Когда земли окутает мрак

– Да тише ты! – зашипел на него Гэдор. – Я и с первого раза расслышал. А ты хочешь о том на всю деревню раструбить?
Сверкнув глазами, Брон потупился и отвернулся.
Гэдор тяжко вздохнул.
– Как вижу, ты до сих пор не смог простить себе того, что совершил.
– И не прощу, – сквозь зубы процедил тот. – Отец Хейты был мне другом, а я растерзал его как животное.
– Тебя обманом втравили в это! – шепотом вскричал Гэдор.
Брон нахмурился еще сильней, тряхнул головой, точно силясь отогнать жуткие воспоминания.
– Пусть так, – устало отозвался он. – Что это меняет?
– Всё! – бросил Гэдор. – Ты не умер тогда, но тоже стал жертвой!
– Сомневаюсь, что Хейта рассудит так же, если я расскажу ей обо всем, – угрюмо отозвался оборотень.
– Зря ты так, – возразил Гэдор. – Ведь речь идет о Хейте…
– Да! – запальчиво бросил Брон. – А еще о ее отце! Ты прекрасно помнишь, как она поглядела на меня у костра, когда узнала, что я волк-оборотень.
– Правда твоя, – согласился Гэдор. – Но после вы стали друзьями. И даже больше…
– Думаешь, долго это продлится, если я скажу ей, что не просто волк-оборотень, а тот самый волк-оборотень?! – устало перебил Брон.
Гэдор вздохнул.
– Ты снова прав. Но рано или поздно сказать придется…
Оборотень отпрянул от следопыта точно от пламени.
– Нет! – отрезал он. – И не проси! Я не могу причинить ей боль. И потерять не могу. Хейта для меня значит слишком много!
– Знаешь, как говорят дэронги, – осторожно произнес Гэдор. – Правду и в животе у рыбы не утаишь. А если Хейта узнает правду не от тебя, сразу поймет, что ты обманывал ее. Знал, но молчал. Но хуже всего, если ей станет известна не вся правда, а лишь ее часть…
Брон мотнул головой.
– Я не могу, – упрямо повторил он. – Если скажу ей правду, она уже никогда… никогда не посмотрит на меня как прежде…
– А если не скажешь, верней всего, она не посмотрит на тебя вообще! – жестко бросил Гэдор.
Оборотень упрямо стиснул зубы и не ответил.
– Брон?
Тот сделал вид, что не слышит.
– Брон!
Отчего-то Гэдор заговорил голосом Хейты.
Волк-оборотень оторопело потряс головой и окончательно выплыл из воспоминаний. Льды и снега бесследно исчезли. Он стоял посреди пыльной захламленной комнаты, где некогда обитал Фэйр, а Хейта глядела на него в упор.
– Крепко ты задумался. Наверное, о чем-то приятном. – На ее губах заиграла лукавая улыбка. – Поведаешь, о чем?
– Так, ерунда, – делано бодро отозвался он.
Девушка выжидающе скрестила на груди руки. Брон внутренне напрягся, отчаянно желая сделаться невидимым, но на его удачу подле них возник Мар.
– Никаких следов присутствия Фэйра, – с досадой возвестил упырь. – Он не приходил.
– И не придет! – отрезала Хейта. – Он бы не исчез надолго. Говорю вам, с ним что-то произошло.
Гэдор открыл было рот, но девушка предостерегающе погрозила ему пальцем.
– И не вздумай снова меня успокаивать!
– И в мыслях не было! – честно ответил тот. – С Фэйром определенно неладно. Неясно только, что стряслось и где его искать.
– Быть может, остался лечeц [10]? – предположил Брон. – У знакомого лекаря был такой. Из него можно было бы что-то разузнать.
– В самом деле! – спохватилась Хейта. – Фэйр отмечал в толстой зеленой книге, кого лечил, какие настойки использовал. Бывало, просто что-то важное записывал. Не знаю, будет ли там что-то полезное. Но попытать счастье стоит.
Друзья энергично принялись за дело. Они осматривали мешки и сумки, копались в ящиках и сундуках. Поиски затянулись на несколько часов, но результата не возымели…
Мар сдался первым, замер посреди комнаты, со скучающим видом осматривая разбросанные вещи. Снял с полки какой-то пузырек, вытянул затычку, поднес подозрительную склянку к носу. Скривился, как от оскомины, и лениво зашвырнул ее за спину. Зловонная жидкость расплескалась по полу, а пузырек едва не угодил Брону в лицо.
– Эй! – недовольно воскликнул оборотень.
Но упырь и ухом не повел, взялся за следующий пузырек. Хейта невольно усмехнулась, потом нахмурилась.
 
– Ты поаккуратней с вещами Фэйра. У него тут каждая безделушка на вес золота!
– А ты уверена, что эта книга вообще существует? – в отчаянье отозвался Мар. – Может, она тебе… не знаю… во сне привиделась?
– Привиделась? – иронично вскинула бровь девушка, но тут же посерьезнела. – Привиделась, – повторила она, что-то старательно припоминая, и вдруг радостно всплеснула руками. – Конечно! Как это мне сразу в голову не пришло!
– Что такое? – тотчас приободрился упырь, а за ним и все остальные.
– Пару лет назад Фэйр научился скрывать из виду вещи при помощи волшебства, – принялась пояснять Хейта. – Предавать их мраку – так он это называл. А обнаружить их может только тот, кто спрятал, или же тот, кто владеет волшебством. То есть я. – Девушка пристально огляделась. – Мне нужно снова осмотреть все сундуки и шкатулки.
Первым делом Хейта запустила руки в большой ящик, пропахший яблоками. Потом пошарила в шкатулке с нитками, ойкнула, уколов об иголку палец. Пересмотрела содержимое старого сундука с одеждой – ничего.
Она совсем уже было отчаялась, когда Гэдор вдруг поставил на стол небольшой ларец из красного дерева.
– Попробуй этот!
Хейта откинула крышку. Ларец был пуст, но очень темен внутри. Казалось, тьма шевелилась в нем, точно клубок ядовитых змей. Хейта осторожно запустила руку внутрь. Все затаили дыхание.
Вдруг мрак подернулся дымкой и принялся стремительно выцветать. Дерево обретало густой бордовый оттенок. А на дне ларца проступили очертания темно-зеленого предмета.
– Есть! – Хейта жадно схватила лечец.
Открыла его, принялась спешно листать. Поглядев на очередную страницу, она озабоченно нахмурилась.
– Что там? – нетерпеливо вопросил упырь.
Девушка не ответила. Молча передала книгу Гэдору и отошла в сторону, напряженно сверля глазами пустоту. Следопыт внимательно вгляделся в корявые, явно в спешке начертанные буквы, и прочитал:
– «Я ухожу, сестренка. Не пытайся меня искать. Вряд ли мы еще свидимся. Береги себя».
– Сестренка? – недоуменно спросила Харпа.
– Так он меня называл, – прошептала Хейта.
– И что это значит? – брякнул Мар. – Он, что ли, просто решил уйти куда глаза глядят?
– Скажешь тоже! – фыркнула Харпа. – Тут же всё яснее ясного. В беду он угодил. Иначе не стал бы просить, чтобы Хейта его не искала.
– Я тоже так думаю, – тихо отозвалась девушка. – Он хотел меня защитить, потому так и сказал. – Она в сердцах топнула. – Ну зачем было так поступать! Оставил бы лучше подсказку, где его искать. Хотя бы намекнул…
– Он сделал это из любви к тебе, – сказал Гэдор. – Я бы на его месте поступил так же.
– И что теперь делать? – горько воскликнула Хейта.
– Помните, целитель пропал как раз когда в городе ошивались прихвостни химеры, – заявила Харпа. – Готова на что угодно поспорить – Фэйр у нее.
– Но Рукс сказала, что в этом не замешана, – неуверенно возразила Хейта.
– А ты ей так и поверила! – усмехнулась Харпа. – Это же Рукс! Самая коварная и искусная лгунья на свете.
Хейта устремила на нее лихорадочный взор.
– Если ты права, – запальчиво произнесла она, – и Фэйр действительно у Мерек, нельзя терять ни минуты! Возьмем самое необходимое и велим камню перенести нас к ней.
Гэдор, чутко ловивший каждое их слово, неловко кашлянул:
– Видишь ли, Хейта, не всё так просто. Мы просили камень перенести нас во владения химеры, но безуспешно. По неведомой причине камень не может их отыскать.
Лицо девушки приобрело растерянное выражение:
– Но как же мы туда попадем?! – в отчаянье воскликнула она.
Гэдор развел руками.
– Пока не знаю.
– Не тревожься! – поспешил заверить Хейту Мар. – Мы непременно что-нибудь придумаем!
Девушка беспомощно поглядела на упыря. Но вдруг в глазах ее протаяла твердость.