Андервуд. Том 3 (СИ)

История с кислотной страной была мутной, и тут напрашивались два вывода: либо этот вид уже прорвался к нам и начинает захватывать ресурсные точки, либо это проделки Ганса.
«А ведь и точно! Их спустилось в мусоросброс пятеро. Сельвиус погиб на входе. Получается, Хьюз снабдил насекомолюдов шлемами… Они что, шли всё это время за нами?»
Странно, что сенсей их не почувствовал. С другой стороны, преследователи могли держать дистанцию в день пути. Какой бы ни был идеальный у крысолюда слух, он бы не уловил столь отдалённые звуки.
Выходит, всё это тщательно спланировано. Ник-то думал, Хьюз потерял контроль лишь в последний момент, а тут целая операция. Аристо вёл себя как обычно, неужели угроза настолько может копировать поведенческие паттерны людей?
От подобных мыслей становилось не по себе. С другой стороны, эта тварь — телепат. Если она живёт в Гансе, то в состоянии откопать любую информацию о носителе.
Ослабший после битвы Саймон не смог их предупредить об опасности — иначе этот план потерпел бы фиаско. Крысюк очень подозрителен к своему окружению. Жнец не в курсе, что там с ним делал Сомс в детстве, но это точно отложило неизгладимый отпечаток на всю жизнь полукровки.
Ник так рад был обрести хоть какую-то родную душу в этом мире, что не замечал очевидного. Он не был наивным, но когда находишься во враждебной среде — цепляешься за любую соломинку. Ей и была школа Саймона и её ученики. Круг своих, близких по духу единомышленников.
«Вышло как вышло. Теперь это пройденный этап».
Нужно принять реальность и идти дальше. Он хотел спасти Алексу, сенсея и вообще вытравить эту дрянь из Ганса, но если питать иллюзии и просто надеяться на слепой случай — ничего не выйдет. Нужно действовать. Становится сильнее. Позаботиться в первую очередь о себе. Выжить.
Этим они и занялись с вараном. Емиров фон возле пещеры зашкаливал, и все звери его отлично чувствуют. Была вероятность обнаружить свежие, едва зарождающиеся оазисы или хотя бы избытки руды.
Концентрация в одном месте исключена. Территория естественных колоний всегда изобиловала жизнью. В центре — пещера, а вокруг неё своя биосистема, выстроенная годами. Монстры не могли заходить внутрь, но вполне себе охотились на безобидную дичь снаружи, терпя некоторые неудобства.
Такую руду со временем вычищали специальные отряды землекопов, чтобы обезопасить округу и искусственно сосредоточить её в одном месте. Сейчас оазис под контролем Тёмных, но их слишком мало, чтобы обозреть всю область распространения.
Они с Принцем отошли на приличное расстояние, и Ник дал варану приказ искать руду. Все животные чувствовали её пульсацию. Так что ничего страшного — да, он потратит время больше, чем нужно, но своё возьмёт.
Это оказалось шикарным решением, но с некоторыми минусами. За шесть дней получилось в буквальном смысле нарыть девяносто камней. Времени на это уходило много, и заняться другими делами нереально.
Иногда они бродили десять часов и ничего не находили, а в следующий момент сразу семь или восемь штук. Тут не угадаешь. Таким образом, у них прошло два дня. Надо признать, работа затягивала — есть что-то в этом от кладоискательства, но проблема в том, что души Ника тратились, а новые не появлялись. Расход нужно покрывать убийствами.
В связи с этим он задумал следующее: питомец и хозяин разделятся. Да, так будет лучше всего. Принц отвёз Жнеца обратно в колонию со скатами, а потом вернулся в приоазисную черту собирать камни. Ник только мешался, что ему там делать? Он не геолог и уж точно не ищейка. Максимум, что он может найти — это новую угрозу.
Теперь его единственная задача — истребить пещеру скатов до такого состояния, чтобы оставить лишь парочку представителей для восстановления популяции. Всё-таки место удобное — можно потом прийти сюда снова. Подобная густонаселённость — большая редкость для подземного мира.
Его ослабший организм набирался сил. Принцу давалось четырнадцать дней на первый заход. Постоянно гонять компаньона туда-сюда не было смысла, поэтому он дал совет четвероногому спрятать излишки самородков где-нибудь в потолочных выемках, куда не дотянется большая часть зверья.
 
Этот запас они подберут, когда Ник сможет убивать достойных противников. Отправляться в путешествие вот так сразу, слишком опасно.
Души щедрым потоком потекли в сосуд, а скаты и не думали заканчиваться. За две недели он зачистил лишь половину комнаты и почти восстановил свой предыдущий запас. Чтобы эффективней в дальнейшем развиваться, нужно было как можно больше сильных противников.
Теперь он понимал, почему вяло прогрессировал в пещерах до того, как смог контролировать численность душ в сосуде. Он почти всё время топтался на месте: сколько потратил, столько и заработал, если не в минус. Лишь постоянная практика и укрепление стенок сосуда дали, наконец, ощутимый прирост.
Действие физической силы, с тех пор как он вернулся с равнин, длилось полчаса. Это позволяло вихрем топтаться по совершенно беззащитным скатам и получать своё. Правда, после таких забегов приходилось отдыхать, но количество монстров действительно поражало — до полутысячи в день.
Из-за его активностей в комнату стекались стаи слизней. Теперь они сохраняли паритет и терпеливо ждали, пока их кормилец покинет зону истребления. Нику кислотные моллюски были выгодны тем, что ликвидировали трупный запах. Если не «убирать» пещеру три дня, то можно проблевался ещё на входе.
Принц доставил первую партию камней и получил похвалу — еле донёс сто сорок штук. Для этого Ник ему соорудил систему вьюков на верёвках и научил управляться ими хвостом. Вышло даже больше, чем они работали в паре. Ну да, ведь под ногами не мешался назойливый человечишко — так читалось во взгляде чешуйчатого друга.
К его чести, он успевал ещё и охотится, чтобы себя прокормить. Так что без него Ник действительно как без рук — идеальный помощник и верный товарищ.
«В отличие от некоторых», — мрачно подумал он про недавние события.
Тем не менее перерыва у варана практически не было, и разноцветный спутник тут же отправился во второй рейс. В этот раз их расставание должно было продлиться дольше месяца.
— Будь аккуратней, зазря не рискуй. Помни, что ты мне нужен живым, а руды мы с тобой ещё натаскаем. Ну всё, иди, — погладив морду четвероногого друга, сказал он и надел танталовые кастеты.
Труба зовёт. Хочешь жить — шевелись. Его мучил кашель — это освободившееся пространство в лёгких исцелялось. Жнец отхаркивал чёрную пыль, будто проработал на руднике тридцать лет. Раньше у него не было мокроты, так что это хороший знак. Боль тоже уменьшилась, а каменный сгусток сократился в два раза. Процедура его извлечения приносила те же неудобства, но яд отступал.
Это разжигало в Нике злость. С каждым растоптанным скатом он представлял, что даёт прикурить каменной отраве. Движения стали свободней. Тело вновь наливалось привычным теплом. Он прибавил в весе.
Возвращаться в Андервуд не имело смысла. Ник в экономической ловушке. В городе честным путём заработать не получится — его ищут власти. К сожалению, Жнец сейчас как емировый наркоман — он зависим от этого ресурса. Что толку заявиться и всё равно искать руду? Никого не спасёт, ещё и сам сдуру подохнет.
Можно было, конечно, нападать на колонии, грабить мирных жителей и удариться во все тяжкие, но это не его выбор. Подобная дорожка известно, куда ведёт.
Сейчас в его распоряжении настоящий тренировочный полигон. Кто бы мог подумать, что именно во время болезни он займётся тем, чем должен был? Словно жизнь, издеваясь, подсовывала ему то говно, то конфетку.
Ещё две недели — и у него окрепли мышцы кора. До акробатических этюдов пока далеко, но вполне хватает, чтобы расширить диапазон противников. У него почти одиннадцать тысяч душ. По ощущениям болезнь лёгких процентов на тридцать ещё сжирала ткани.
Продолжительную драку со стаей сложно сдюжить, но вот сильных одиночек — ради бога. Проблему с камнями он решил ещё загодя — раскрошил их и ссыпал в бочонок Принца. Его удобно носить за спиной, а порошок, в отличие от острых камней, не доставлял хлопот.