Сердце змеи (СИ)

Выбор, выбор…
Она простояла так до полной темноты, пока окончательно не продрогла. Изо рта плотными облачками вырывался пар, в окнах дома уютно горел свет. Ничего не надумав, Миранда отвернулась от ровно шумевших волн и принялась взбираться по каменным ступеням наверх, к коттеджу.
Едва она появилась на пороге, Тинки сразу провозгласил, что ужин готов, и Миранда, стянув шарф и мантию, отправилась в столовую. Упоительно пахло свежим хлебом и еще какими-то пряностями. Наблюдая, как домовик ловко расставляет посуду, Миранда спросила:
– Тинки, давно ты служишь Тому?
– Двадцать пять лет, хозяйка! Когда хозяин исчез на тринадцать лет, Тинки присматривал за домом! – отозвался тот охотно, и Миранда кивнула своим мыслям и похвалила себя за наблюдательность. Значит, этот дом и впрямь был убежищем Тома много лет.
– А другие гости, кроме меня, здесь когда-нибудь были?
– Хозяйка – не гость! – энергично не согласился домовик. Уши возмущенно колыхнулись, будто она нанесла ему невесть какую обиду, а сам Тинки поспешил внести ясность: – Хозяйка – это хозяйка! А других людей хозяин сюда не приводил!
Миранда против воли подобралась и села прямо, не отрывая внимательного взгляда от эльфа.
– Что, вообще никого? Ни разу? Даже Беллатрису?
Черт его знает, почему именно это имя первым пришло на ум, и, произнося его, Миранда поморщилась, как будто надкусила что-то горькое, но задумываться о причинах такой реакции ей сейчас не хотелось.
Тинки покачал головой.
– Хозяин говорит, мракоборцы не должны знать об этом месте! А тайна может остаться тайной, только если о ней больше никто не знает! Но Тинки рад, что появилась хозяйка! Хозяин никогда не рассказывал о хозяйке…
– Он много лет думал, что я умерла.
Эльф потрясенно сложил кулачки на груди, а Миранда в задумчивости поболтала ложкой в грибном супе. Значит, никто из Пожирателей, даже тех, чья преданность не вызывала у Тома сомнений, здесь не появлялся. Двадцать пять лет Реддл хранил в тайне даже не только местоположение своего убежища, но сам факт наличия такого убежища, а на двадцать шестой год передумал. Душа потребовала перемен?..
После ужина она поднялась к себе и, чтобы хоть ненадолго отвлечься, решила снова заняться беспалочковой магией. От тяжелых мыслей голова трещала, и нужно было направить эту беспокойную энергию в другое русло. Уже привычным движением Миранда вытряхнула из деревянной шкатулки письменные принадлежности, заперла ее и водрузила перед собой на кровать. Потом сосредоточилась и протянула руку к замку.
Прошло, наверное, около получаса бесплодных попыток, когда дверь ее комнаты открылась, и Миранда увидела Тома. Когда он вернулся, она не слышала, но сейчас он уже был без теплого плаща, хотя лицо после холода все еще было посмуглевшим. Тот, видимо, пришел с какой-то конкретной целью, однако с первого взгляда догадался, что тут происходит. Миранда вся подобралась, ожидая закономерный вопрос, но Реддл остановился в дверях, скрестил руки на груди и посмотрел с интересом. После всех сегодняшних тягостных раздумий Миранда немедленно почувствовала, как стало жарко щеке, на которую был направлен его взгляд, перетрусила и сразу сдала назад.
– Что-то случилось? – замороженным голосом спросила она, спуская ноги с кровати и садясь ровнее.
Он приблизился, под настороженным взглядом Миранды взял шкатулку с покрывала, подергал крышку, а затем поставил ее в центр постеленного у кровати ковра. Потом сам сел на пол. У Миранды, которая теперь смотрела на него сверху вниз, отвалилась челюсть.
– Иди сюда, – распорядился он спокойно.
Она медленно сползла с кровати на ковер, не спуская с Реддла широко распахнутых глаз. Том постукивал беззвучно пальцами по ковру, рассматривая шкатулку. Миранда, в свою очередь, продолжала, как загипнотизированная, таращиться на него. От горящего камина веяло теплом.
– И чего ждем? – нетерпеливо осведомился предмет ее душевных метаний, в упор не замечая ее огромного смятения, смешанного с испугом. – Показывай, что у тебя получается.
 
Миранда почувствовала, как лицу стало нестерпимо жарко. Идиотка, дура! Нафантазировала себе невесть что, а он вовсе не вкладывал в происходящее никакого двойного смысла!
– А-алохомора.
Ничего.
– Алохомора! – произнесла она более уверенно, направив руку на крышку.
Снова ничего.
– Беспалочковой магии тебя раньше никто не учил? – безо всякого удивления уточнил Реддл, и она кивнула.
– Только в книгах читала.
– Это видно, – констатировал Том, презрительно скривив губы. – Тоже мне, «одна из лучших студенток Хогвартса»… Руку ты держишь совсем неправильно. Движение кистью должно быть лаконичным и уверенным, ничего лишнего, а ты машешь рукой, будто хочешь выбить кому-то глаз. И заикаться при произнесении заклинания уж точно нельзя, это ты вроде с первого курса знаешь!
С Миранды разом слетел весь испуг, и теперь она смотрела на него с поднимающимся в душе возмущением. Опять он отчитывает ее, как пятилетнюю!
– Сегодня всего лишь второй раз, когда я пытаюсь колдовать без палочки! А на то, чтобы научиться владеть такой магией, уходят месяцы, а то и годы!
– Да-да, – согласился Том скучающе. – Могу я полюбопытствовать, чем ты занималась весь прошлый год, пока сидела дома и игнорировала мой режим? Освоила какой-нибудь новый раздел магии?
Миранда осеклась, сообразив, что рациональное зерно в его словах есть, а похвастать ей решительно нечем.
– Нет, – отозвалась она неохотно. – Изучала всякие полезные заклинания из магической медицины, а еще подтягивала боевые навыки. Но это отец со мной занимался…
– Понятно, – Том усмехнулся, как ей показалось, свысока, когда короткий список подошел к концу. – В общем, учить тебя еще и учить. Давай, приступай. И запомни жест кистью – вот, повторяй за мной…
Эта сцена настолько напоминала такую же, только в Хогвартсе, что Миранда не сразу справилась с собой, но потом послушно перевела взгляд на его руку и повторила показанное движение. Том далеко не сразу остался удовлетворен полученным результатом, и у Миранды успело заныть запястье, когда он наконец-то позволил ей переключиться на шкатулку.
Вечер постепенно перешел в ночь, а они так и сидели на полу в ее комнате, пока Реддл учил ее беспалочковой магии. Дрова в камине давно прогорели. Том сидел, вытянув ноги к двери и опершись спиной о кровать; у самой Миранды от усталости слипались глаза и отваливалась кисть, когда проклятое заклинание наконец начало получаться с первого раза. В последний раз она уверенно сделала нужный пасс рукой и тут же устало уронила ее – и замок с тихим щелчком открылся. Том впервые за все время довольно улыбнулся.
– Основной принцип поняла? Если да, то прочие заклинания будут получаться легко и без предварительной подготовки.
Миранда кивнула и, не удержавшись, зевнула.
– Поняла.
– Тогда завтра продолжишь. Возьмешь что-нибудь более сложное – Манящие Чары, к примеру…
Она взглянула на потухший камин, подняла руку и твердо произнесла:
– Инсендио!
Там снова весело заплясали языки огня, и Миранда даже подпрыгнула от неожиданности, не ожидая такого быстрого успеха.
– Впечатляет, – Том неожиданно улыбнулся, и у нее снова возникло совершенно иррациональное чувство довольства собой – как возникало всегда, когда он хвалил ее. Самой себе Миранда в этот момент напомнила домашнее животное, которое хозяин рассеянно почесал за ушами, и недовольно тряхнула головой. – Только без меня так не делай, чтобы случайно не сжечь весь дом.
Она против воли хихикнула и рассердилась на себя еще больше. Она не должна смеяться в его присутствии, она не может чувствовать себя рядом с ним свободной и в полной безопасности!
 
– А почему ты взялся учить меня беспалочковой магии? – спросила Миранда, не убрав до конца вызов из голоса, и Том взглянул на нее с веселым удивлением. Он казался совершенно расслабленным, и это словно снова был один из тех вечеров, которые они проводили вместе в сороковых – в Хогвартсе или уже после, в их квартирке в Лондоне. Словно лорд Волдеморт опять убрался на время, уступив место Тому Реддлу. – Не боишься, что я сейчас быстро ее освою и сбегу от тебя?