Во власти бывшего (СИ)

Мои губы предательски дрожат. Я не рыдаю только потому, что паника перемешала внутри все ощущения, заполнив собой каждую клеточку тела, не оставив больше ничего. Только страх и ломоту в теле.
– Ты плюнула мне в лицо. Растоптала мои чувства. Предпочла быть шлюхой Руслана… И это стало огромной ошибкой, моя девочка… Большой, непростительной оплошностью…
Ладонь Антона оставляет мою щеку и тянется к пряжке ремня. Я прекрасно знаю, что все это значит.
– Нет, пожалуйста, нет, – мотаю головой настолько, насколько позволяет удерживающая ее сзади мужская рука.
– Да, малыш, да. Теперь только так, раз по-другому ты не можешь, – голос мужа становится до тошноты противным, будто только сейчас я, наконец, увидела его настоящего.
В домик снова пробивается яркий луч света.
– Оставь ее в покое! – не терпящий возражений голос раздается от двери.
– Да, малыш, да. Теперь только так, раз по-другому ты не можешь, – голос мужа становится до тошноты противным, будто только сейчас я, наконец, увидела его настоящего.
В домик снова пробивается яркий луч света.
– Оставь ее в покое! – не терпящий возражений голос раздается от двери.
– А то что? – рычит Антон.
– А то я передумаю выполнять свою часть сделки, – баритон начинает принимать знакомые очертания, я узнаю его.
Мужу приходится отпустить меня и зачехлить причиндалы обратно в джинсы. Он выпускает из тисков мою голову, и я обессилено облокачиваюсь о стену.
– Держи себя в руках, если хочешь, чтобы я помог тебе, – негодует Тимофей.
– Ты обязан это сделать, потому что я уже исполнил все, о чем мы условились, – Антон разговаривает с другом Руслана в той же манере.
– Когда я уеду, можешь хоть грохнуть ее, но пока я здесь, чтобы пальцем суку не трогал. Мне не нужны лишние проблемы, ясно?!
– Сколько времени еще нужно? – вместо согласия отвечает мой муж.
– Я работаю над этим. Думаю, дня три, и он улетит в Москву. Тогда можешь делать все, что захочешь.
Меня ситуация дико пугает. Хочется подавиться слезами, и меня снова тошнит. Опять вырывает в ведро.
– Что с ней? – уточняет Тимофей у Антона вместо того, чтобы спросить у меня. Видимо, я ему настолько противна.
– Не знаю, – бурчит тот. – Может, перенервничала, или последствия принудительного сна – все что угодно!
Друг Руслана вдруг вспоминает о том, что я тоже могу поучаствовать в разговоре, и приближается ко мне.
Я вжимаюсь в стену, будто это спасет. Но все происходит на автомате, мне просто хочется защититься. Больше всего я боюсь, что он снова станет меня лапать или ударит.
Мужчина садится на корточки рядом со мной, заглядывая в глаза.
– Месячные когда были? – интересуется он.
– Что? – я пугаюсь неожиданного вопроса.
– Текла когда последний раз? – грубо повторяет Тимофей.
– Она на таблетках! – сзади раздается голос мужа, а я качаю головой.
Мой жест, видимо, совсем от него не укрывается.
– Что значит “нет”? – цедит он. – Ты два года их пила!
– Я бросила, как только мы приехали в Бруски. Нам нужны были деньги, а контрацептивы стоят дорого. Надо было экономить, – всхлипываю я.
– Или ты просто захотела себе еще одного ребенка! – негодует Антон. – Это мне ты не давала шанса, а от Катаева решила второй раз залететь?
– Успокойся! – недовольно обрывает Тимофей. – Завтра куплю тест, и мы все узнаем. Молись, дрянь, чтобы он казался отрицательным.
Меня точно разрядом тока прошибает, когда я вспоминаю про секс в подсобке. Руслан нагло кончил в меня, а потом дал денег на экстренную контрацепцию.
Я же благополучно про это забыла, а те средства пустила на лекарства для Дины, была так увлечена ее лечением, что про себя даже не вспомнила.
Теперь жутко осознавать это. Если опять окажусь беременна от Руслана, то я просто не знаю, что делать. Как я могла быть настолько глупой? Как смогла допустить такое?
Сердце снова ускоряется от волнения, меня бросает в жар. Даже ноющие запястья уже практически не ощущаются на фоне нового стресса.
Но я ни за что не откажусь от малыша, если мои догадки подтвердятся. Грудью лягу, но маленького защищу.
 
Мужчина поднимается с колен и снова обращается к моему мужу, но я перебиваю его:
– Зачем вы все это делаете? Я не понимаю… После нашего разговора я больше не общалась с Русланом, мы даже не виделись. А тогда, на банкете… Это управляющая вынудила меня обслуживать вас, я ничего такого не хотела!
– Я знаю, – неожиданно отвечает мужчина. – Я заплатил ей приличную сумму за твое присутствие. Мне нужно было проверить и Руса тоже. Его реакцию на приставания Толяна, который, кстати, отлично справился со своей ролью.
– Так вы подстроили все?! Но это мерзко! – от негодования и обиды мой голос становится громче и раздраженнее.
– На войне все средства хороши, Саша. А проигрывать эту войну я не намерен. Мне пора в отель. Руслан не должен ничего заподозрить. Так что корми ее, и уходим.
– Он в прошлый раз-то ничего не понял, сейчас тем более поверит в предательство, – усмехается тот.
– Может быть куча нюансов, которые невозможно учесть, так что мы возвращаемся, и это не обсуждается. На улице жду.
Друг Руслана снова покидает домик, а муж приближается ко мне.
– Что значит «в прошлый раз»? Три года назад, это вы все подстроили? Антон, это были вы?
– Да! Тимофей придумал, а я поддержал. Мне нужна была ты, а ему здравомыслящий друг, который бы женился на его сестре. От этого соглашения все были в выигрыше.
– Все кроме меня и Руслана?
– Я не хочу, чтобы ты впредь произносила его имя. Когда Катаев уедет, он станет для нас всего лишь неприятным воспоминанием. А ты – моей послушной и нежной женой, как и раньше. Только трахать я тебя буду в два раза чаще, чтобы на сторону даже смотреть не думала. И кончать будешь. Уж теперь-то я найду способ. Без сладкого не оставлю. Может, прямо сейчас поиграть с твоей девочкой?
Я нервно мотаю головой, плотнее сжимая ноги.
– Трусики с тебя я уже снял, чтобы ты могла без препятствий справлять нужду. А потом не смог сдержаться, подразнил пальчиками двою дырочку, и сейчас вполне могу сделать это снова.
– Ты просто псих! – вырывается у меня против воли!
Муж усмехается. Пытаюсь взять себя в руки, и поговорить с ним. В глубине души он нормальный, я знаю, просто… Просто крыша поехала. Может быть, мне удастся достучаться до него прежнего и выбраться из того кошмара, в котором я оказалась.
– Антон, пожалуйста, отпусти меня. Ты же говоришь, что любишь, так подумай обо мне хоть раз, сделай что-то для меня, разве, не это есть любовь к другому человеку?! Неужели, ты не хочешь, чтобы я была счастлива?
– Я хочу, чтобы ты была счастлива со мной. И ты будешь. Счастлива и благодарна.
Он касается рукой моей щеки, и живот снова простреливает неприятным спазмом.
  
Глава 32
 
Руслан
– Галина Степановна, это что, мать вашу, такое? – рычу я, указывая на девочку, отличающуюся от меня в детстве разве что длиной волос.
– А сам не видишь?! – злится женщина. – Разжевывать все надо, как для дурака? – она снова пытается спрятать ребенка, но та больше не хочет скрываться за спиной бабушки.
Сажусь на корточки, чтобы быть примерно на уровне глаз малышки. Внутри буря поднимается. Сердце долбит, точно выскочит сейчас.
В голове желе вместо мыслей. Все перемешалось. Сумбур настоящий. Для полного счастья только шума в ушах не хватает.
– Привет, – как можно более мягко говорю я.
Маленькая прижимает подбородок к груди, и лукаво смотрит на меня исподлобья. Стесняется. Хлопает длинными ресницами, но ничего не говорит.
Сколько ей? Получается, не больше двух с половиной лет… Она маленькая, худенькая и настолько милая, что, кажется с этой девочкой не сможет сравниться ни один другой ребенок.
Я тяну к дочери ладонь, но она только сильнее зажимается, но при этом не перестает едва заметно улыбаться.