Шерлок Холмс. Новые заметки доктора Ватсона

— Король зверей, — предположил сэр Патрик. — Но мой лев мертв.
Когда все немного успокоились, повар подал легкий завтрак. Покончив с завтраком, я заметил, что Холмс изучает расписание поездов на Лондон. Закрытая повозка приехала за телом последней жертвы, и когда сыщик это увидел, то выбежал наружу. Сгорая от любопытства, я выскочил за ним.
— Что такое, Холмс?
Он склонился над телом Хаскина, осматривая его ремень и обувь.
— Интересно! — сказал он. — Все в порядке, теперь можете его забирать.
Он выпрямился и улыбнулся мне.
— Я думаю, мы должны вернуться в Лондон, Ватсон, ближайшим же поездом.
— Вы отказываетесь вести расследование?
— Просто пытаюсь подойти к этому делу с другой стороны.
Мы снова вошли в дом, и Холмс объяснил сэру Патрику, что будет продолжать расследование в Лондоне. Он обратился к полицейскому:
— Сержант Веганд, у нас есть только сорок пять минут, чтобы успеть на следующий поезд. Если вы собираетесь уезжать, не могли бы вы подвезти нас до станции?
Сэр Патрик возразил:
— Мой дворецкий мог бы вас подвезти.
— Нет, нет — нам с сержантом по пути.
Веганд поворчал немного, но Холмс сказал ему что-то тихо, и тот согласился. Мы быстро собрали свои вещи и попрощались со всеми. Актриса Мадлен Оукс, казалось, сожалела по поводу моего отъезда, и я пообещал, что обязательно встречусь с ней на открытии сезона в Лондоне.
По дороге на станцию Рединг мне пришла в голову одна мысль:
— Доктор Праути с женой уехали вчера. Может быть такое, что один из них вернулся и убил Хаскина?
— Все возможно, Ватсон. Давайте посмотрим, что мы найдем по прибытии.
Мы приехали на станцию за минуту до отправления. Так как у нас уже были обратные билеты, мы поспешили на платформу. Я был немного удивлен тем, что сержант Веганд идет с нами, и мне не терпелось узнать, что же Холмс ему сказал.
Мы все трое зашли в вагон, а потом пошли по составу к вагонам второго класса. Холмс быстро шагал по проходам, глядя прямо перед собой, и только когда мы проходили через второй вагон, он вдруг резко перегнулся через свободное место и схватил небритого мужчину в грязной одежде, смотревшего в окно.
— Вот, сержант! — воскликнул Холмс. — Арестуйте этого человека! Он и есть тот тройной убийца, которого вы ищете!
Полицейский застыл от удивления.
— Боже мой! Это сбежавший заключенный?
— Нет, нет. Позвольте представить вам мистера Хаскина Цена, воскресшего из мертвых, но не менее из-за этого опасного.
Мы вернулись в поместье Стейси, так как Холмс считал, что его обитатели вправе получить объяснения. Мы снова сидели в библиотеке с сэром Патриком и его женой. Все остальные гости разъехались вскоре после нас, возможно, опасаясь новых проявлений насилия. Но Холмс заверил, что больше ничего подобного не произойдет.
— Не могу поверить, что Хаскин сделал это! — сказала Элизабет Уайт. — Что его побудило?
— Его изначальной целью было только убийство издателя, Оскара Райнбека. Вы рассказывали мне, сэр Патрик, что Райнбек посоветовал вам расширить территорию вашего зоопарка, нанять специалистов и открыть его для публики. Хаскин боялся, что у него могут забрать его любимых животных, и, охваченный гневом, он ударил Райнбека кочергой, нанеся смертельную рану.
— А игральные карты и другие убийства? — недоумевал сэр Патрик.
Холмс откинулся на спинку кресла и вынул изо рта свою трубку.
— Игральные карты нужны были просто, чтобы сбить нас с толку, только и всего. Я долгое время не мог понять главной подсказки — ее можно даже назвать ключом к разгадке. Кровавый след показал, что первая жертва, Райнбек, сам дотянулся до карточного стола и использовал последние мгновения своей жизни, чтобы вытянуть десятку пик, возможно, как намек на имя убийцы. Но проанализировав следующие убийства, я сделал вывод, что они совершены при абсолютно разных обстоятельствах. Агнес Бакстер получила ножевое ранение в грудь в своей комнате и умерла мгновенно. Третья жертва скончалась в запертой клетке льва. Естественно, что ни один из них не был в состоянии выбирать игральные карты в последние секунды своей жизни.
 
— Конечно нет! — согласился сэр Патрик. — Их подкладывал убийца!
— Очевидно. И все же первая карта, та десятка пик, была выбрана жертвой. Об этом нам поведал кровавый след. Вывод? После той первой, настоящей подсказки убийца оставлял другие карты в некой последовательности, чтобы запутать нас. Вместо того чтобы сосредоточиться на первой подсказке — десятке пик, — мы заглядывали вперед, гадая, где же произойдут следующие убийства и выстраивая схему, которой не существовало.
— Что же означала пиковая десятка? — поинтересовалась Элизабет.
— Пика была просто первой попавшейся жертве. Важно, что это была именно десятка. Немец Райнбек пытался сказать нам, что имя убийцы — Хаскин Цен, ведь цен — это число десять на немецком!
— Ну конечно! — сэр Патрик хлопнул себя по колену ладонью. — Боюсь, я позабыл свой немецкий, который учил в школе.
— Но Агнес Бакстер не забыла. Она заподозрила его, возможно, угрожала ему, и ей тоже пришлось умереть. На этот раз сделать это Хаскину было сложнее. Мое присутствие, как я думаю, заставило его поволноваться. А вчера вечером решение пришло само собой, можно сказать из ниоткуда. Сбежавший заключенный, которого разыскивала полиция, появился в вашем зоопарке — возможно, пытался украсть еду у животных. Хаскин столкнулся с ним и сразу отметил, что этот человек такой же комплекции, роста, что и он, даже цвет волос у них похож. Это была возможность скрыться. Поэтому, когда преступник потерял сознание от удара, Хаскин спрятал его на какое-то время и изуродовал его лицо, как я думаю, острыми садовыми ножницами. Затем он переодел его в свою одежду и затолкал тело в клетку со львом, подбросив соответствующую карту. Боюсь, я поспешил убить льва — в этой смерти он был не виновен.
— Как вы узнали, что Хаскин будет в лондонском поезде?
— Он не мог позволить себе оставаться в этой местности, где его могли узнать, а согласно расписанию следующий поезд в Лондон отправлялся в воскресенье. Я знал, что он не мог успеть на предыдущий поезд, потому что ему пришлось всю дорогу до станции идти пешком.
— Вы были уверены в том, что это тело принадлежало не Хаскину Цену?
Холмс кивнул.
— Когда я впервые услышал его фамилию, я почти все понял. Я осмотрел тело, особенно ремень и обувь, и нашел подтверждения. Ремень был застегнут на одну дырочку туже, чем его обычно носили, а туфли были немного велики. Этих фактов мне было достаточно.
На следующей неделе в клубе «Диоген» я впервые познакомился со старшим братом Шерлока Майкрофтом. В начале разговора Майкрофт расспросил меня о случае в поместье.
— Это, конечно, был Адамс?
— Да, это был Адамс, — подтвердил Шерлок. — Это было ясно с самого начала.
Позже, когда мы остались одни, я спросил Шерлока, зачем он сказал Майкрофту, что убийцей оказался беглый преступник.
Шерлок Холмс слегка улыбнулся.
— Это просто небольшое соперничество между братьями, Ватсон. Он узнает правду достаточно скоро и поймет, что на этот раз ошибся.
  
Шествие калек (Необычайное дело об алюминиевых костылях)
 
«Уильям Л. де Андре» (приписывается Микки Спиллейну)
 
Я решил оставить все заголовки, придуманные авторами, даже если мистеру Р. они не нравились. Во вступительной статье его журнала говорится: «Если не учитывать ужасного названия, в первоначальной версии рассказ о „необычайном деле об алюминиевых костылях“ просто великолепен!» Предполагаемым автором «Шествия качек» может быть Микки Спиллейн (1918–2006), автор книг «Суд — это я», «Мой револьвер быстр» и других жестоких триллеров о Майке Хаммере. Однако получить комментарий мистера Спимейна не удалось. — Дж. А. Ф.
I
Тело Ватсона представляло собой кровавое месиво.