Кортни. 1-13 (СИ)

Наконец Фунди остановил их жестом розовой ладони и показал вперед. Том опустился на одно колено и из-под нависающих ветвей и лиан разглядел массивные передние ноги ближайшего самца. От возбуждения пот залил ему глаза и жег, как морская вода. Он стер его шейным платком и проверил заряд и кремень мушкета. Аболи кивнул, и Том отвел назад боек. Они поползли вперед.
Постепенно ближайший самец становился все виднее: свисающее брюхо, мешковатая серая шкура со складками на коленях, потом и нижняя часть толстого желтого бивня.
Они приблизились еще, и Том увидел, что бивень вымазан соком коры, которую самец содрал с ближайшего дерева. Еще ближе — и он смог разглядеть каждую трещинку и морщинку на коже, каждый жесткий волос на коротком хвосте. Том взглянул на Аболи и жестом изобразил выстрел, но Аболи решительно покачал головой и знаком велел подобраться еще ближе.
Самец слегка покачивался, и тут, к изумлению Тома, между его задними ногами показалось нечто необыкновенное. Толще бедра человека, оно бесконечно вытягивалось, пока не повисло почти до самой земли. Том с огромным усилием сдержал смех. Сонный и довольный, старик выпустил свой член и позволил ему разбухнуть.
Снова Том посмотрел на Аболи в поисках указаний, и Аболи нахмурился и опять послал его вперед, но тут самец сделал шаг назад и поднял хобот, чтобы сорвать над собой ветку. И это движение позволило увидеть второго самца, который стоял за первым.
Том шумно втянул воздух: он увидел, насколько крупнее этот патриарх. Его гигантская голова была опущена, уши слегка колыхались, рваные и истрепанные, как паруса попавшего в бурю корабля. Маленькие глаза закрыты, густые светлые ресницы переплетены, слизь из расположенных в углах глаз желез стекает по щеке длинной влажной полосой.
Голова самца опиралась на бивни. Тома поразили длина и толщина этих бивней, опускавшихся до самой земли. Толстые и тяжелые, они почти не сужались к концу. Том видел бугор под серой кожей, где бивень на четверть уходил в череп. «Даже для такого могучего животного это тяжелая ноша, а ведь ее приходится таскать всю жизнь», — подумал он.
Теперь Том был так близко, что видел металлически-синюю муху, севшую на ресницы самца. Слон моргнул и отогнал ее.
В это мгновение Том почувствовал легкое прикосновение к руке; медленно повернув голову, он увидел, что Аболи кивает ему. Он опять отвернулся и сосредоточил взгляд на очертаниях костей на плече самца под морщинистой потертой кожей. Выбрал то самое место, которое описал Фунди, сразу за плечом, в первой нижней трети могучего бочонка груди.
Он медленно поднял мушкет и осторожно взвел курок до конца, глуша ладонью щелчок механизма. А когда посмотрел вдоль длинного ствола, ему показалось, что ствол почти касается бока самца. Не нужна была даже мушка прицела. Том мягко нажал на курок, и боек опустился, выбив бело-голубые искры. Мгновенная задержка выстрела казалась бесконечной, хотя на самом деле заняла долю секунды, затем грянул выстрел, и тяжелое оружие ударило Тома в плечо, отбросив назад и ослепив облаком белого порохового дыма, который скрыл тело слона.
Мгновение спустя Том услышал выстрел Аболи. Спокойный неподвижный лес вокруг взорвался движением могучих тел. Трубя, стадо с топотом понеслось через подлесок, и деревья раскачивались и падали под этим натиском.
Том бросил пустое ружье, протянул руку назад, — человек за ним подал ему второй мушкет, — вскочил на ноги и побежал в густом облаке дыма. А когда выскочил из облака с другой стороны, увидел, что зад слона исчезает в кустах впереди.
— За ним! — крикнул за его плечом Аболи, и они бросились за убегающим самцом. Вокруг слышались крики самок и писк слонят, пробивающихся через подлесок.
Шипы и ветви хватали Тома, но, не обращая внимания на рвущуюся одежду и царапины, он бежал за ломящимся через кусты самцом.
Он выбежал на открытое место на берегу пруда. Слон находился в пятидесяти футах от него; растопырив уши, он галопом убегал от Тома, за мешковатым задом по обе стороны виделись желтые бивни. Он высоко задрал короткий хвост, и Том увидел бугорки позвонков в том месте, где тот начинался.
 
Он поднял мушкет и выстрелил в спину. Слон сел на задние лапы и съехал вниз по берегу к самому краю воды.
Но пуля, должно быть, лишь задела хребет, но не перебила его: слона парализовало всего на секунду. Доехав до края пруда, слон поднялся на все четыре ноги, с плеском погрузился в воду и поплыл к противоположному берегу.
Аболи бежал рядом с Томом. Он выстрелил через пруд.
Оба видели, как пуля сорвала с головы слона куски засохшей грязи, но он потряс головой, прижав уши, и исчез в густом подлеске за прудом. Том выхватил у пыхтящегося моряка третий мушкет и бросился вниз по берегу, преследуя самца.
Аболи побежал за ним. Они видели, где бежит слон: вершины деревьев там тряслись, и лес оглашали топот и треск веток, подобные выдоху кита под поверхностью воды.
Неожиданно справа, там, где находились другие охотники, загремели мушкетные выстрелы, и Аболи сказал:
— Другие самцы налетели на Уила и Люка.
Вдвоем они обогнули пруд и углубились в кусты на другом берегу.
След, протоптанный слоном, начал закрываться за ним, и они с трудом продирались сквозь растительность, оставляя на шипах клочки одежды и кожи.
— Нам его не догнать, — выдохнул Том. — Теперь он от нас убежит.
Но, выбравшись наконец на поляну, оба торжествующе закричали, увидев впереди большого серого самца всего на расстоянии пистолетного выстрела. Он был тяжело ранен и уже не бежал, а трусил неуверенным шагом, опустив голову. Бивни оставляли в мягкой земле глубокие длинные борозды, а из хобота шла кровавая пена.
— Первым выстрелом ты попал в легкие, — крикнул Аболи, и они с новыми силами устремились вперед, быстро догоняя раненое животное.
В десяти шагах за слоном Том опустился на колено. Он тяжело дышал, сердце бешено колотилось, руки дрожали, и он, вглядываясь в раскачивающийся зад слона, снова прицелился в спину.
Выстрел. На этот раз пуля из нарезного ствола попала точно в цель.
За мгновение до того, как дым закрыл обзор, Том увидел, как пуля вошла в широкую серую спину, перебив позвонки у хвоста. Слон снова сел на зад. Том вскочил и побежал в сторону, чтобы увидеть что-нибудь за облаком дыма.
Слон сидел мордой к нему, качая головой от ярости и боли, высоко подняв огромные бивни и выдувая из хобота пунцовое облако кровавых брызг. Его предсмертный крик был таким громким, что, казалось, у Тома расколется череп и лопнут барабанные перепонки.
Аболи выстрелил в голову, и, хотя оба видели, что пуля попала в куполообразный лоб, она не смогла пробить костяную крепость, в которой скрывался мозг. Раненый зверь, волоча парализованные задние ноги, пытался добраться до своих мучителей.
Оба кинулись назад, подальше от раскачивающегося хобота, и дрожащими руками принялись насыпать порох в стволы и заталкивать пыжи и пули, потом снова поползли вперед и в стороны, чтобы найти брешь, подобраться к груди слона.
Снова и снова отбегали они, чтобы перезарядить мушкеты, и шли вперед, собираясь стрелять. Силы слона постепенно утекали через двадцать ран, и наконец с последним стоном он упал на бок, протянул вперед великолепные бивни и затих.
Том осторожно подошел к нему. Вытянул руку и концом ствола коснулся маленького глаза, окруженного светлыми ресницами и наполненного почти человеческими слезами. Самец был мертв. Тому хотелось торжествующе закричать, но вдруг он обнаружил, что его охватывает необычная, почти набожная грусть и задумчивость. Аболи подошел к нему и, когда их взгляды встретились, понимающе кивнул.
— Да, — негромко сказал он. — Теперь ты постиг, что значит быть настоящим охотником, потому что понял красоту и трагедию того, что мы делаем.
Уил и Люк сумели свалить второго самца, но третий ушел из засады и, невредимый, убежал в лес с остальным стадом. Том хотел погнаться за ним, но Фунди и Аболи посмеялись над ним.