Плохая девочка. 2 в 1 (СИ)

– Зачем ты это сделал? – Говорю еле слышно.
Мой голос куда-то пропал.
– Не знаю. – Дыхание Кая обжигает мне шею.
– Ясно. – Продолжаю обрабатывать его рану, но сосредоточиться не выходит.
Я стою так близко к нему, что чувствую тепло его тела, и постоянно думаю о том, каким бы было это прикосновение, окажись мы обнаженными. Кай продолжает пристально разглядывать мое лицо.
– Я не хотел, чтобы он целовал тебя. – Наконец, произносит он.
Моя кожа покрывается мурашками.
– Почему? – Выдыхаю я.
– Наверное, из-за сегодняшнего матча. – Пожимает плечами Кай. – В отместку.
Ложь.
Я делаю тяжелый вдох.
– Не из-за того, что происходит между нами? – Спрашиваю с усмешкой.
– А между нами ничего особенного не происходит, – хмыкает он.
Наши глаза снова встречаются.
Я чувствую, как Кай задевает мои бедра пальцами. Это не случайно. Он трогает меня намеренно. Потому что ему этого хочется. Чтобы этот парень не говорил, его глаза предают его. Кай хочет меня. И это желание настолько сильное, что причиняет ему боль.
–Ничего особенного? – Повторяю я за ним с горькой ухмылкой.
– Верно. – Уговаривает он сам себя.
И я наклоняюсь, еще до конца не осознавая, что происходит. Сначала нежно касаюсь губами его верхней губы, потом скольжу языком по нижней, пропитанной кровью, а затем прикусываю ее – жестоко, до боли. Кай порывисто вдыхает и зажмуривается. Но не пытается отстраниться. Его руки скользят по моим бедрам и сжимаются на ягодицах.
У меня во рту расползается металлический привкус. Я целую его снова, и мой язык касается его теплого языка. Кай запрокидывает голову и отвечает на мой поцелуй с еще большим жаром.
– Мариана, – выдыхает он, подтягивая меня к себе.
Ватный диск падает на пол. Я кладу руки на шею парня и скольжу пальцами по горячей коже вниз, повторяя направление рисунка его татуировок. Крики за дверью не стихают. Руки Кая продолжают движение по моему телу, проникают под платье, и я задыхаюсь от стона, рвущегося наружу.
А затем отрываюсь от него и делаю шаг назад.
–Ничего особенного,– будто бы подтверждаю то, что пришло в голову. – Действительно. Ты прав.
Беру новый ватный диск, смачиваю в антисептике и грубо прилепляю к его губе:
– Держи рукой, губа снова кровит.
Дарю ему усмешку и ухожу.
В каморку врываются наши друзья, они что-то говорят, жестикулируют, а я даже не оборачиваюсь. Возвращаюсь в зал и продолжаю танцевать. «Ничего особенного» ведь не произошло?
Кай 
Я не отрываю от нее взгляда несколько часов. Мариана танцует точно заведенная. В ее движениях все больше уверенности и раскованности, и я точно знаю, что в этом есть и моя вина. Каждое мое слово бьет ее как хлыстом. И я ничего не могу поделать со своим желанием причинять ей боль.
– У тебя помада на лице. – Говорит Вик, когда находит меня в углу зала, сидящим на диванчике. – Красная. – Он роется в карманах и находит чек из магазина. – Держи хотя бы это. Сотри.
Я достаю телефон, включаю камеру и смотрю на себя. Помады Марианы осталась в уголке моих губ справа. Мне хочется оставить на себе ее след как напоминание о том, что это действительно было, но под взглядом друга я уступаю – стираю помаду сложенным вдвое чеком, а затем бросаю его на пол.
– И как оно? – Спрашивает Виктор.
– Что именно?
– Мариана, – многозначительно дергает бровями он.
Я вздыхаю.
– Она меня ненавидит.
– Есть за что?
– Мы как кошка с собакой, поэтому нам лучше держаться подальше друг от друга.
– Но она тебе нравится? – Спрашивает друг, отпивая из стаканчика.
– Нет. – Отвечаю я.
Хотя, сам в это не верю.
– Мне так не показалось. – Усмехается Виктор. – Эта сцена на танцполе – просто бомба. Не могу поверить, что ты учудил такое!
Я поворачиваюсь и бросаю взгляд в толпу. Платье Марианы все еще блестит светлым пятном среди танцующих.
– Просто перепил.
– Я, конечно, не знаток в области чувств, братишка, но, кажется, она дала отставку Лернеру. Из-за тебя.
– И?
– Только не обижайся на то, что я сейчас скажу. – Вик кладет руку на мое плечо. – Но я бы на твоем месте не упустил такую девушку.
 
Я усмехаюсь.
– Ей бы больше подошел такой как ты. – Отвечаю ему серьезно. – Отношения не для меня.
– Боишься, что она разобьет твое сердце? – Смеется он, подначивая меня.
– У меня его нет. – Горько улыбаюсь я. – Кстати. Что у тебя с той рыжей? Вы ругались, словно старые супруги.
– С Алинкой? – Друг бросает взгляд на танцпол. – Она моя бывшая одноклассница. Так, трахнулись на выпускном, ничего серьезного. А сегодня оказалось, что я ее тогда бросил. Якобы, у нее чувства были, и все дела. – Он разводит руками. – Этих девчонок не поймешь!
– Вот поэтому никаких отношений.
– А если почувствуешь, что это что-то особенное? – Он делает новый глоток.
Я достаю из кармана сигареты и зажигалку.
– Лучше ничего не чувствовать. Тогда не придется разочаровываться.
– Тебе что, никогда не бывает одиноко?
– Похоже, ты засиделся дома, Витек. – Усмехаюсь я. – Как только врачи разрешат, возвращайся к тренировкам: не будет времени на то, чтобы думать.
– Пошел ты. – Смеется он, толкая меня локтем.
– Я покурить.
Перехватив мой взгляд, Вик замечает компанию Марианы, пробирающуюся к выходу, и с улыбкой произносит:
– Ну, покури, покури.
Я выхожу из здания вслед за ними, отхожу в тень и закуриваю. Похоже, Мариана решила не оставаться в университете с ночевкой.
Алина усаживает ее в такси и машет рукой, а затем возвращается обратно. Я должен проследить за тем, чтобы сводная сестра добралась до дома в целости и сохранности, поэтому иду к парковке, завожу автомобиль и выезжаю следом.
Подъехав к дому, отмечаю, что в ее комнате горит свет. Это хорошо. Значит, Мариана готовится ко сну. При желании можно вернуться на вечеринку. Но мне не хочется. Ставлю машину в гараж, вхожу и, не включая свет и стараясь не шуметь, сразу поднимаюсь наверх.
В коридоре тихо.
Дверь в ее комнату приоткрыта, но внутри девушки нет. В ванной тоже горит свет. Медленно направляюсь туда. Замираю у двери, пытаясь унять сердцебиение. Бесполезно. Мучительное сомнение лишь высасывает из меня последние силы.
Кладу ладонь на дверь, и та неожиданно поддается.
Я вижу Мариану, лежащей в ванной, наполненной водой с ароматной пеной. Ее глаза закрыты, лицо расслаблено, рот слегка приоткрыт. Она делает неглубокий вдох, а затем, словно почувствовав чье-то присутствие, открывает веки и вздрагивает, заметив меня.
Девушка приподнимается и садится.
– Что тебе от меня нужно? – Спрашивает она тревожно.
Я молчу. Не двигаюсь. Держусь уверенно, будто имею полное право здесь находиться.
Мариана сверлит меня взглядом.
– Так что? – И не дождавшись ответа, она встает. Ее губы презрительно кривятся. – Может, это?
Я смотрю, как капли воды с пеной стекают по ее обнаженному телу, повторяя каждую безупречную линию его контура, и кровь ударяет мне в лицо.
– Нет. – Констатирует девушка, разочарованно качнув головой. – Иначе бы ты не покраснел.
Я сглатываю и делаю шаг назад. Жар опускается ниже, и мой член становится тверже камня.
– Тогда что еще тебе нужно от меня? – Тяжело дыша, восклицает она и сердито хмурится.
Я обвожу взглядом ее прилипшие к плечам светлые волосы, гладкую и белую, как фарфор, кожу и идеальный живот.
Неужели, она этого действительно хочет?
Но… достаточно ли я хорош для этой девушки? Эти мысли посещают меня не впервые, но только сейчас они становятся настолько очевидными, чтобы невозможно отрицать их.
– Трус. – Тихо шепчет мне Мариана.
И она права. Я хочу ее тело, но не готов отдать что-то взамен. Не готов жертвовать ради нее своей свободой. Не готов довериться и открыться. Мне это просто не нужно.
– Трус! – Повторяет она громче.