящихся лиходеев и их жертв до ора котов, которые уже стали выбираться на крыши, чувствуя близкий приход очень длинного периода тепла. Поэтому звук упавшей в основание стены лестницы был лишь кратким фрагментом в общей какофонии.
– Убивать пока никого не будем, – чуть слышно проговорил Призрак, бесшумно скользя по каменной лестнице, что вела на стену изнутри. – Мне нужно узнать количество оставшихся в замке гвардейцев. Может, и договоримся.
Внутренний двор герцогского замка по своей площади был меньше, чем территория Логова, еще до того, как ее объединили с владениями «даргасского паука» – графа Генберга. Да и сам замок своими размерами не впечатлял. Видимо, Сай все же был прав – в свое время это здание было всего лишь местом присутствия наместника. И лишь потом, после раздела королевства, стал дворцом правителей, которые не стали утруждать себя тем, чтобы хоть как-то изменить его. Вообще вся история герцогства и его столицы в частности теперь виделась совсем не так, как в свое время ему рассказывал Хальд. Хотя это и не имело значения в настоящий момент. Возможно, в скором времени историю этих земель начнут писать заново.
Массивные двери центрального входа были заперты изнутри, поэтому незваные ночные гости пошли по периметру дворца, периодически заглядывая в щели закрытых ставен. Внутри было на удивление тихо и темно. Лишь иногда слышались отголоски далекого разговора и дрожащие отблески света: видимо, воины с факелами обходили помещения здания. Призрак уже стал подумывать о том, чтобы начать искать другие пути проникновения в замок, когда они вышли к тыльной его стороне и увидели фигуру гвардейца, что в падающем из раскрытой двери свете справлял свою малую нужду, не сходя с небольшого крыльца.
 
Чуть пошатывающийся воин, орошая ближайшую стену и что-то бормоча себе под нос, с удивлением заметил, что у его рук, поддерживающих хозяйство, вдруг появился неожиданный помощник. Однако осознав, ЧТО представляет собой этот помощник, гвардеец опустил руки вдоль тела и замер деревянным истуканом, опасаясь даже вздохнуть лишний раз.
– На сапоги льешь, – усмехнулась Тахере, державшая обнаженный кинжал у мошонки воина.
– Да я все уже вроде, – наконец выдавил тот из себя. – А вы кто?
– Прохожие, – в полоске света появился Атей. – Сколько внутри воинов?
– Почти три десятка, – вглядываясь в черные глаза, блестевшие в прорезях личины, выдавил из себя гвардеец.
– Герцог в замке?
– Какой герцог? – опешил воин.
– Завязывай порты и веди к старшему, – сказал Атей, поняв, что обстановка во дворце еще непонятнее, чем он мог предполагать. – У вас ведь есть какой-нибудь командир?
Гвардеец кивнул, подождал, пока его тело перестанет ощущать холодную сталь кинжала, и быстро завязал тесемки штанов. Потом осторожно повернулся и пошел внутрь здания, прихватив по дороге торчащий в держателе на стене факел.
– Только не надо кричать, – предупредила его девушка, легко кольнув в шею острием вытащенного взамен кинжала «клыка».
Но воин даже и не помышлял об этом. Пройдя через дворцовую кухню и еще пару помещений, они скоро вышли в длинный коридор, который закончился перед распахнутыми дверями, ведущими в большой зал с высоким сводчатым потолком. Воткнутые в держатели факелы и горящие в огромном камине дрова давали достаточно света для того, чтобы рассмотреть не только его убранство, но и разместившихся здесь постояльцев.
Как оказалось, убранства как такового уже не было, везде царила разруха. Некогда красочные, расшитые золотыми и серебряными нитями, гобелены и портьеры были или просто сорваны, и использовались теперь как подстилки спящими тут и там воинами. Или продолжали лоскутами висеть на своих старых местах, превратившись в расходный материал, от которого каждый желающий мог оторвать себе кусок для своих нужд. Дрова в камине при ближайшем рассмотрении оказались разбитой мебелью. А обмоткой для чадящих факелов были все те же портьеры и гобелены, пропитанные маслом.
В центре зала стоял длинный широкий стол, за которым, уронив головы на столешницу, спали несколько гвардейцев (видно, не все дошли до своих лежанок), а во главе, уставившись мутным взглядом в одну точку, сидел крепкий мужчина, лицо которого покрывала недельная щетина.
– Ну, наконец-то, – усмехнувшись, вдруг сказал он, фокусируя свой взгляд на входящих и пытаясь встать и одновременно вытащить меч из ножен, что лежал на столе. Но и то и другое у него получалось очень плохо, если не сказать больше. – Осталось только подохнуть, как воину. И жизнь прожита не зря.
Встать у него не получилось, как и вытащить меч. Гвардеец откинулся на спинку своего стула и совсем не весело улыбнулся.
– Видать не суждено. Эй вы, – крикнул он в сторону Призрака. – Будьте людьми, убейте быстро и сталью.
– Они что, пьяны все? – изумилась Тахере.
– А ты еще не поняла? – удивленно посмотрел на нее Атей. – Да в зале так вином и перегаром несет, что скоро у самого голова кружиться будет. Это и есть ваш старший? – повернулся он к провожатому.
– Он, – кивнул тот. – Курт Молодец, наш капрал.
– Ты посиди пока тихонько, – кивнул в сторону стола Призрак. – И не шали. Все равно бесполезно. Вас сейчас и кучка голопузой ребятни могла бы вырезать.
Перешагивая через спящие тела, князь подошел к капралу.
– Ты так торопишься умереть, воин? – присаживаясь рядом, спросил он. Курт окинул взглядом фигуру Атея и утвердительно сказал:
– Ты не бандит.
– Значит, ты все же не настолько пьян, чтобы наш разговор переносить на более поздний срок, – улыбнулся Призрак, обрадованный этим фактом, и стал снимать личину.