Юг в объятьях севера (СИ)

- Сомневаюсь, что она льет слезы. Ваша дочь несгибаема.
- Она женщина! Которую чудовищно оскорбили! Разумеется, она не спала всю ночь и теперь в слезах.
- А вот я не пойду к Линару. Мне нечего ему сказать. Пусть с ним говорит император. В конце концов, у меня есть еще двое сыновей, и средний через солнце вступит в брачный возраст.
- Я согласна.
- С чем?
- Чтобы он заменил Линара.
- В постели вашей дочери?
- Во всем! Слава Огню, сьор Атль, вам повезло: у вас много детей. Хоть один принц похож на принца?
- Я вас уверяю: все.
- А что тогда случилось с Линаром?
- Женщины его избаловали. Скажите честно, грата Летис, а в вашей спальне есть его портрет?
- Что вы себе позволяете?! – красноватое лицо королевы сделалось пунцовым.
- Я так и думал, - тяжело вздохнул сьор Атль.
Грата Летис резко развернулась и достала транспортер. Меньше чем через лик она возникла у дверей спальни, где минувшей ночью так ничего и не случилось. Из того, что помогло бы объединению двух Великих Домов.
Королева вошла без стука. Гота не рыдала. Она сидела у окна со спокойным лицом и вышиванием в руках. На ткань ложились идеально ровные стежки.
- Девочка моя! – грата Летис раскрыла материнские объятья.
- Что случилось, мама? – Гота ровными белоснежными зубами перекусила золотую нитку.
- Твой муж! То есть, уже не муж. Принц Линар провел всю ночь у любовницы. Я знаю, что тебе больно…
- Нет.
- Что ты сказала?!
- Я сама виновата. Я могла его остановить, когда он уходил, но не знаю как. Вы должны были меня научить.
- Чему, о Мрак?
- Что мне делать с мужчиной, который приходит ночью в мою спальню.
- Это прекрасно знает Линар. Что делают в спальне.
- Мне кажется, он меня боится.
- Я была у его отца. Сьор Атль согласился расторгнуть брак.
- А причем тут сьор Атль? Я замужем за Линаром.
- Но он тебя бросил в брачную ночь!
- Будут и другие ночи, - Гота встала. Она была выше матери.
- Ты что, его любишь?!
- Нет. То есть, я не знаю. Но я хочу понять, за кем и почему так гоняются все женщины империи, замужние и незамужние. Что такого в Линаре, если даже рабыни воруют его портреты. Я хочу владеть тем, о ком все мечтают.
- Он же будет тебе без конца изменять!
- Посмотрим.
- Он пока к тебе даже не прикоснулся!
- И что ты стоишь? – сверкнула глазами Гота. – Быстро сюда всех сирр, которые пользуются успехом у мужчин. Другими словами, всех дворцовых шлюх. Платья, ночные сорочки, парикмахера, благовония, духи и притирки. Потрет любовницы Линара. Ее горничную. Всех!
- Да, - покачала головой грата Летис. – Из тебя выйдет прекрасная королева.
- Мне этого мало.
… Линар ждал бури, но ее не случилось. По традиции новобрачных не беспокоили три луны, давая им, насладиться друг другом. Линар полагал, что после того, что он натворил, его призовет император и объявит о расторжении брака. Потом предстоит непростой разговор с отцом.
Линар был готов отречься от титула наследного принца, и даже стать лэрдом. Лишь бы вернуться домой, в Чихуан. Бремя власти не по нему, пусть его место займет один из братьев.
Но император не звал, отец тоже. О Линаре словно забыли. К Готе он идти боялся после того, что ей наговорил. Поэтому и на вторую ночь после свадьбы Линар пошел к любовнице.
В ее покоях сладко пахло мамвой. Линар почувствовал, как все его страхи уходят. В постели лежала желанная женщина, ее скрывал полог, но Линар чувствовал знакомый возбуждающий аромат. Так пахло лишь знойное тело Китаны.
Он стремительно стянул камзол и рубашку. Откинул полог и…
Линар глазам своим не поверил: в постели лежала Гота! В соблазнительной золотой сетке искусного плетения. Мало того! Ледяная Гота Готвир призывно улыбалась!
- А…
- Она решила вернуться в Чихуан. Отец заболел.
- Но у Китаны нет отца!
- Это она тебе так сказала. Тебе не кажется, что лучше знать всех предков женщины, перед которой ты раздеваешься? И остаешься без всякой защиты? – Гота беззастенчиво его разглядывала.
- Но…
- Вина? Южного, терпкого.
 
Линар судорожно кивнул. Гота встала. «А у нее и в самом деле очень красивые длинные ноги», - подумал он, опуская глаза.
- Лежать гораздо удобнее, - улыбнулась Гота. – А вино я тебе принесу.
Он опустился на кровать, не отрывая взгляда от Готы Готвир, которая как какая-нибудь сирра сама налила в золотой кубок вино. Гота стояла спиной, и Линар с удовольствием разглядывал ее тонкую талию, крепкие ягодицы и эти потрясающие длинные ноги. Через золотую сетку с крупными ячейками все было видно прекрасно.
Жена, намеренно замедляя шаги, вернулась и с улыбкой протянула ему кубок:
- Здесь и в самом деле уютнее, чем в спальне для новобрачных. Пей же.
- К демонам вино! – Линар схватил ее за руку.
Терпкое южное пролилось на черные простыни. Гота увидела карминные губы, которые тянулись к ее губам. Она, как завороженная, смотрела в большие черные глаза. И этот мужчина ее собственность?! Он же невероятен!
«Я сожгу твою шлюху и развею ее пепел над твоим обожаемым Чихуаном», - подумала Гота, когда муж нежно провел пальцами по ее груди и легонько погладил сосок. «Я буду убивать всех женщин, которые посмеют к тебе приблизиться...», - мысленно простонала она, когда рука Линара опустилась ниже, на живот. «Я сделаю тебя императором», - пальцы мужа проникли в нее и ласково продолжили движение.
Гота закусила губу, чтобы не закричать. Потрясающий мужчина ласкал ее так нежно, но в тоже время умело подводя к тому, чтобы она раскрылась и приняла его. Как же это прекрасно оказывается! И как сладко. Да никакие иные радости с этим не сравнятся!
Власть и Линар – вот что ей нужно. Нет, сначала все-таки Линар…
  
Глава 5
 
Дэстен с удивлением смотрел на маленького бородача с длинным уныло повисшим носом. Свободный? Или… раб? Кто посмел остановить бастарда Великого Дома?
- Простите, лэрд, - тот низко поклонился и Дэстен увидел внушительную лысину в районе своего пупка. – Я лишь забочусь о вашей безопасности.
- Я не лэрд. Сир Дэстен Хот.
- Поразительно! Издалека вас можно принять за высшего! А вы даже не лэрд?!
- А вы-то кто?
- Тателариус второго ранга мэтр Давид Леви, - коротышка смотрел на Дэстена снизу вверх с неподдельным интересом.
- А! Так это вы запускаете все эти штуки! – Дэстен кивнул на непонятные ему механизмы.
У тателариусов была своя община и строгая иерархия. Одни занимались наукой, те, кто обитал в королевских дворцах, другие обслуживали зонты и опреснители, если входили в реестр, но не были достаточно образованы, чтобы сдать экзамен на первый ранг, третьи чинили подъемники и следили за состоянием порталов.
Дэстен немного знал о тателариусах, они всегда держались обособленно. Принадлежали к касте свободных, но получали жалованье от высших и благородных. Крови в мэтрах не было ни капли, той, что давала особые права. Но их знания давали им другие права. Без тателариусов сияющий город Игнис превратился бы в руины, как и столицы анклавов. Вообще все города. Тателариусы низшего, третьего ранга были похожи на трудолюбивых муравьев. Обслуживали потребности своих лэрдов и их подданных: крестьян и рабов. Запускали мельницы и пекарни, налаживали ткацкие станки и руководили вспашкой земель, заставляли ожить прачечные и зажигали повсюду свет. Да где только не находили работу их умелые трудолюбивые руки.
Все тателариусы состояли на службе. За их образование платили наниматели.
- Что вы, сир, - улыбнулся мэтр Леви, - у меня нет допуска.
- У меня тоже, - вырвалось у Дэстена. Пресловутое «пэссит», означало не что иное, как допуск. Подтверждение личности. – Вот смотрите.
И Дэстен шагнул к ближайшему щиту с древними символами. Вложил указательный палец в углубление. Пэссит.