Сердце змеи (СИ)

– Нет, – отозвался он безмятежно, и ее слова снова совершенно не задели его. – Во-первых, беспалочковой магией ты почти не владеешь, и если рискнешь трансгрессировать, то тебя, скорее всего, так расщепит, что обратно придется собирать по частям. А во-вторых…
Из кармана мантии он неожиданно достал… ее волшебную палочку и протянул ей. Миранда медленно, как во сне, вытянула вперед руку, и пальцы ощутили знакомое тепло, стоило им сомкнуться на древке из жасмина. Все еще не до конца поверив в происходящее, Миранда привычно взмахнула палочкой, которая идеально легла в ладонь – и оттуда вылетел сноп ярких искр. Потом она перевела растерянный взгляд на Тома. Так вот для чего он вообще пришел в ее комнату?
– У тебя был сегодня шанс сбежать. Или ты думала, я не заметил, какое решение ты приняла? Но я надеюсь, ты понимаешь, что это означает, – все его благодушие как-то рассеялось, и следующие слова он произнес чрезвычайно серьезно и со сталью в голосе: – Не разочаруй меня, Миранда!
Она молча переводила взгляд с палочки на лицо Тома, понимая, насколько он в одну секунду развязал ей руки и сколько возможных вариантов действия предоставил. Что это – очередное испытание? Или… жест доверия?
– Могу я сообщить родителям, что со мной все в порядке? Чтобы они перестали сходить с ума от страха за меня? – выпалила Миранда быстро, не сумев выдержать тактическую паузу. Реддл выразительно вздернул бровь, и она сердито повела плечами. – Брось! Ты знал, что я сразу об этом заговорю. Том, прошу тебя! Я не буду раскрывать им правду, а скажу, что я… например, сбежала и сейчас… ммм, нахожусь в безопасном месте, но вернуться пока не могу, это слишком опасно. Мой отец не начнет тебе мешать, пока я не вернусь домой. Пожалуйста!
Поскольку Том совершенно точно предвидел, что именно об этом она попросит в первую очередь, свое решение он уже принял, и повлиять на него она вряд ли сможет. Поэтому Миранда не стала пускаться в уговоры, а лишь молча посмотрела на него, ожидая его вердикта. И через пару секунд, показавшихся ей целой вечностью, Реддл неохотно кивнул. Миранда так и не смогла определить, что именно раздражало его больше – ее привязанность к родным или тот факт, что он уступил ей.
– Спасибо!
– Ложись спать, Миранда, – Том поднялся на ноги, и Миранда поспешила последовать его примеру. Затекшие ступни немедленно пронзило миллионом иголочек, и она едва не свалилась обратно на пол. – А мне еще надо подумать, что делать с твоим преподавателем Трансфигурации…
Миранда, собиравшаяся снова зевнуть, резко сомкнула челюсти, клацнув зубами и едва не прикусив язык. Усталость и сонливость сразу как рукой сняло.
– А ты узнал, что с ним?
– Он в больнице Святого Мунго. Состояние тяжелое, но стабильное, целители оказывают ему всю возможную помощь. Трудность в том, что, как только он поднимется на ноги, сразу вернется в Хогвартс – во-первых, у него все-таки работа, а, во-вторых, в Хогвартсе он будет в безопасности.
– Ясно, – она несколько раз задумчиво кивнула головой. – Значит, надо добраться до него, пока он в больнице? Ты сможешь прочитать его мысли прямо там?
Реддл взглянул на нее, как ей показалось, с интересом.
– На то, чтобы добраться до нужных воспоминаний, времени много не надо, но в этом случае в Хогвартсе освободится вакансия преподавателя, потому что такая легилименция попросту сварит в кашу содержимое его черепа, – Миранда охнула и посмотрела на него с ужасом, а Том буднично продолжил. – Но этот способ ненадежный, поскольку можно что-нибудь упустить или недосмотреть. Нет, здесь на легилименцию нужно много времени, и самым удобным было бы похитить Монтгомери из больницы. Но как это организовать, я пока не придумал. Монтгомери видел меня, запомнил мое лицо. Есть вероятность, что об этой встрече узнает и Поттер, а ему известно, как я выглядел в восемнадцать лет… И в этом случае в больнице, скорее всего, будет дежурить толпа мракоборцев. В одиночку будет трудно…
– А ты не можешь узнать из своих источников наверняка, дежурят там мракоборцы или нет?
 
– Ты слишком невысокого мнения об Управлении мракоборцев, а заодно о своем отце. Они вполне могут отправить своих агентов тайно, не информируя об этом все Министерство.
Миранда прошлась по комнате, посмотрела в зеркало, висевшее над комодом. Из него на нее смотрело собственное отражение – точно такое же, которое она наблюдала в зеркале уже девятнадцать лет. Или больше нет? Или в ней все же что-то неотвратимо переменилось за эти два года, и возврата к прошлому уже никогда не будет?
– Я могу помочь, – сказала она и не узнала собственный голос. Будто это говорил кто-то совсем другой. В зеркале она видела, как Том прислонился к дверному косяку и не сводит с нее внимательных, каких-то настороженных глаз. Однако ничего не произносил, давая ей возможность собраться с мыслями и окончательно решиться. Несколько раз глубоко вздохнув, Миранда с усилием отвернулась от зеркального Тома и посмотрела на настоящего.
– Я хорошо ориентируюсь внутри…
– Ты проходила стажировку в Святом Мунго пятьдесят лет назад. Многое могло измениться, – возразил он, но Миранда покачала головой. Несмотря на внешнее спокойствие, внутри нее все обмирало – точно так же, как в тот вечер, когда она пошла с Томом за Добревым и ЛаКруа.
– Я все прошлое лето провела в больнице, помогала целителям. Я знаю персонал, знаю распорядок дня, знаю, где что лежит. Лучшего помощника, чем я, тебе не найти.
Том усмехнулся и слегка склонил голову набок, разглядывая ее. Но спросил внезапно другое – совсем не то, что она ожидала.
– И как твои успехи на целительском поприще? Ты до сих пор не передумала посвятить себя такой ерунде, как помощь болванам, которые не знают, как правильно пользоваться волшебной палочкой и с какого конца браться за метлу?
– Я хочу помогать людям, пострадавшим от Темных Искусств, – напомнила она прохладно, уязвленная его надменным тоном. – И все лето я спасала тех, кто пострадал либо от твоих рук, либо от рук твоих приспешников. По-твоему, это тоже ерунда?
– Раз пострадали от моей руки – значит, они это заслужили, – парировал Том без каких-либо сомнений. – А из тебя вышел бы отличный боевой маг. Если бы твоим обучением дальше занимался я, со временем ты даже смогла бы превзойти Ричарда…
– И куда мне дальше идти с такими талантами и умениями? – Миранда усмехнулась. – В мракоборцы? Том, неужели ты готов собственными руками создать почву для появления еще одного мракоборца? А боевой единицей в твоей армии я все равно не стану. Мне не нравится причинять боль людям. А когда я помогаю им, то чувствую, что совершаю что-то правильное.
Он странно смотрел на нее, даже не рассердившись на ее очередной отказ стать Пожирательницей – такой взгляд Миранде был знаком, но она до сих пор не научилась понимать, что он означал. На несколько секунд они застыли, не спуская глаз друг с друга, и Миранда испытала странное ощущение, будто в этот миг в лице ее и Тома столкнулись два противоположных мира – один темный, жестокий и беспощадный, понимающий только язык силы, и второй – миролюбивый, светлый, способный на сострадание и милосердие. Два мира, которые никогда не смогут понять друг друга.
Тьма и свет… Две противоположности, которые, тем не менее, не могут существовать друг без друга…
И – тут совершенно некстати вспомнилась какая-то ерунда, прочитанная ею где-то однажды – что при всем их различии тьма тянется к свету…
– И как прошла летняя практика? – вдруг спросил Том, чуть прищурившись.
– Замечательно! – воодушевилась Миранда, когда странное оцепенение спало. – Я столько всего выучила! Знаешь, целитель Асклепиус очень меня хвалил! Когда я пришла туда в мае, никто не ожидал, что я уже знаю столько заклинаний и умею варить столько зелий! А после… битвы и вообще прошлогодних событий пациентов было очень много, свободных рук не хватало, и девочкой на побегушках я пробыла недолго. Мне очень скоро начали поручать более сложную работу, а еще было несколько пациентов, которых лечила только я. И я со всем справилась!