Всё не так, как кажется (СИ)
И снова Алексей появляется в моей жизни, как тайфун, сметая всё на своём пути. Сопротивляться его напору невозможно. И, главное, с ним не поспоришь, потому что он прав: Мише нужен отец. В последнее время, даже несмотря на появление в его жизни дедушки, сын всё чаще задаёт мне вопросы, на которые у меня нет ответов. Наверное, я никудышная мать, если не смогла обеспечить своего ребёнка папой.
Нет ничего удивительного в том, что, стоит появиться Алексею, Мишка вцепляется в него мёртвой хваткой. А уж когда тот заявляет моему ребёнку, что он – его отец, то у меня не остаётся ни одного аргумента против их общения и даже против усыновления. Не могу я лишить сына его заветной мечты!
Умом понимаю, что это – какой-то абсурд. Если бы мы с Алексеем были женаты или хотя бы жили вместе, то усыновление выглядело бы логичным. Но позволить вписать в свидетельство о рождении ребёнка по сути постороннего человека! Кому сказать, что я могу повестись на эту авантюру, – не поверят. А я ведусь… Злюсь на него, на себя, но ничего не могу поделать. Потому что…
Потому что лучшего папы для своего сына я никогда не найду. И втайне надеюсь, что он – Мишин настоящий отец. Потому что из двух зол приходится выбирать меньшее… Он любит моего ребёнка и готов заботиться о нём, даже не будучи уверенным в биологическом отцовстве. Много ли мужчин пойдут на такое?
А ещё… Несмотря ни на что, я его люблю. Страшное прошлое осталось где-то далеко. Оно никуда не делось, не забылось и не простилось. Но оно пережилось. Не хочу думать о степени его вины и оправданиях, это слишком больно. Всё это должно остаться там, в прошлом и не мешать настоящему, иначе я просто сойду с ума.
Но как же меня бесит манера Алексея отдавать приказы! Наглый, самоуверенный солдафон! И надо бы сопротивляться ему, отстаивать свою точку зрения или хотя бы право на выбор. Но нет – снова и снова я подчиняюсь. Потому что он прав. Он всегда прав! А отказываться от логичных решений просто ради борьбы за независимость – как-то глупо.
Сижу в ЗАГСе и, как дура, вспоминаю, как мы вот так же подавали другое заявление… Сколько воды с тех пор утекло, многое поменялось… Неизменным осталось только одно – я по-прежнему его люблю, задыхаюсь без него, скучаю и мечтаю, что однажды он вернётся, обнимет и пообещает, что у нас всё будет хорошо, что мы со всем справимся… Почему-то с ним мне ничего не страшно.
Но он не обнимает и не говорит. Даже не касается меня и не проявляет никакой инициативы. Чувство вины убило в нём любовь?
Вчера, когда Алексей почти прижал меня к шкафу, мне так нестерпимо хотелось, чтобы он меня поцеловал! В какой-то момент даже показалось, что он это сделает, но нет…
Когда обнаруживаю, что он собирается поменять Мише фамилию, пытаюсь возмутиться и хоть раз добиться своего. Я же не просто из вредности отказываюсь, у меня железные аргументы. Но куда мне? Как он решил, так и будет. Как это бесит! Ещё больше злюсь на саму себя. Потому что, если бы он настоял, я и себе фамилию поменяла бы без сопротивления… Как кролик, загипнотизированный удавом.
- Николь, я могу забрать сегодня Мишу из школы и привезти домой, только учительнице позвони, пожалуйста, заранее, – мы уже почти разошлись после ЗАГСа по своим делам, но он снова меня тормозит.
- Ты спрашиваешь или, как обычно, утверждаешь?
- Утверждаю, – расплывается в улыбке. Какой он красивый, когда улыбается! – Если ты не возражаешь, конечно.
- А если возражаю?
- Тогда я спрошу, почему. Ты, вероятнее всего, выдумаешь какую-то несущественную отмазку, я тут же докажу, что твой аргумент несостоятельный, – и тебе придётся согласиться. Так может, обойдёмся без долгих препирательств? Какой в них смысл? Просто скажи: «да» и беги на работу. Так что? Не забудешь позвонить?
- А я уже сказала «да»?
- «Да» я сказал за тебя, чтобы сэкономить время. А ты должна позвонить учительнице.
И как с ним спорить?
- Ладно, позвоню. Помнишь, куда идти? Адрес моей квартиры я тебе, на всякий случай, сброшу сообщением. Миша покажет дорогу.
После работы тороплюсь домой, хочу успеть приготовить что-то вкусное, но, как назло попадаю в пробку. Хорошо, что Алексей забрал Мишу – сейчас бы он сидел там один и снова на меня обижался.
Заезжаю во двор, паркуюсь и поворачиваю на площадку. Знакомую синюю курточку и голубую шапку вижу издалека. На лице сына написаны счастье и гордость своим новоприобретенным папой. Невольно замедляю шаг, чтобы полюбоваться. Когда в его жизни появился дед, Миша тоже радовался, но не настолько.
Алексей замечает меня первым, окликает Мишу, тот, раскинув руки, несётся ко мне обниматься. Эмоции бьют фонтаном.
- Мамочка, мы с папой поедем на море. И пойдём к бабушке и другому дедушке! И ещё у меня там есть братики! Представляешь? Мамочка, ты поедешь с нами? Ну пожалуйста!
В ответ на мой гневный взгляд Алексей только пожимает плечами. А я-то понадеялась, что он мне оставит право выбора…
- Билеты я ещё не выкупал, только забронировал, – оправдывается с улыбкой. – Так что ты ещё можешь отказаться!
Просто замечательно. Как я теперь это сделаю, если он уже наобещал Мише золотые горы?
- Не сердись, ладно?
- Мамочка, мамочка, а у нас сегодня была контрольная по математике! Я все примеры решил, – пока поднимаемся в квартиру, сын успевает пересказать мне все свои школьные новости.
Он уходит мыть руки, а я снова оказываюсь прижатой к шкафу, причём на сей раз Алексей наваливается всем телом.
- Ника, прости, я знаю, что пру, как танк, и тебе это не нравится.
- Ты манипулируешь ребёнком! Понимаешь прекрасно, что теперь я не смогу отказать.
- Немножко, совсем чуть-чуть. Но я так соскучился по тебе, – и я, действительно, чувствую, что не врёт. – Пожалуйста, поедем со мной…
- Лёша, что ты делаешь? Сейчас Миша придёт!
- Ника, прошу, не отталкивай меня. Я люблю тебя, – он совсем рядом, горячий шёпот обжигает.
Внутри давно всё сжалось в маленький тугой комок. Гулко стучит сердце. Его губы так близко… Если сейчас он меня не поцелует, я сделаю это сама. Не могу больше…
- Я не…
Договорить не успеваю. Алексей слегка касается моего рта, будто пробует границы дозволенного. Я подаюсь вперёд, и время останавливается...
А потом чувствую маленькую ручку, обнимающую меня, тельце, пытающееся пролезть между нами, и слышу радостный родной голосок:
- Папа, ты теперь снова будешь жить вместе с нами?
Маленький хитрец прижимается к нам обоим и смотрит таким взглядом, будто от ответа зависит судьба Вселенной. Становится ужасно стыдно, что мгновение назад я готова была отдаться мужчине прямо тут, в прихожей, позабыв обо всём на свете, даже о ребёнке. Взрослая ответственная женщина, а веду себя, как озабоченная малолетка.
Вслед за стыдом приходит страх. Шепчу одними губами:
- Я не готова, – кажется, даже дышать перестаю.
Слишком быстро! Алексей улавливает моё настроение и так же почти беззвучно шепчет в ответ:
- Не буду тебя торопить.
И тут ж отвечает Мише громче:
- Сынок, я пока не могу к вам переехать, потому что живу с другими военными. Но как только смогу, сразу переберусь.
Выдыхаю и спешу на кухню. Понимаю, что это – лишь временная передышка. Алексей не будет ждать слишком долго. Однажды он, как раньше, скажет: «Я говорю – ты подчиняешься» и перевезёт к нам свои вещи. Хотя… А если, он отказал Мише из-за того, что не уверен, что хочет жить со мной?
Мысли роятся. Знать бы заранее ответы на все вопросы! Вечером, уложив сына спать, Алексей уходит. На пороге задерживается.
- Николь, не нервничай так. Вон, всю губу искусала, распухнет завтра. Я не буду тебя ни к чему принуждать. Ты сама должна решить, хочешь ли, чтобы мы были вместе, – тыльная сторона ладони касается моей щеки. – Я обещал, что буду ждать столько, сколько потребуется. И намерен сдержать своё слово.
- А ты… Чего хочешь ты? – вопрос срывается с губ раньше, чем я понимаю, как глупо он звучит.