На зубок (СИ)

Наконец, когда он умок, чтобы вытереть уголки глаз от выступивших слез, уточнила:
— Должна же я строить хоть какие-то предположения по тому, как вы устроены?
— Ладно, — махнул он рукой, притворно плача от смеха. — Потом, как-нибудь, сама увидишь, как у нас всё устроено. Ой, блин! Носок!
Продолжил он смеяться и это, видимо, было надолго.
  
Глава 26
 
— А расскажи мне про брата Ханта. Кто он? Ты был с ним знаком? — спросила я, когда мы опустошили по пачке чипсов, продолжая коротать ночь на крыше.
Мы, словно, сторожили сон Эшли, которая, наконец, нашла покой, освободившись от гнёта прошедших дней непрерывной борьбы с внутренним зверем.
— Конечно, знал, — Лиам опустил взгляд и смахнул с колена невидимую соринку. Вскинул подбородок и всмотрелся в серп луны. — Мы с подгузников с ним дружили. Футбол, драки, патрулирование леса и много всего, что мы впервые пробовали вместе. Даже напились с ним однажды на вечеринке вместе, а потом оба отбывали наказание на ферме его отца.
— В прошлом году он не смог перевоплотиться обратно?
Теперь-то я наверняка знала единственный «диагноз», из-за которого в этом городке пропадали люди.
— Да, — просто кивнул Лиам. — В ту ночь с ним был Хант. Я тоже обещал прийти и поддержать его, но Эшли впала в какую-то странную истерику. Не хотела меня пускать, разгромила мою комнату…
— Думаешь, она чувствовала, что с Итаном может случится то, что случилось?
— Возможно так, — почесал он затылок. — Но я чувствовал её страх и понимал, что она не хочет, чтобы я оказался жертвой, если Итан потеряет контроль, передав его волку.
— И он его потерял… — кивнула сама себе.
— Да. Ханту в ту ночь здорово досталось. С одной стороны его шерсть была полностью красная от крови. Если бы не наша регенерация, то ему пришел бы конец прямо в том лесу.
— И где сейчас Итан? О нем что-нибудь слышно?
— Нет. Думаешь, такие волки станут слать письма родным и сообщать о том, как у них идут дела? — невеселая насмешка сорвалась с губ парня. — Они могут входить на территорию нашего леса, но всё равно будут изгнаны, — это в лучшем случае. Если пересекут территорию повторно, то тогда могут быть приняты не самые приятные для него меры. Потому что такие волки опасны, они нестабильны и их агрессия не контролируется никем. Даже ими самими. Это просто машина для убийств, которая помнит и знает всё о человеке.
— А если ему нужна помощь? Тому волку, который не смог сам вернуться в человека. Что если он приходит к вам, к стае, чтобы ему помогли? Вы же единственные, кто знает, что с ним и кто он такой.
— Унесенный принимался в стаю, когда была хранительница. Тогда был шанс, что-то исправить и вернуть его обратно. Но сейчас никто не станет рисковать стаей и городом. Ни один вожак не пойдет на то, чтобы позволить нестабильному волку оставаться на своей территории. Кем бы этот волк не был вожаку.
— Даже родным сыном? — спросила я, помня о том, что Хант — сын вожака. Стало быть, и Итан тоже.
— Даже родным сыном, — тихо вторил мне Лиам.
  
Глава 27
 
— Идиот, — фыркнула Эшли, едва открыла глаза.
Я перевела взгляд на Лиама, словно намекая ему: «я же говорила!».
— Я должен был хоть чем-то себя обезопасить, — настаивал он на своём, выглядывая из-за высокого куста в кадке, который принес в комнату из гостиной.
— И чем этот фикус тебя спасет? — Эшли села в постели и лениво потянулась.
— Маскировка, — произнес он таинственно и спрятался за основным стеблем куста.
Видимо, он мыслит как пятилетний ребенок, который думает, что если он кого-то не видит, то и его тоже не видно.
— Как себя чувствуешь? — участливо спросила у Эшли.
Она перевела на меня взгляд, на секунду задумалась и неопределенно дернула плечами.
— Вроде, нормально, — свесила ноги с постели и слабо поболтала ими. — Есть хочу. Жутко.
— Завтракать! — донесся снизу голос мамы близнецов.
— Идём! — ответили они вместе, и Лиам в обнимку с кустом ретировался первый из комнаты.
 
— Тебе не нужен брат? — поморщилась Эшли, надевая бесформенную толстовку поверх майки.
— Думаю, он тебе самой когда-нибудь пригодится.
— За восемнадцать лет не пригодился, а тут вдруг пригодится? — скептически спросила она, пропуская меня вперед по лестнице. — Что-то я сомневаюсь.
— Для чего-то же он выперся вместе с тобой на этот свет?
— Чтобы нервы мне кучерявить, — хмыкнула девушка. — Для чего же еще?
— Эшли? — обеспокоенность в темных глазах матери близнецов и темные круги под глазами заставили моё сердце сжаться. Даже не представляю, насколько тяжело родителям наблюдать за тем, как страдает их ребенок. — Как себя чувствуешь, детка?
— Всё хорошо, мама, — тепло улыбнулась она ей и приобняла за плечи. — Голодная.
— Тогда садитесь быстрее, пока твой братец всё не съел, — в глазах женщины отразилось облегчение. Она обратила свое внимание на меня и тепло произнесла. — Спасибо, что поддержала её. Представляю, чего тебе этого стоило. Ты молодец.
— Спасибо, — смутилась я. — Мне не сложно.
О том, что было страшно, я благоразумно умолчала.
— Сегодня в колледж все идёте? — спросила она устало.
— Угу, — кивнула Эшли с полным ртом и налила мне апельсиновый сок в высокий стакан.
— Хорошо, — женщина снова с благодарностью заглянула мне в глаза. Оглядела своих близнецов и направилась к выходу из кухни на второй этаж дома. — Завтракайте, и можете взять сегодня мою машину, чтобы добраться до колледжа.
— А тебе разве на работу не нужно, мама? — спросил Лиам, отвоевывая у сестры чашку с ребрышками.
— Я взяла пару выходных. Последние дни были очень тяжелыми. Мне нужно отдохнуть.
— Хорошо, мам, — Эшли шлепнула брата по руке и выразительно выпучила на него глаза, пододвигая ребрышки ко мне. — Ты же тут не один, морда прожорливая.
— Такой голодный — один.
В ответ девушка лишь фыркнула и тяжело вздохнула, поставив передо мной чашку.
Близнецы абсолютно все делают шумно. Общаются, едят и спорят. И сейчас они всё это делили сразу. Общались, ели и успевали спорить не только друг с другом, но и со мной. Видимо, я стала им настолько родной, что они уже не отличали меня от своей семьи. Мне даже пару раз прилетело ладонью по плечу за то, что я не сразу не приняла сторону Эшли, всего на секунду задумавшись.
Сразу после завтрака мы отправились в колледж. И в этот день я для себя решила, что больше в одной машине с близнецами не поеду никогда. Лиам вел машину, а Эшли норовила выдернуть из его рук руль. Если бы не реакция близнеца и его настойчивость, то нашу троицу уже бы соскребали с асфальта медики. Хотя нет. Соскребали бы только меня, потому что у близнецов есть нечеловеческая регенерация, а у меня только молитва в духе «Ой, мамочки!».
В стенах колледжа царила привычная обстановка. Теперь для меня привычная, когда я знаю множество подводных камней течения жизни этого странного городка.
— Привет, Лиам, — грациозной ланью из-за угла выплыла Кортни.
Лиам потерял способность говорить, двигаться и, судя по всему, мыслить тоже.
— Ко-Кортни… — промямлил он, провожая ее взглядом.
Всё-таки, кожаная короткая юбка и длинные ноги способны парализовать даже пышащего энергией оборотня.
— Ты чего застыл-то? — Эшли звонко ударила братца по спине ладонью — Ко-Кортни. Куд-куда?
Смех сдержать не получилось, поэтому вместе с Эшли согнулись пополам, пока Лиам заливался краской, вероятно, прикидывая, в каком ящике нас можно спрятать.
— Отвалите, — произнес он делано обижено и прошел между нами к кабинету, в котором вот-вот должно начаться занятие.
— Покраснел даже, — Эшли пыталась отдышаться сквозь истерический смех.
— Ники, — прошелестел за спиной знакомый голос.
Резко развернулась на пятках и попала в омут сапфировых глаз.
— Хант? — пришлось прочистить горло и помолиться, чтобы лицо не покраснело, как у Лиама. — Привет.