Плохая девочка. 2 в 1 (СИ)

И под дикий визг эти двое сливаются в поцелуе.
– Ого!
– Так вы не с языком, это не честно! – Возмущается Алинка.
– Не засчитано! Пейте! – Поддерживает Ян.
Они выпивают по рюмке, и игра продолжается. Все это время напряжение внутри меня только нарастает.
– Да что за день сегодня такой! – Бьет себя по коленям Леха, когда стрелки останавливаются на Алине и Мариане.
– Подруга. – Поднимает рюмку Алина.
Мариана делает то же самое, молча. Они пьют, испепелив друг друга взглядами, а затем Алина по-хозяйски кладет ладонь на мое колено. Она улыбается, глядя Мариане в глаза, и я опасаюсь того, как далеко все заходит.
– У-у-у! – Вопит Леха, когда стрелки застывают напротив Яна и Вики Лернер.
Ян не особо рад тому, как пал жребий, а вот той, кажется, нравится ее партнер по поцелую. Вика наклоняется к нему через стол, и он тянется ей навстречу. Девчонке приходится схватить его за ворот свитера и резко притянуть к себе, чтобы поцеловать, и это вызывает настоящий взрыв хохота за столом.
– Я слежу за тем, чтобы все было честно! – Склоняется над ними Леха. – Ян, ты не стараешься!
– Давай-давай, а то не засчитаем!
И они сливаются в бесконечно долгом, глубоком поцелуе.
– Он сейчас у всей команды отсосал, – шепчет мне на ухо Миха.
И я смеюсь, глядя, как Ян вытирает рот после того, как все заканчивается.
– Следующий ход! – Командует Макс Лернер.
Раскручивает механизм, и впивается голодным взглядом в Мариану. Серебров тоже это видит, и стискивает челюсти.
– Мексиканские страсти, – хрюкает со смеху Алина, наклоняясь к моему уху.
Но через мгновение ей уже не до смеха: стрелки сводят их с Витьком.
– Ого! – Радостно потирает руки Леха. – Кажется, вам это не впервой?
Алина выглядит растерянной:
– Я не буду его целовать, лучше выпью две штрафных.
Серебров тоже явно не ожидал такого поворота событий.
– Да. И я. – Бормочет он, бросая на Мариану взволнованный взгляд.
Мои кишки скручивает узлом от ревности.
– Что начинается-то? – Вспыхивает Ян. – Вперед, целуйтесь!
– Да, правила есть правила. – Вступает Лернер.
– Витя, не стесняйся! – Хихикает Вика.
Он еще пытается что-то мычать, но присутствующие за столом кричат все громче, подначивая их. Я ловлю на себе взгляд Марианы: она кажется на удивление спокойной, разве что слегка угнетенной происходящим в целом.
– Целуй! Целуй! – Скандируют девчонки.
Серебров неохотно подается вперед, и Алине приходится сделать то же самое.
– Давай, как следует! – Требует Леха, замерев посередине, у той точки, где должны встретиться их губы, чтобы удобнее было контролировать процесс.
Алина вытягивает шею. Я вижу, как обреченно смотрит она на Сереброва. Ее тело дрожит. Тот, видимо, собравшись с духом, решительно наклоняется к ней и… замирает у самых ее губ. Они смотрят друг другу в глаза. Секунда, и Витек осторожно целует Алину. Та прикрывает глаза, позволяя его языку скользнуть в ее рот, и их поцелуй завершается всеобщим ликованием и свистом.
Я представляю, что мне достанется поцелуй Марианы. От возможности коснуться ее губ у меня кружится голова. Ловлю ее взгляд, и в горле встает ком. Она смотрит на меня так, как прежде – когда я был всем для нее, и ворох воспоминаний переплетает нас невидимой паутиной.
– Следующий ход!
Стрелки соединяют Макса и одну из незнакомых мне девчонок.
– Да что мне так не везет сегодня! – Сетует Леха.
Лернер тоже не особо в восторге, он уже нацелился на Мариану. А та продолжает украдкой смотреть на меня так, будто я ей не безразличен. Серебров, словно заметив это, придвигается к ней ближе. Он вообще взвинчен после поцелуя с Алиной, а та поутихла, перестала комментировать происходящее и словно закрылась в себе.
– Неплохо! – Хвалят ребята Макса с незнакомкой.
Та смеется и подмигивает ему, усаживаясь на место после поцелуя. Леха с Яном, сведенные следующим ходом, пьют за здоровье Лехи.
Следующий ход!
И… мне хочется крушить все вокруг. Стрелки показывают на нас с Алиной.
Боясь смотреть на Мариану, я поворачиваюсь к той, на которую указал жребий. От уверенной в себе шутницы не осталось и следа: Алинка выглядит еще более потерянной, чем минуту назад.
 
– Целуй! Целуй! – Скандирует уже толпа, собравшаяся за нашими спинами.
Взгляд рыжей сосредотачивается на мне.
– Дай жару! – Визжит Вика Лернер, явно довольная тем, что вокруг нас закручивается смертельная спираль.
Она бросает на Мариану насмешливый взгляд, затем возвращается к наблюдению за поцелуем, который должен вот-вот состояться. Если мы решимся. Когда я дал ей от ворот поворот, Вика выглядела уязвленной, но теперь она словно получает удовольствие от происходящего.
– Мы не будем. – Вдруг тихо говорит Алина.
И перед моим внутренним взором встает картинка того вечера, когда я застал Мариану в постели Сереброва. «Как это не будем? – Спрашивает мой внутренний демон. – Мы должны отомстить. Имеем полное право».
Мозг отключается, и я, одной рукой взяв Алину за затылок, резко притягиваю ее к себе и целую. Присутствующие взрываются одобрительными криками, а я, чувствуя ее горячий язык у себя во рту, вдруг замираю. В мои мысли врывается ураган по имени Мариана, и у меня даже механически больше не получается продолжать начатое.
– Прости. – Шепчу я, отрываясь от Алины.
Девчонка сама в растерянности – закрывает ладонью горящие губы и смотрит на меня, будто не верит глазам. Все собравшиеся свистят и разочарованно стонут: зрелище продлилось не дольше двух секунд – так не пойдет! Идиотские детские игры, такие грязные и жестокие.
Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Мариану, но там где она сидела, ее больше нет. Остается лишь смятенный Витек, провожающий ее взглядом. Но и он вскакивает и бросается следом за ней в сторону дома.
– Твою мать. – Рычу я, хватая со стола рюмку и опрокидывая в себя.
– А что все сегодня такие нервные? – Смеется Ян, обнаружив, что за столом не хватает двух человек.
– Может, продолжим? – Тянется к рулетке Вика.
Места Сереброва и Марианы тут же занимают другие желающие из толпы, посторонние даже не понимают, из-за чего прежние игроки покинули стол. И только Макс Лернер смотрит на то место, где сидела Мариана, долго и не моргая, а затем тоже выходит из-за стола.
– Я тоже пойду. – Хмуро произносит Алина и встает.
Мы с ней поднимаемся со своих стульев, не сговариваясь. Только она бредет в сторону костра, а я решительным шагом направляюсь к дому. Быстро поднимаюсь по ступеням и, растолкав пьяных парней локтями, вхожу внутрь. Марианы нет в коридоре, нет в гостиной, я не обнаруживаю ее и среди толпы нетрезвых девиц на кухне. Прохожу дальше и вижу Виктора, стоящего у небольшой двери в закутке за лестницей, освещенном лишь тусклой лампой на потолке.
– Этим ты только показываешь ему, что тебе не все равно. – Говорит он двери. – Выходи и поговорим.
Поняв, что Мариана закрылась внутри, я подлетаю к нему:
– Какого хрена, ты опять лезешь не в свое дело?
– Лучше уйди. – Просит Серебров, бросая на меня раздраженный взгляд.
И в этот момент я чувствую, как все у меня закипает внутри. Как хочется взять реванш за то унижение, которое мне пришлось испытать в его квартире. Мои кулаки требуют встречи с его смазливой рожей, хотят пересчитать все его кости, помять его бока. Мне просто жизненно необходимо натыкать его носом в его же дерьмо, как провинившегося щенка, и желательно прямо сейчас.
– Это ты уйдешь. – Говорю ему я. В моем голосе звучит угроза. – Убирайся отсюда, мы сами разберемся!
– Пошел ты! – Дерзко бросает бывший друг и приправляет фразу смачным ругательством.
Отлично. Это то, что мне нужно – сигнал к действию.
Пальцы сжимаются в кулаки, давление подскакивает, адреналин разгоняет кровь. Я резко замахиваюсь, и… в голове звучит ее голос: «Научись сдерживать свой гнев. Голова, рот, руки». Но ярость непреодолима, как голод, и кажется, что у меня не получится совладать с собой: вот кулак взлетает над лицом Витька, замирает в воздухе, как в замедленной съемке, и… я вижу, как Серебров дергается и машинально втягивает голову в плечи в ожидании удара.