Сердце змеи (СИ)

Она молчала, вжимаясь в подоконник и бессильно глядя на него, чувствуя себя так, будто он снова притащил ее в Тайную комнату. Реддл же сделал шаг к ней – Миранда попыталась попятиться еще больше, но отступать дальше было просто некуда – и достал волшебную палочку. Миранда смотрела на нее с ужасом, сердце колотилось, как ненормальное. По верхней губе поползла капля ледяного пота.
– Я бы на твоем месте не сопротивлялся и все же постарался показать мне то, что я хочу увидеть, – эти слова Том внезапно произнес совершенно спокойно, без угрозы или насмешки. Палочка пока продолжала смотреть в пол. – Если ты надеешься, что сможешь закрыть от меня свой разум, то напрасно теряешь время. Ты сильный окклюмент, это правда, и пятьдесят лет назад ты действительно могла противостоять мне. Сейчас – нет. Со мной тебе не справиться. Я надеюсь, это ты понимаешь?
Отрицать очевидное было бессмысленно. Миранда обреченно кивнула.
– Чем сильнее окклюмент, тем больнее ему будет, когда легилименция все же сокрушит его ментальные щиты. Тебе нет нужды проходить через это. Я не хочу причинять тебе боль, – на этих словах даже страх отступил, и Миранда изумленно моргнула, а Реддл быстро справился с раздражением от своего признания и спокойно продолжил: – Ты сделаешь так, как я скажу?
Снова довериться ему, прямо как тогда с ядом, и надеяться только на то, что он не причинит ей вреда?
– Да, – после секундной паузы прошептала она. Предложенный ей выбор альтернативами не радовал.
Том удовлетворенно кивнул.
– Тогда сконцентрируйся на той встрече в Хогсмиде. Отодвинь назад все остальное, как во время обычных медитаций. И кивни, когда будешь готова.
И хотя в глубине души она продолжала поражаться его внезапному джентльменству, Миранда все же поспешила выполнить его указания. Закрыла глаза и привычно очистила сознание, как всегда делала на тренировках по окклюменции, а затем вызвала в памяти диалог с Симоной. И кивнула.
– Легилименс!
Это было странное ощущение – Миранда уже успела позабыть, как это бывает, когда кто-то проникает тебе в голову. Словно ее сознание временно перестало принадлежать ей, ее отшвырнуло куда-то вдаль, и теперь она наблюдала за собственными воспоминаниями как бы со стороны, не в силах управлять ими. Неприятные чувства… Перед глазами замелькали подробно картины того дня: диалог с Теей и Малфоем в пабе, слова сестры об однокласснице, которая искала Миранду, и, наконец, появление знакомого смуглого лица в обрамлении белокурых волос…
Миранда наблюдала за происходящим слегка отстраненно: все это время она была занята тем, что старалась выполнить совет Тома и сосредоточиться на том, чтобы не пустить Реддла еще дальше себе в голову. Это оказалось действительно сложно, гораздо сложнее, чем она рассчитывала – одно дело закрыть свой разум целиком, и другое – показывать легилименту только то, что ему можно увидеть. И вроде бы у нее какое-то время даже получалось, только голова болела все сильнее. Том просмотрел эти воспоминания дважды, а затем не привыкшая к такой нагрузке Миранда утратила концентрацию и перестала контролировать происходящее. У нее был целый миг на то, чтобы ощутить панику от осознания того, что произошло – и в следующую секунду ее затопило воспоминаниями, которые сейчас вставали перед глазами так ярко, будто это было только что.
Серебряный жук в ладони. Газета «Дейли Миррор» за 2 августа 1997 года. Роща на берегу. Из груди рвется болезненный крик, исполненный отчаяния. Фигуры в черных плащах и масках приближаются к ним с Теей. Страх. Надежда. Красные глаза на белом иссохшем лице с узкими щелями вместо ноздрей. Огромная черная змея, свернувшаяся у камина, ощущение панического ужаса. Выкрикивающая заклинания Беллатриса Лестрейндж. Безжизненное тело в черной мантии на полу Большого зала, потухшие алые глаза. Боль потери. Тоска. Кольцо в виде змеи, положившей голову на крупный изумруд. Первые ростки осторожной радости. Он жив, он жив, он жив… Черная татуировка под ключицей. Седая старуха с клюкой и в маггловском платье. «Том Реддл не мог убить свою жену. Он любил ее». Белое лицо в обрамлении черных волос – Тея смотрит на нее с потрясением. «Ты любишь его, да? До сих пор?» И ее собственные слова: «Я бы отдала что угодно, лишь бы вернуть того Тома, за которого вышла замуж»…
 
– Хватит!
Ощущение постороннего присутствия наконец-то пропало, и безумный калейдоскоп из картинок и эмоций рассеялся. Миранда обнаружила, что лежит на полу, ее голова раскалывается от боли, по верхней губе сползает что-то теплое и соленое. Кое-как размазав кровь под носом, она приподнялась – и обнаружила, что Том так и стоит на том же месте и молча смотрит на нее. Тисовую палочку он опустил, а в глазах застыло странное выражение – будто вместо Миранды перед ним вдруг появился кто-то совсем другой, незнакомый.
Мерлин, неужели он все это увидел и ощутил так же четко и явно, как она?!
Не сказав ни слова и окинув ее напоследок таким же странным взглядом – как Миранда ни пыталась, она так и не смогла понять, что за ним скрывалось – Том развернулся и вышел из столовой.
Комментарий к Глава 29
2000 лайков, мне даже не верится! Спасибо вам всем!
========== Глава 30 ==========
Дотащившись до своей комнаты, она упала на кровать и бездумно уставилась на серое небо за окном. Головная боль понемногу утихала, через какое-то время Миранда почувствовала себя более или менее сносно. Тогда она поднялась и открыла створки. Холодный прибрежный ветер сразу набросился на занавески, пошевелил покрывалом на кровати. Миранда же превратилась в ворона и вылетела наружу.
Нет, она хорошо помнила, что Том говорил про возможность побега… Что с этой чертовой татуировкой он доберется до нее где угодно. Но сидеть на одном месте она больше не могла. Как это часто бывало в общении с Томом, ее снова раздирали противоречивые эмоции. В душе клокотали злость, обида – как он мог так с ней поступить?! Лучше бы пытал, честное слово! Это было бы куда менее изощренно и интимно, чем то, как он влез ей в голову! Он увидел ее самые яркие воспоминания – те, которые с момента возвращения в это время заставили Миранду пережить самые сильные эмоции и чувства. И почти все эти воспоминания были так или иначе связаны с Реддлом! Она вовсе не собиралась так открывать перед ним душу, он не имел никакого права видеть все это…
Но в то же время она не могла не признать, что то, как он подошел к легилименции, привело ее в растерянность. Он мог не спрашивать разрешения и сделать так, как было бы удобнее и быстрее всего, а заодно сравнимо с той самой пыткой. Лорд Волдеморт же считал, что она должна понести наказание за свое предательство! Но нет, Том этого не сделал. Не воспользовался своей властью над ней, хотя мог бы…
Внутренний голос настойчиво спрашивал: а как бы поступил Том из 1945-го? И Миранда отвечала самой себе – именно так. Если бы восемнадцатилетнему Тому Реддлу позарез понадобилось увидеть какое-то ее воспоминание, он точно так же попытался влезть ей в голову. Или, что еще более вероятно, она сама бы захотела ему помочь и добровольно пустила в свои воспоминания.
Миранда попыталась выбросить из головы эти мысли и сосредоточиться на полете. Тут ее ждало еще одно интересное открытие: оказывается, далеко улететь от дома она не могла при всем желании, поскольку коттедж находился на небольшом скалистом островке, на котором не было ничего, кроме маленькой рощи и россыпи камней. Лететь в открытое море, не имея ни малейшего представления, где лежит суша, было полностью лишено смысла, и Миранда, признав поражение, полетела обратно к своему окну.
 
Очутившись у себя, она в ванной умылась, пригладила растрепанные волосы. От свежего воздуха ее щеки раскраснелись, серые глаза ярко блестели. К тому моменту, когда Миранда осталась более или менее удовлетворена своим внешним видом, она уже представляла, что будет делать дальше. И, вернувшись в спальню, она решительно позвала: