Раненое сердце (СИ)

- Ханун! Как же так? Ты прочел нам аят, и мы это видели, но только Коран открыт на другой странице!
 Айдан рассмеялся дробным смехом и едва не свалился с подушки, а потом махнул рукой и сказал, что это он переставил закладку с таким же оформлением на странице, как и та, где она была. А Ханун – просто маленький врунишка и сам выдал себя с головой! Так что самое время вместо сережек подарить ему десяток ударов розог по ленивой заднице, чтобы в следующий раз она подсказала тупой голове, кто будет расплачиваться за очередную глупость. Ханун покраснел, потом побледнел, и сидел, роняя слезы, не смея уйти без разрешения. С Айдана станет добавить розог за дерзость и самоуправство. Но омежку пожалел Фатим и сел рядом, похлопав его в качестве утешения по коленке.
- Ну, ну, все не может быть так плохо, как порой кажется. Я же видел, что ты учил буквы, и слышал, как читал по слогам. Ты просто хотел выглядеть лучше, чем есть на самом деле? Не надо стесняться, давай попробуем вместе.
 Фатим искренне хотел помочь и начинал читать слово, но только Ханун не пытался читать, он скорее пытался угадать окончание слова, и все это выглядело со стороны очень печально. Фатим довел чтение небольшого аята до конца и со вздохом покачал головой, а после этого отпустил омегу умыться и привести себя в порядок. Теодор при всем этом с интересом смотрел за реакцией Альби, тот болезненно морщился, но даже не пытался сгладить ситуацию. Он мысленно повторял про себя: «два месяца, осталось два месяца, и весь этот балаган закончится». С женщинами из общины общаться на порядок проще, чем разговаривать с Хануном, который по любому поводу дует губы. Слуги продолжили музыкальное выступление и тихие разговоры возобновились. Речь крутилась вокруг нового ад Сафи, и Ошая попросил Альби и Айдана показать ему строящийся город. Альби сразу послал Ради за мужем. Поскольку альфы праздновали отдельно, а пока в гостиной сидит Ошая, который по закону не является кровным родственником, альфы – Маджид или Тигран не могли зайти на омежью половину. Альби сказал, что встретится с мужем в лабиринте, как только Ради найдет и приведет его. Вскоре запыхавшийся Ради замахал рукой от двери, и Альби вышел из гостиной Фатима. Ран дожидался его за «ночными» дверьми между лабиринтом и гаремом, и прежде чем узнать, зачем его вызвали, с удовольствием отведал сладости супружеского рта.
- Ошая хочет побывать в новом ад Сафи, – только и успел сказать Альби, прежде чем его втянули в очередной поцелуй.
- Хорошо, я сообщу пилотам, чтобы подготовили шаттл, – Ран, наконец, немного успокоился и прижал к себе супруга, – мы в любом случае собирались завтра показывать Кантарини палаточный город и начало работ в старом дворце.
- Я бы хотел, чтобы мы поехали на омеговозке, – Альби поднял голову и увернулся от очередного поцелуя, – Теодору интереснее посмотреть на все вблизи, а не через окошко иллюминатора. Для него это будет приятное приключение. В любом случае, дорога не займет больше трех часов. Заки мне уже доложил, что грузовые машины утрамбовали песчаные дороги и омеговозка может ехать на максимальной скорости. Поедем впятером, – Альби стал загибать пальцы, – Айдан, Ошая, Фатим, Мурат и я. Нам всем любопытно посмотреть, что там и как.
- Хорошо, – Ран поморщился, – пойду, организую все. Будем сопровождать омеговозку не на жеребцах, а на маленьких гоночных багги, что используем при дежурствах. Надо спросить, не будет ли муж Ошая против подобной поездки, и заодно узнать у его охраны, умеют ли они управлять таким транспортом. – Ран усмехнулся, – я думаю, что умеют, но надо быть вежливым. Не переживай, если Кантарини не будут против поездки Ошая, то все будет готово к утру, а если муж Ошая будет против, то пришлю тебе слугу с сообщением.
- Ладно, – Альби попытался отцепить от себя горячие руки мужа.
- Сегодня ночью я не приду, – Ран напоследок чмокнул в нос недовольное создание, – будем праздновать, пока не устанут гости, а потом отправлюсь в обход. Но утром буду сопровождать тебя, мое сердце, не переживай ни о чем.
 
 Когда Альби вернулся в гостиную, там уже вовсю смеялись и танцевали. Фатим и Мурат схлестнулись в споре, кто кого перетанцует, и выделывали пируэты бедрами и руками, при этом Альби в какой-то момент стало казаться, что у них нет костей и они как кошки могут гнуться в любую сторону. А потом в спор вмешался Айдан. Влез между двух омег и выдал что-то из разряда шуточного гоу-гоу, размахивая подолом и виляя оттопыренной задницей. В итоге все закончилось смехом и общими объятиями. После этого начался общий разговор об «омежьем санатории». Разговор крутился больше о сроках пребывания и организации досуга, чтобы удержать от излишнего любопытства некоторых несносных представителей омежьего племени. Нури сразу передал Айдану папку с выкладками Хатима по данному вопросу. Оказывается, все наблюдения за приезжими омегами и регистрацию состояния их здоровья уже давно систематизировал упрямый ученый. И даже смог предложить определенные рекомендации, основываясь на многолетних наблюдениях. Теодор с интересом взял протянутую папку и углубился в чтение, а потом начался более конкретный разговор – где, кто и как именно. Айдан протянул Теодору следующую папку, там был предполагаемый проект этого здания, а когда вопрос коснулся – кто? Айдан с самой милой улыбкой пихнул под столом Мурата и представил Теодору будущего исполнительного директора и совладельца предприятия. Теодор с сомнением уткнулся в бумаги, поглядывая на смущенного Мурата. Айдан невозмутимо взял гроздь кишмиша и сообщил в пространство, что Земля, в конце концов, не единственная планета, на которой живут обеспеченные омеги. На уникальные услуги Сабаха всегда найдутся желающие, ведь даже на Новой Сицилии с ее фантастической генной инженерией не могут дать такой ошеломительный результат, как на Сабахе, и причем, без всякого хирургического вмешательства. Последний аргумент, похоже, стал решающим для Теодора Кантарини, и Ошая протянул руку Альби, чтобы закрепить рукопожатием устный договор между омегами. Альби до этого момента растерянно наблюдал, как его эмиратом торгуют, словно уловом рыбы, которую еще не поймали. Ошая замер с протянутой через стол рукой, а Альби завис в раздумьях, и даже грозное подергивание бровью Айдана не сдвинуло его с места.
- Э- э, – Альби пальчиком прикоснулся к открытой ладони Ошая, – я вначале хотел бы договориться о строительстве лечебных корпусов.
- Разве альфы не договорились об этом еще вчера? – удивился Теодор, – строительство медицинских стационаров было для нас первоочередной и единственной задачей, когда мы летели сюда. А вот омежий санаторий, скорее, приятный бонус к основной программе.
- Хорошо, – Альби сжал руку омеги и удержал на минуту, – но давайте обсудим процент сирот из приютов, которых мы будем лечить за свой счет и оставлять у себя. Это, конечно, громадное горе в семье, где есть больной ребенок, но больной сирота – это как банка тушенки, ты один знаешь свою боль и отчаянье. Ты варишься в ней, медленно умирая внутри от отчаяния, и тебе даже поплакать некому, потому что всем все равно.
- Наши приюты… – начал Теодор, но осекся под печальным взглядом омеги в шелковом платье, расшитом замысловатым узором, – да… Я все помню и лично займусь инспекцией. Обещаю.
- Спасибо, – Альби похлопал второй рукой ладонь Ошая, а потом неожиданно даже для себя поцеловал протянутую руку, – я благодарю вас заранее от имени всех приютских.
 Теодор расплакался. Айдан недовольно покачал головой Альби и кивнул слугам, чтобы те сыграли что-нибудь нежное и неспешное. Зинат взял маленький бубен и вышел на середину, начав незамысловатый танец, отбивая сам себе ритм. Музыканты перестроились и подхватили предложенную мелодию, которая постепенно ускорялась, и вскоре Зинат лихо отплясывал в развевающемся платье. Танец разрядил атмосферу и опять все гости улыбались и были благодушны. Все опять разговаривали о планах и перспективах, а Альби тихо злился на мужа. Вот ведь гад! Как целоваться, так всегда успеет, а хотя бы намекнуть, что про больницы договорились, так времени не нашлось! Про омежий санаторий думать и переживать совсем не хотелось. В любом случае, пока есть волшебные настойки вроде «Сладких снов», на любого любопытного непоседу найдется управа и минимальная доза, так, чтобы омеге хотелось неспешного отдыха, а не поиска приключений на свою задницу! Тем более, что у них не будет и минимального шанса завести курортный роман, хотя бы потому, что сами альфы будут от таких омег шарахаться, как от чумных. Остаток вечера Альби с интересом наблюдал, как Айдан торговался с Ошая по поводу количества сирот, которых будут присылать. Айдан хотел, чтобы их было столько же, как и в то время, когда их привозил Тигрёнок, а Ошая настаивал, что это слишком много для таких сравнительно небольших эмиратов Сабаха. Но Айдан уверял, что это только к лучшему, ведь они смогут обновить генофонд за счет приезжих, да и мегаполисы смогут избавиться от затрат на содержание инвалидов, так что кругом польза и выгода. Двое омег с таким азартом отстаивали свои позиции и находили все новые и новые аргументы, что стало понятно, что они долго готовились к подобному разговору. А вот сам Альби понял, что не просто устал, а практически обесточен, он извинился перед всеми и с трудом поднялся. Мурат с Зинатом с тревогой проводили его до комнаты, и только удостоверившись, что он просто устал, оставили в покое и Альби наконец-то смог упасть на родненькую кроватку.